Съём без правил
Шрифт:
Они всегда ведутся.
— Думаете? — оборачиваюсь. — Просто все остальные мне совсем не понравились. Решил сэкономить ваше время.
Она распрямляет спину, понимая, что так будет выглядеть более привлекательной в моих глазах. Еще одна победная ухмылка. Это оно! Женский знак, демонстрирующий интерес. Я знаю уйму таких же. Телочка неосознанно что-то делает, не понимая, что уже попалась в мои сети. У нее звонит телефон, она улыбается мне и поднимает трубку. Начинает неестественно энергично и увлеченно разговаривать с кем-то. Еще один знак. Меняется поза, это может означать только одно, что она уже готова к нашему знакомству. И я делаю выпад.
— Меня Константин зовут, — протягиваю ей руку. Она пожимает мою горячую ладонь, с удовольствием знакомясь. Я угадал с моментом. Ее тонкая рука, почему-то, холодная.
— Люда.
Еще один сигнал глазами — это взгляд скромницы. Она смотрит вниз или в сторону, как бы намекая на то, что она очень стесняется. Но потом не выдерживает и все равно смотрит на меня, чтобы оценить, произвели ли ее уловки должный эффект. В этот момент главное смотреть прямо на нее. Да так пристально, чтобы во взгляде читался интерес и дружелюбие. Все идет по моему плану, между нами возникает химия.
Но тут происходит неожиданное. В кафе заходит рыжая стюардесса, которая несколько недель назад случайно попала в мою дорогую коллекцию. Черт знает как ее сюда занесло. Я не помню ее имени, но точно знаю, что спал с ней. Она может испортить первое впечатление.
Извинившись, я вскакиваю с места, иду прямо на нее, как будто ищу мужской туалет. Не хватало, чтобы она наговорила Людочке про меня лишнего. Как и все женщины, от которых я сбежал сразу после интима, рыжая начинает с наезда.
Людочка искоса поглядывает на нас, наблюдая, смотрю я на нее или нет. Ей не нравится, что рядом со мной появилась другая женщина. Но между тем, в ее поведении появляется дух соперничества.
Девушка аккуратно и медленно отодвигает рукой края своего топа, будто бы ей вдруг стало слишком жарко или ей что-то мешает. Для меня это очень хороший знак. Я ухмыляюсь, не слушая рыжую. У Людочки есть ко мне интерес. Я привлекаю ее как мужчина. Она стремится показать свою женскую привлекательность.
Избавившись от рыжей и, посетив туалет, я возвращаюсь за стол.
— Соскучилась?
Людочка слегка смещается, будто хочет сесть поближе, ей приятно находится в моем обществе. Я должен поддержать ее в этом стремлении и укоротить оставшуюся дистанцию между нами.
И вот мы уже на одном диване, а не напротив друг друга. Я помогаю ей выбрать молочный коктейль.
Обычно между незнакомыми и малознакомыми людьми существует пространство, которое желательно не нарушать. Людочка же кладет свой телефон в мое личное пространство. И это тоже знак. Она выказывает симпатию. Я улыбаюсь, показываю, что мне нравится то, что она делает. И нисколько это не смущает. Мы смеемся.
— Вот этот нежно-розовый выглядит вкусно, — поднимаю глаза. — Прям как цвет твоих губ.
Она краснеет.
— Можно нам два таких? — подзываю официанта.
Людочка невзначай дотрагивается до моей руки, делая при этом вид, что это произошло случайно. Естественно подобные прикосновения редко бывают случайными. Она демонстрирует мне свою заинтересованность и желание узнавать дальше.
Не заостряю на этом внимание, чтобы не смутить девушку. Но про себя отмечаю, что самое время переходить в более активную фазу наступления. На ней цепочка, она крутит ее на шее, медленно трогает пальцами свои сережки. Таким образом, она помогает обратить внимание на правильные зоны: уши, грудь, шею. Позже я использую это знание в своих целях. Людочка делает это неумышленно и, скорее всего, не осознает, что концентрирует на этом внимание. Я просто очень хорошо знаю женщин. Ее тело уже все сказало само за себя. Моя задача не упустить момент и не проигнорировать подобные жесты.
На столе появляются два цветастых бокала.
— Вкуснятина, — подмигиваю.
Девушка отодвигает волосы от шеи, и это самый верный признак того, что она хочет сказать мне: «Ты меня возбуждаешь». Но не знает, как.
Прикосновения к своей шее любят все девушки без исключения. Поэтому именно на этой части тела она и акцентирует внимание. Я праздную победу. Зажатость уходит.
— Ты часто здесь бываешь? — спрашивает она.
Наши головы почти касаются друг друга, когда мы потягиваем напитки из трубочек. Она сама переходит на «ты».
Я улыбаюсь ей, чувствуя сладкий аромат духов.
Люда сидит рядом и начинает облизывать губы. Внутри взрывается фейерверк. Это просто сто процентный выигрыш. Она говорит о том, что желает меня. Что я соблазнительно выгляжу и привлекаю ее. Такой жест не оставляет меня равнодушным. И я уже придумываю что-то, что заставит нас покинуть общественное место и переместиться в более интимную атмосферу.
Но в этот момент все рушится, как карточный домик, на который достаточно просто дунуть. В кафе, хлопая дверью, вваливается ее папаша. Я моментально узнаю его. Люда мрачнеет, а он садится напротив. Швыряет кожаную папку на стол, ослабляет галстук и выгоняет меня прочь, будто паршивого пса:
— Молодой человек, оставьте нас. Мне нужно поговорить с дочерью.
Глава 5
Прошла неделя с тех пор, как я почти получил номер телефона дочери владельца «Земли». И если бы не ее папочка, возможно, сейчас я бы уже уговаривал красотку представить меня Потапенко-старшему по-человечески. В кафе с родителем девушки знакомиться было слишком рано, поэтому я выполнил просьбу отца Людочки и ретировался, скрывшись из виду. Единственно верное решение в тот момент.
Разгребая накопившиеся дела, я занимаюсь подготовкой рекламных акций нашего издания и заодно просматриваю статью Алекса. Зеваю, сидя в своем кабинете, удобно расположившись в огромном кожаном кресле. Чувствую на себе внимательный взгляд друга. Он принес мне свое готовое «творение», которое я уже дважды заворачивал, предлагая переделать. Собираюсь это сделать еще раз. Ибо то, что написал Алекс в печать пускать нельзя.
— Уже получил заветный билет в мир богатства и роскоши? — ухмыляется друг, поправляя бессменную кепку на голове.
Ему доставляет удовольствие откровенно издеваться надо мной. Он догадывается, что пока что ничего не вышло, иначе я бы обязательно похвастался, рассказав ему все в тончайших, грязных подробностях.
Отрываюсь от чтения. Перевожу ленивый взгляд на друга, развалившегося на стуле напротив меня. Рассматриваю красную мастерку с плохо читаемой символикой. От яркости красок ткани рябит в глазах. Сам я спортивный стиль не люблю, предпочитая классику.
— Алекс, это никуда не годится, — спокойно выношу вердикт и кладу лист бумаги на стол, разворачивая к нему.