Чтение онлайн

Ему было невероятно хорошо, легко и необременительно. О таком сексе он давно мечтал. Секс без обязательств, что может быть лучше! Только секс без обязательств!!! И еще без лишних слов. Без советов, как надо делать, а как нет. Без нарочитой игры и стонов. Он, если честно, не терпел сексуального ора. Не терпел! Лизка была горазда поорать.

– Света, – представилась она уже по другую сторону зеркала, в кабинке, куда для отвода глаз приволокла целую груду одежды для примерки.

– Толик.

– Очень приятно, – кивнула она, взглянула на него пристально и с нажимом закончила: – Было…

Он купил булавку для галстука и сорочку в тон. И выскочил из магазина как ошпаренный, чтобы не слушать ее дыхания. Не вспоминать, как были полуприкрыты ее глаза, как цеплялась она за него и двигалась все быстрее, быстрее и судорожнее.

«Она славная», – думал Толик, расплачиваясь. Думал с тоской и сожалением. Она, может, и вольно себя ведет. Но ведь не со всеми, так?

Дэн ждал его около машины. Стоял, щурился на солнышко. Насвистывал что то лихое и беззаботное и ждал.

Он все видел, почему то сразу понял Толик. И решил стоять до последнего, если тот начнет предъявлять. Дэн не предъявлял. Он молча наблюдал за тем, как Толик идет к машине, как укладывает на заднее сиденье свои покупки. Потом отошел от водительской двери, пропуская хозяина, протянул ему руку и сказал:

– Предлагаю заключить перемирие.

– Я с тобой и не ссорился, – Толик пожал руку и осторожно улыбнулся. – Чего ты?

– Ладно тебе, Толян, – Дэн беззлобно хохотнул, но глазами смотрел нехорошими, недобрыми. – Думаешь, я не просек, что ты за мной следишь? Ведьма старая велела?

И Толик вдруг зауважал этого странного парня с ледяным, вечно препарирующим тебя взглядом. За проницательность, за «ведьму».

– Да нет, никто не велел, – решил он проявить осторожность. – Зашел за булавкой. Вдруг рубашка к рукам прилипла. Не смог отказать себе в мелочи, – и тут же решил немного Дэну подыграть. – А то в прошлый наш визит сюда Мария проигнорировала мою просьбу. Вот я и…

– Ага, ага, – с недоверчивой ухмылкой покивал Дэн. – А искал меня зачем?

– Да так… Машину твою увидел, – он махнул рукой в сторону навороченного джипа. – Думал, может, посоветуешь, что выбрать. У тебя вкус замечательный.

Лесть не прокатила. Дэн вдруг заржал оглушительно. Обернулся на магазинную витрину и снова покивал:

– Что да, то да! Вкус у меня отменный! Но и тебя не подводит. Светлану то мы оба оценили по пятибалльной шкале, так ведь?

И ушел к своей машине, а потом уехал, оставив оглушенного Толика пялиться себе вослед.

Он все знал?! Он видел его с девушкой?! Догадался, чем они занимались в кабинке для переодеваний?! Или…

Или специально все подстроил? Подослал к нему шлюху, заметив, что он за ним следит?

– Обалдеть, – выдохнул Толик, усевшись за руль, и вдруг почувствовал странную слабость во всем теле.

А что, если Дэн Машке расскажет?! Что тогда будет, господи???

Она же уничтожит его, втопчет в грязь, сдаст ментам и…

Она же предупредила его еще в самом начале их порочной отвратительной связи: если он ей изменит, она его просто зароет.

«Живьем! – сделала она акцент на этом. И с силой дунула вверх на прилипшую ко лбу челку. – Просто зарою тебя живьем, и все! И искать тебя никто не станет! И что самое главное, даже если и станет, то не найдет…»

Весь день до самого вечера Толик скитался по городу, боясь возвращаться домой. Ему сегодня надлежало везти старую каргу к дочери на ужин. Он ведь как бы водителем у нее был. И помогал по хозяйству – так Мария пояснила соседкам, проявившим любопытство. Он ей помогал, она ему.

На ужин никто не был приглашен, только свои. То есть мама с молодым любовником, Настя и Дэн. Четверо. Все свои, почти родня, как шепнула поутру мамаша ему на ухо. Только вот родство это было страшным. Он хоть и делал всегда за столом во время общих посиделок равнодушное лицо, но слова ловил и жадно впитывал. И вот не далее как пару дней назад Дэн что то такое ляпнул. Что то про покойного мужа Насти. Она ответила в том же ключе, беспечно, игриво. Мамаша не упустила случая поддакнуть. И Толик просто онемел от страшного подозрения, что смерть Виталия Рыкова – молодого удачливого бизнесмена, весельчака, пышущего здоровьем, – не случайна!

Вечер наступил слишком быстро. Стремительно стало темнеть, заметно похолодало, откуда то с полей и лесов, угадывающихся далеко-далеко, за городом, потянуло ледяным ветром. И он вдруг подумал, что зима не за горами. И любимый праздник, отсекающий года и столетия. А с кем он его встретит? С этой троицей? А ему это нужно, ему этого хочется? Он ведь еще месяц назад, упиваясь свободой, мечтал о скромной должности офисного клерка. О карьерном росте. О красивых милых отношениях.

Что теперь?!

Толик проголодался и продрог, шляясь по городским скверам. Надо было возвращаться домой. Переодеваться. Везти старую даму к ее дочери. Но как не хотелось! И уже даже не страх перед разоблачением его тормозил. Он даже подумал на голодный желудок: «Будь, что будет, да и черт с ними со всеми!» Он просто не хотел их видеть. Всех! Машкой брезговал, Дэна боялся, Настю вожделел. Прекрасная компания для душевного комфорта, да?

– Где ты был, мальчик мой?!

Машка встретила его на пороге его квартиры, где уже давно шастала, как у себя. Она принарядилась. Надела бордовое шелковое платье, свободными складками спадающее с плеч. Дряблую шею в четыре оборота обвивало жемчужное ожерелье. Волосы красиво уложены. Челка, слава богу, зачесана назад.

– Ты прекрасно выглядишь, – поразился он вполне искренне. – Здорово!

– Спасибо. – Она улыбнулась, как бегемот, прижалась к нему. – Давай переодевайся, нас уже ждут. Мы и так опаздываем.

– Ладно, сейчас…

Если она так благодушно настроена, значит, Дэн ничего не рассказал. Машка притворяться бы не стала, узнай она о его дневных шалостях. Она бы просто порвала его прямо у входа на куски.

А что же Дэн? Не было времени или решил держать его на крючке? Ладно, поживем – увидим.

– Малыш, ты живее, живее! – Она погнала его из спальни, где он оставил свою одежду, игривыми шлепками. – Нас ждут!

– Свои и подождут.

Он поторапливался, запереживав, что старая ведьма может распалиться и зажмет его прямо в душе.

– Не совсем так, малыш. – Она последовала за ним, села на унитаз и принялась жадно смотреть на то, как он моется. – Немного не так.

– Что не совсем так? – Он глянул на нее из под мыльной шапки и едва не застонал, до того отвратительно смотрелась она сейчас. – Мы не едем к Насте?