Чтение онлайн

– А что это старик совсем чудить начал? – спросил Абэ Маркус– Закрывается и днями сидит в своей башне. Как только королевскими делами занялся, так сразу головой двинулся.

– Мастер Альберт всегда приносил пользу нашему королевству. Иногда нужно не просто махать булавой, а думать головой. – ответил Абэ, которого задело такое высказывание в сторону его мастера.

– Ну ладно тебе, я не хотел обидеть или оскорбить. – мягко сказал Маркус.

– Мастер Альберт считает, что близок к великому открытию. Последнюю неделю он запретил мне помогать ему и проводить какие-либо опыты. Я лишь иногда приношу ему еды. – сказал Абэ.

Они прошли несколько шагов. В это время Абэ смотрел вперед, иногда поглядывая на домики, бывшие по левую руку от него. Маркус смотрел то на друзей, то на дома, бывшие по правую сторону, то вверх на стену, вдоль которой они шли.

Нобиль же смотрел только перед собой. Его мысли занимали Мария и какое-то тревожное чувство.

– Ваша семья поедет на коронацию? – спросил Маркус, обращаясь к Нобилю и отрывая его от ухода в собственное сознание. – Все-таки вы с отцом оба выпускники столичной академии и действующие офицеры.

– Я не был на реальной войне. Только разбирался с разбойниками.
– он говорил, изредка поглядывая назад на Маркуса. – Но приглашение, как и всем офицерам-дворянам, мы получили. Но не поедем. Отец будет на границе больше месяца, так что на коронацию мы не успеваем. А я должен помочь Марии. – немного подождав, Нобиль спросил– Почему коронация так поздно, ведь регента нет?

– Когда умер старый Людвиг, вся столица была в трауре, а после дворяне хотели назначить совет, но принц отказался от помощи. Он и при старом короле управлялся сам. – ответил Маркус – Но говорят, что он все же советуется и с сенешалем, и с Санктом, и, даже, с Владимиром Ламарком.

– Новый Людвиг не делает ставку на аристократию. Он советуется с известным ученым и с представителями духовенства. Если он боится, что у него отберут власть или же, хочет начать реформы, то это хорошая стратегия. – сказал Абэ, а затем обратился к Маркусу. – Не считаешь?

– Время покажет. – ответил Маркус.

Пройдя половину пути, троица вышла на почти пустой холм в восточной части города. У стены стояли 3 домика, между которыми собирались попрошайки и отдавали полученное. Пятеро людей, большинство из которых было одето в дорожные одежды собирали свою дань.

Когда Нобиль и его друзья прошли возле этого двора, один из бандитов сказал, как бы в сторону, но, на самом деле, бросив в спину Абэ:

– Чертов эльф. Жалко Генрих их всех не прирезал!

Маркус и Абэ замедлили шаг и посмотрели на Нобиля. Тот развернулся и быстро направился к тому бандиту.

– Тебе следует забрать свои слова обратно, паганая шваль! – сказал Нобиль с огнем в глазах, положив левую руку на меч, бывший пока в ножнах.

– Не пристало благородному требовать сатисфакции. – язвительно ответил бандит. – Тем более, у такого мелкого человека, как я.

Тот развел руками. Нобиль не вызывал его на поединок. Простолюдину невозможно было сойтись в честной дуэли с дворянином. Оба это знали. Бандит то ли провоцировал Нобиля на начало драки, из которой надеялся выйти победителем, то ли, адекватно оценивая свои и своих товарищей боевые навыки, наслаждался процессом и некой безнаказанности в своих словах. Очевидно, тот любил ходить по грани. Как бы там ни было, разжег еще больший костер другой член шайки, сказав:

– Эй, да это же тот остроухий, который сумасшедшему Анголду помогает.

Абэ выхватил свой клинок и подошел к Нобилю.

– Ты заплатишь кровью за эти слова. – сказал он.

Можно точно сказать, что Абэ и никто другой из троицы не хотели убивать кого-то из шайки. Но оба, кроме Маркуса, бывшего самым рассудительным из них, были готовы начать драку. Хотя такое решение для Абэ было менее обычно, чем для его офицерского друга.

Двое бандитов, стоявших справа от Нобиля уже достали ножи и атаковали его. Тот отвел удар и оттолкнул одного из них.

Двое других обнажили мечи и пошли на Абэ. Тот отразил их атаку и сделал выпад, отбросивший их.

Пятый же из шайки, пошел с длинным ножом на Маркуса, стоявшем поодаль от Нобиля с Абэ с перекрещенными на груди руками.

В это время Абэ скрестил свой клинок с оружием трех разбойников, а Нобиль отвел меч другого в сторону и ударил локтем в висок.

Пока эльф с молодым офицером разбирались с тремя оставшимися бандитами, Маркус даже не достал свою булаву. Он дождался того момента, когда противник замахнулся на него своим кордом и схватил руку с оружием. Свободной рукой же он нанес два быстрых и мощных удара кулаком по лицу.

Забрав оружие и убедившись в неспособности продолжать бой лежащего спиной на земле разбойника, Маркус повернул голову и безмятежным взглядом посмотрел на своих друзей.

Нобиль с Абэ убрали мечи в ножны и пошли к Маркусу. Позади них оставались лежать на земле бандиты. Все остались живы. Большинство отделалось ударами, следы от которых пройдут со временем. У несчастливейшего же из них был сломан нос, который нельзя было увидеть за алой перевязью, покрывшей лицо и стелящейся на мощенный дворик.

После короткой потасовки и небольшой прогулки, они дошли до кузницы Ульрика. Старый мастер, бывший человеком большого роста с выдающимися плечами, вышел на улицу встретить их.

–Приветствую, господин Нобель, господин Маркус, Абэ. –сказал он басистым, но в тоже время добрым и даже нежным голосом-Твой щит готов Нобиль. Можешь взять его там.

Ульрих указал на стол, стоящий на улице неподалеку. Нобиль подошел к нему. Вместе с ним пошел и Абэ, любопытствуя, каков щит Нобиля. Убрав покрывавшую ткань, Нобиль взял треугольный щит с синей крестовиной на нем. Синий был основным цветом рода Норилей. Нобиль сказал:

– Прекрасная работа Ульрик. Вы мастер своего дела. – и сказал он без капли лести.

– Ты так любишь повторять, что мастер, но ни разу не пришел ко мне за броней. Только со щитом. – как бы жалуясь все тем же добрым, но еще более басовым голосом ответил Ульрик.

– Ульрик, ты мастер-бронник, – начал Нобиль-но я предпочитаю комбинированный доспех. Остальные для меня слишком тяжелы и неудобны. Не сочти за грубость.

– Может, кто-нибудь из твоих друзей захочет себе доспех или панцирь? – спросил Ульрик.