Чтение онлайн

– Ну действительно, Катя, скажи уже! – надулась Таня.

Я вытащила из рюкзака толстую пачку объявлений и протянула её ребятам. «Нужно только клей где-нибудь раздобыть», – сообразила я и с удовольствием начала чистить банан. Интересно, почему на свежем воздухе всё кажется таким вкусным? Когда я была совсем маленькая, мы с ребятами во дворе любили устраивать «пикники»: прятались за нашим домом, рядом с большими кустами сирени, и ели там самый обычный чёрный хлеб с солью… Как же это было вкусно!

– Ласточка, да ты просто гений! – закричал Пашка, пробежав глазами одно из объявлений.

– Классно придумано! – одобрила Таня.

– А где мы их будем расклеивать? У метро? – почесал голову Димка.

– Можно пару штук и у метро повесить, – решила я. – Хотя, когда люди заходят в вестибюль, они чаще всего торопятся. Вряд ли кто-то обращает внимание на объявления!

– Тогда где же? – посмотрела на меня Таня.

– Думаю, нужно развесить их по дороге, – задумчиво произнесла я.

– По какой дороге? – не поняла меня подруга.

– По которой Надя идет к метро каждое утро, – объяснила я. – Ведь у нас всех есть свой «маршрут»: от дома до метро или остановки, так?

– Верно! – кивнула Таня. – Надо подумать, где Надя точно проходит каждое утро…

– Значит, нам сто пудов нужно расклеить объявления на улице Льва Толстого. Потому что она идет от этого магазина с планшетами до метро! – закричал Пашка. – Плюс, можно еще на Рентгена, вдоль всей улицы! Тогда Надя точно хоть одно из объявлений заметит!

Мы все дружно закивали.

– Но расклеим не все объявления! – вдруг сообразила я. – Несколько штук оставим для тебя, Пашенька!

– Для меня?

– Конечно! Ты сколько лет занимаешься карате?

– Ну, около пяти…

– Поспрашивай у всех своих знакомых о спортсменке по имени Надя. Не думаю, что карете занимаются так уж много девушек!

– Катя, ты представляешь себе, сколько в Питере разных секций, кружков, спортивных школ? – растерялся вдруг Паша. – Я же не знаю всех ребят, которые занимаются единоборствами!

– Но ты же постоянно участвуешь в соревнованиях, так? – заметила я.

– Ну да, – кивнул Пашка, не понимая куда я веду.

– Вы же наверняка там все встречаетесь. Вот и постарайся передать это объявление ребятам из других спортивных школ!

– Ласточка, я передам, но… понимаешь, есть ведь разные стили карате. Например, сётокан, годзю-рю, кёкусинкай… Их ученики практически не встречаются на соревнованиях!

– Паша, не занудничай! – поморщилась я.

– Сколько лет твоему тренеру? – вдруг вмешался в спор Димка.

– Лет пятьдесят, по-моему… Точно, в прошлом году юбилей отмечали. А что?

– А то! Скорее всего, он начал заниматься единоборствами, когда они в нашей стране были запрещены! Папа рассказывал, что тогда все занимались карате подпольно… Так?

–Так! – согласился Пашка. – Тренер как-то говорил, что они с друзьями собирались друг у друга на квартирах, на дачах…

– Вот! Не думаю, что в те годы было так уж важно, какой у кого стиль… Наверняка все вместе занимались! Так что твой тренер вполне может знать старых мастеров, у которых сейчас свои школы…

– Точно! – одобрила я Димку. А он, оказывается, хорошо соображает! – В любом случае, мы должны использовать каждый шанс!

– Хорошо, – сдался под нашим напором Пашка. – Я завтра поговорю с тренером! И с ребятами тоже.

– Спасибо вам! – прижав руки к сердцу, пылко произнесла Таня. – Вы самые лучшие друзья в мире! Что бы я без вас делала!

– Брось! – засмущался в ответ Димка. – Пошли лучше объявления расклеивать!

– Да, теперь вся наша надежда на Надежду! – грустно усмехнулся Пашка и первым встал с залитой солнцем скамейки…

На расклейку объявлений у нас ушло часа два… А вскоре мне позвонила Екатерина Васильевна, напомнить, что сегодня мы идем в театр. На удивление Таню мне уламывать больше не пришлось! Так что расставшись с мальчиками в метро, мы с ней отправились прямиком в театр – времени заезжать домой уже не было.

И вот мы уже на Пионерской площади. Я в очередной раз с восхищением посмотрела на здание театра. Несколько раз в минуту у него менялась подсветка: оно становилось то ярко-синим, то изумрудно-зелёным, то тёмно-фиолетовым. В театр спешили люди, в основном влюбленные парочки и веселые студенты. Мы влились в эту шумную толпу и поднялись по высоким каменным ступенькам. В фойе как всегда было очень многолюдно.

– Катюша!

Нежельская стояла прямо у меня за спиной – в элегантном светлом костюме и дымчато-голубом шарфике, красиво завязанном вокруг шеи. А я вот шарфы вообще не умею носить…

– Екатерина Васильевна! – обрадовалась я. – Знакомьтесь, это моя Таня!

– Здравствуй, Танечка! Очень рада нашей встрече! Катюша столько мне про тебя рассказывала! – ласково улыбнулась Нежельская девочке. – Наконец-то довелось увидеться… Ну, как ваша алгебра? Переписали контрольную?

Таня как воды в рот набрала.

– Переписали, – вздохнула я. – Таня на «пять», я на «четыре», но наша математичка всем снизила оценки на балл!

– Почему? – удивилась женщина.

– Ну, потому что мы со второго раза написали… Так что у меня «три» за четверть! – честно призналась я.

– Не расстраивайся, Катюша! – поддержала меня добрая Екатерина Васильевна. – Как говорил Карлсон, это – пустяки и дело житейское… В конце концов, не всем же быть великими математиками, верно?

– Верно… Только боюсь, что мама в данном вопросе с Карлсоном не согласна! Она же хочет, чтобы я пошла на экономический.

– Мама сильно ругалась? – сочувственно поинтересовалась женщина.

– Она еще не знает, – нахмурилась я. – У нее сейчас на работе проверка какая-то идет, вот она и забыла про дневник…

В этот момент раздался первый звонок.

– Мы одежду в гардероб не сдали! – толкнула меня в бок Таня.

– Девчонки, это я вас отвлекла своими вопросами! – спохватилась Нежельская. – Давайте, бегом в гардероб! Встретимся у входа в зал.

Едва мы отдали наши куртки седой гардеробщице в огромных старомодных очках, как прозвучал второй звонок.