Семь братьев для Белоснежки
Шрифт:
– Нет-нет, девушке твоего возраста не стоит таскать тяжести, – словно заботливая мамочка, сказала женщина, глядя на Алену. – Мальчики позже занесут вещи в дом. Пойдем внутрь.
Алена выдавила из себя: «Хорошо» – и направилась за Альмой. На ходу бросила взгляд вверх – парня со светлыми ресницами в окне уже не было. По выложенной плиткой тропинке Алена следом за хозяйкой дома дошла до лестницы, поднялась по ступеням и уже возле дверей повернулась, чтобы посмотреть на отца, который шел следом за ней, но вместо этого наткнулась взглядом на Егора. Невзначай. Тот по-прежнему стоял возле машины и смотрел прямо на нее – на Алену. Смотрел очень пристально, не мигая. Алене показалось, что он буквально вцепился в нее взглядом – и взгляд этот был тяжелый и недобрый.
«Что это с ним? – мысленно злилась девушка. – Не хочет, чтобы я входила в их дом? Ну уж прости, братик, мне самой не очень-то этого хочется. Скажи спасибо твоей мамочке, которая охомутала моего папочку. Только уж, ты извини, на улице я жить не собираюсь».
Она отвернулась от Егора и с гордым видом, как бы назло ему, вошла в дом. Уже переступив порог, услышала слова Альмы:
– Егор, что с тобой? Почему ты там стоишь?
А следом ответ ее сына, сказанный без всякого выражения, словно и не было только что этой неприязни к Алене в его глазах, как будто он о чем-то задумался, а его вернули в реальность:
– Сейчас иду. Только машину в гараж поставлю.
«Может, я просто мнительная? – усомнилась Алена в том, что правильно трактовала взгляды Егора. – Показалось?».
Прямо с порога Алена очутилась в очень просторной гостиной. Их приезда, по-видимому, ждали, потому что три человека, находящиеся в помещении, тотчас повернули к ним головы. Учитывая их возраст, Алена сразу сделала вывод, что это тоже дети Альмы. Двое – они сидели на большом обтянутом черной кожей диване – были постарше, третий – он стоял у окна, прислонившись поясницей к подоконнику, и засунув руки в карманы джинсов, – похоже, был Аленкиным сверстником.
Алена не успела их рассмотреть, потому что в этот момент на лестнице, которая вела на второй этаж, появились еще двое. Одного она узнала сразу: улыбчивого, с медовыми волосами и белесыми ресницами. Это его она только что видела в окне. Второй – темноволосый, высокий, в очках – был совсем взрослым мужчиной, навскидку лет тридцати.
– Саша, Алена, – взволнованным, но радостным голосом произнесла Альма, – познакомьтесь, это мои сыновья.
Тот, что был в очках, сразу подошел к ним и обменялся рукопожатием с отцом Алены.
– Мой старший сын – Родион, – представила его Альма.
– Рад с вами познакомиться, – сказал с вежливой улыбкой Родион. – Добро пожаловать в наш дом.
– И мне очень приятно, – кивнул отец, и Алена к своему удивлению обнаружила, что папа заметно волнуется. – Александр.
Наверное, Альма тоже обратила на это внимание, потому что заботливо – преувеличенно заботливо, отметила про себя Алена, – взяла своего мужа под локоть. Алена услышала имя «Артур», но даже не повернула головы, чтобы познакомиться с очередным родственничком – скривив кислую мину, она неодобрительно косилась на Альму, которая повисла на ее отце. Эти собственнические замашки новоиспеченной мачехи Алене однозначно не нравились.
«Папочка, еще немного – и тебя прикарманят, – мысленно обратилась к своему родителю Алена. – Эта ведьма хочет из тебя сделать карманного мужа, почему ты не видишь? Почему стоишь рядом с ней и сияешь, как гирлянда? Ничего, не волнуйся, я тебя спасу. Тебе повезло, что есть дочь, которая о тебе заботится».
