Чтение онлайн

— Ой, сумку забыла, — вспомнила вдруг Алена. — Я сейчас.

Она вернулась к машине, забрала с заднего сиденья школьную сумку и поспешила обратно.

На ходу Алена нашла взглядом Егора — тот уже поднимался по лестнице. Впереди маячила фигура златовласки, который вот-вот собирался войти в дом. Именно в этот момент все и случилось.

Боль обрушилась на нее внезапно — словно десятки металлических прутьев пронзили все тело. Алена вскрикнула и резко села на корточки, упираясь ладонями в землю. Она тотчас попыталась встать, но невидимые прутья снова вонзились в нее, заставляя гореть огнем живот, грудь, горло — и вот уже она снова на земле.

Она слышала, как чьи-то голоса что-то кричат, но не разбирала, кому они принадлежат. Боль заглушила все на свете. Алена больше не понимала, что происходит. Она как будто внезапно оказалась в аду. Боль прошила сотней иголок ее легкие, и стало вдруг нечем дышать. Она задыхалась.

В тот самый момент, когда Алена подумала, что сейчас умрет, потому что перенести эту боль человеку не под силу, чьи-то руки вдруг подхватили ее и куда-то понесли. Всего несколько шагов — и ее опустили прямо на выложенную плиткой дорожку, продолжая бережно придерживать ее спину.

Алена вдруг осознала — боль чуть-чуть отпустила, она снова может дышать.

Она попыталась открыть глаза и сквозь мутную пелену ослабленного зрения увидела златовласку. Женя смотрел на нее полными ужаса глазами. Потом вдруг сорвался с места и бросился в дом. Спустя несколько секунд Алена услышала его крик, доносящийся из глубины дома:

— Мама! Она не может войти!

Алена была не в состоянии проникнуть в смысл этих слов. Все ее существо медленно расслаблялось, ощущая, как боль, шаг за шагом отступает. Алена слегка повернула голову и увидела рядом лицо Егора. Кажется, она заставила его волноваться. Она видела это в его глазах — только что он чуть с ума не сошел, испугавшись за нее.

— Все нормально, — сильно осипшим голосом произнесла Алена; она не хотела, чтобы у него был такой взгляд. — Все прошло.

Она оперлась руками о плитку и села — так, чтобы Егору больше не нужно было ее поддерживать. Похоже, он заметил это, потому что, отпустив ее, поднялся на ноги.

И все-таки Алене показалось это странным. Он отпустил ее? Что-то не так.

Алена подняла на него глаза. Увидела, как изменилось выражение его лица, и испугалась. Так испугалась, что этот страх вдруг овладел ею полностью. Егор смотрел на нее неотрывно, и в этом взгляде уже созрело что-то тяжелое, непреклонное, неотвратимое. Алена знала — знала, о чем он думает. Прямо сейчас Егор пугал ее сильнее, чем боль, все еще растекающаяся по ее телу волнами. Бесконечно больше, чем любое, даже самое страшное, проклятие.

— Нет, — умоляюще пробормотала Алена. — Егор, пожалуйста. Нет…

Глава 50. ВОСПОМИНАНИЯ АЛЬМЫ И СЛОВА АРТУРА

Все было бессмысленно. Алена видела это в его глазах цвета предгрозового неба. Что бы она ни сказала, как бы ни умоляла — он все уже для себя решил.

На секунду Егор прикрыл веки — она видела, как напряжен был до предела каждый мускул его лица. Потом словно через силу сделал вдох, открыл глаза и посмотрел на нее непреклонным взглядом.

— Забудь. Ничего не было. Ничего не будет. С этого момента ты мне сводная сестра — больше никто.

Алена смотрела, как он уходит от нее, твердым шагом направляясь к дому, и вновь чувствовала боль, вновь не могла дышать. Но в этот раз боль вся целиком собралась в одной точке — в груди. Сжала сердце, сдавила легкие, завязалась узлом. Но Алена знала: это не проклятие вернулось наказать ее — причиной этой боли был Егор.

Она почувствовала, как исказилось ее лицо, и глаза заволокло горячей влагой. Алена ничего не смогла сказать. Она даже ничего не смогла сказать ему, чтобы изменить его решение! Он только что все — все-все-все! — решил сам. В одно мгновение.

Наблюдая сквозь слезы, как Егор уходит, Алена видела вылетевшего из дома Славу. Тот сбежал по лестнице, пронесся мимо старшего брата, даже не взглянув на него, и приблизился к Алене. Без слов помог подняться на ноги.

В этот момент на пороге дома появилась Альма. Ее всегда идеально уложенные волосы сейчас были растрепаны, глаза широко раскрыты, женщина тяжело дышала. Видимо, она бежала сюда — после слов, которые выкрикнул Женя.

— Мама, можешь удочерить ее, — ледяным тоном громко произнес Егор. — Я больше не возражаю.

Альма вскинула глаза на сына, ахнула и тотчас прикрыла рот рукой. Она провожала Егора взглядом, пока он не скрылся в доме, потом повернулась к Алене. Пробормотала:

— Господи… Как же так…

Алена высвободилась из рук поддерживающего ее Славы. Ей необходимо было проверить. Сейчас же.

— Алена, — предупредительно окликнул ее Слава.

— Мне нужно, — решительно сказала девушка и двинулась к дому.

Сначала было страшно. С каждым новым шагом она ожидала, что ее тело снова пронзят невидимые прутья. Ждала, что боль снова обрушится на нее безжалостным запретом проклятия: «Ты не войдешь». Алена прошла мимо того места, где проклятие остановило ее несколько минут назад. Шаг, еще шаг, еще… Дошла до лестницы.

Боли не было.

Лицо вновь невольно исказилось, и Алена попыталась прикрыть его рукой, пряча от устремленных на нее взглядов. Рука тотчас стала мокрой от ее собственных слез.

Решение Егора было куда более безжалостным, чем проклятие. Это было не притворство, не временное отступление — это было Решение с большой буквы. Потому что проклятие нельзя обмануть. Алена вошла в дом, не встретив никакого препятствия. Не чувствуя собственных ног, поплелась наверх — в свою комнату.

Она не помнила, как дошла до кровати и легла, и как засыпала — тоже не помнила. Просто упала в бездонную черноту.

И, пусть лишь на время, но… все исчезло.

* * *

Наверное, впервые за долгое время Алене совсем ничего не снилось. Пробуждение в этот раз было похоже на подъем из темных глубин на поверхность, где брезжил свет.

— Ох, Аленушка, ты проснулась? — раздался рядом женский голос.

Алена нашла взглядом сидящую в кресле Альму. Мачеха встала, подошла к ней и села на край кровати. Погладила Алену по волосам. Прикосновение было очень ласковым, но уверенным. Наверное, такими и должны быть руки матери, подумалось Алене.

И почему она раньше думала, что Альма ведьма? Обычная женщина. Только очень красивая. Алена даже сказала бы — сверхъестественно красивая для ее возраста. Но у них в семье вообще все… сверхъестественно красивы. Это, наверное, проклятие так работает. Чтобы несчастных людей вокруг него (из-за него) было как можно больше. Красивая женщина привлекает мужчин и рожает от них сыновей. Ее красивые сыновья привлекают женщин… Но в итоге это делает всех несчастными.

Злое проклятие. Жестокое. Как Аглая могла такое наложить?