Кажется, Алена пропустила знакомство с несколькими сводными братьями. Очнулась она на имени «Ярослав». Да и то только потому, что в этот самый момент в гостиную вошел Егор. Он прошел мимо Алены, даже не глянув в ее сторону. Она напротив, зачем-то проследила взглядом, как он пересек гостиную и сел на диван рядом с парнем из окна – с бесцветными ресницами. Тот прямо сейчас с обаятельнейшей улыбкой говорил какие-то формальности, которые обычно произносят при знакомстве, и Алена решила, что он и есть Ярослав.
– Дома нет только Мити, – произнесла Альма, когда Ярослав замолчал. – Это мой самый младший сын. Он сейчас в столице со своим репетитором, но уже завтра приедет – и вы с ним познакомитесь. Я уверена, Саша, Митя вас с Аленой сразу полюбит – он очень добрый мальчик. А сейчас вам с дороги наверняка нужен отдых. Алене я приготовила комнату на втором этаже. Пойдемте, покажу.
В какой-то степени Алена была рада, что ей не придется «вливаться» в семью прямо сейчас. Отвечать на вопросы, рассказывать о себе и улыбаться, изображая, как она рада сюда приехать, Алена пока была не готова. Сначала нужно отдохнуть, оценить обстановку и подумать. Того, что она успела увидеть, на начальном этапе для размышлений ей более чем достаточно. Новое лучше дозировать. Особенно, если оно кажется подозрительным.
Алена поднималась по лестнице позади папы и Альмы, и ей очень не нравилось, что эта женщина до сих пор держит ее отца под руку – вцепилась как клещ. Она не отводила от них недовольного пристального взгляда, поэтому даже не подозревала, что в этот момент несколько человек в гостиной точно так же смотрят ей вслед.
Когда мать, ее муж и его дочь скрылись на втором этаже, самый старший из сыновей Альмы, писатель Родион Измайлов, окинув братьев улыбающимся взглядом, с добродушной иронией спросил:
– Как вам это нравится? Наша милая сестра проявила не слишком много интереса к своим новым братьям. Вам не показалось?
– Пф! – возмутился Егор. – Говори, как есть: она отнеслась к нам, как к пустому месту.
– Ну, не будь так строг, – закинув руки за голову и откинувшись на спинку дивана, рассмеялся его младший брат, скульптор Ярослав Кустодиев. – Девочка просто слишком привязана к своему отцу, поэтому и не отводит от него глаз.
– Привязана? – холодно переспросил Егор. – Да она разве что не шипела от ревности. Мама сделала большую ошибку, когда взяла своего новоиспеченного мужа под локоть. Мне показалось, что девчонка вот-вот вцепится в ее руку когтями.
– Ты так говоришь, как будто она не девушка, а гарпия, – мягко упрекнул его Влад. – Ее тоже можно понять.
Пятый сын Альмы, двадцатилетний студент Влад Оленев, был искренне рад появлению в доме сводной сестры. Алена показалась ему очень милой и хорошей девушкой. С ее появлением в доме станет светлее, он был уверен в этом. Мужчины – слишком тяжелые существа. Влад, у которого было шестеро братьев, очень хорошо это знал. А женщины умеют создавать легкость и уют буквально из ничего – одним своим появлением.
– Добрая душа, – строго, словно не одобряя, сказал ему Егор. – Ты готов проявить понимание даже к комару, мы все это знаем.
Влад с улыбкой вздохнул, но спорить не стал. Он никогда не спорил с братьями, если для того не было веской причины.
– А девчонка-то ничего, – сказал Артур, задумчиво глядя в сторону лестницы.
– А? Ты серьезно? – изумленно уставился на него Женя.
Шестой сын Альмы, семнадцатилетний школьник Евгений Каффа-Северцев, всегда восхищался своим старшим братом – актером Артуром Измайловым, и мечтал, что когда вырастет, тоже будет сниматься в кино. Он знал, что с внешними данными у него полный порядок, но при этом чувствовал, что ему не хватает способности Артура держать себя, поэтому всегда пытался подражать брату.