Чтение онлайн

– Прости, прости!
– принялся он оправдываться.
– Отключил звук у мобильника. Вот и пропустил все твои звонки. Поверишь ли, подружки замучили.

– С каких это пор у тебя нет отбоя от дам?
– изумилась Мариша.

Сколько она себя помнила, Артем вечно находился в поиске. И девушки ему попадались все, как одна, стервозные. Бросали Артема, чуть что не по ним.

– Отбоя у меня от них нет с тех самых пор, как я начал прилично зарабатывать, - отрезал Артем.
– А тебе что надо? Кстати, ты думаешь, они мне о жизни звонят поговорить? Вовсе нет. Одна платьишко в бутике присмотрела. Другая штанишки кожаные.

– А тебе и жалко?
– хмыкнула Мариша.
– Как говорится, любишь кататься, люби и саночки возить.

– Я и вожу, - уныло отозвался Артем.
– Платье и штанишки я им уже вчера купил. Сегодня они мне обе позвонили, что присмотрели обувку к обновкам. Я и это съел. Но потом еще к новым сапожкам понадобились сумочки, а к ним - сережки, а потом...

– Браслетики!
– договорила за него Мариша.

– Нет, - еще более печально произнес Артем.
– Не угадала. Кулон и колечко.

– Но ведь Новый год скоро, - утешила его Мариша.
– Купи девочкам подарки.

– Но не все же сразу!
– резонно возразил Артем.
– И потом, они обе мне уже порядком надоели со своей жадностью. У меня на примете есть еще одна девочка. Провинциалочка. Кровь с молоком. В своей деревне досыта и то не ела, так теперь одному только походу в «Макдоналдс» радуется. Ни о каких сережках и речи не идет.

– Ну это все со временем приходит!
– засмеялась Мариша.
– И эти две, от которых ты сейчас стонешь, тоже с маленького начинали. Помнится, всего три месяца назад ты хвастался, с каким восторгом эти твои девочки принимают от тебя грошовую бижутерию и радуются новеньким босоножкам с рынка из кож-зама. И помнится, они тоже были откуда-то из провинции. И не были избалованы в семье.

Это была сущая правда. Артем это прекрасно знал и потому поспешил сменить неприятную тему разговора.

– А ты зачем звонишь?
– спросил он.
– По делу?

Мариша вздохнула.

– Я так и понял, - мрачно ответил Артем.
– Никому я просто так не нужен. Все только и пытаются, что развести меня на что-нибудь.

Артем, - укорила его Мариша.
– Как ты можешь так говорить! И как ты можешь сравнивать меня со своими гарпиями. Я-то всегда тебе помогала. Помнишь, в школе я дала тебе списать изложение. И в результате мне же поставили пару, а ты получил четверку. И то только потому, что, списывая, насажал ошибок. А так бы и «отлично» мог получить. А еще в третьем классе, на диктанте...

– Ладно, извини!
– быстро перебил ее Артем.
– Все понял, прости меня, дурака. Ты, Мариша, мой единственный друг. Проси чего хочешь.

Услышав, что ей нужен адрес приюта «Светлое детство», он воскликнул:

– Всего-то! А то я уж думал, что тебе надо по меньшей мере воспользоваться базой данных ФСБ на какого-нибудь криминального авторитета. А детский приют... Ты что сама в справочнике посмотреть не можешь?

– Я не дома, а тут поблизости нет ни одного киоска, где можно было бы купить справочник, - принялась оправдываться Мариша.

– Сейчас перезвоню, - коротко ответил Артем.

Он и в самом деле перезвонил через несколько минут. Оказалось, что интернат находится в Стрельне.

– Только учти, это не государственное учреждение, - предупредил ее Артем.

– Как это?
– удивилась Мариша.
– Разве так бывает?

– Если частные детские сады бывают, почему не быть интернатам, - возразил Артем.

– Но кто же станет платить частному воспитательному учреждению за круглого сироту?

Если есть частные детские дома, значит, есть и такие сироты, за которых есть кому платить, - резонно отозвался Артем.
– Поезжай. На месте все сама выяснишь. Но заведение вполне приличное. У них даже есть собственный сайт. И их рекламы еще на нескольких сайтах. Так что, думаю, там очень даже неплохо.

***

Он оказался прав. «Светлое детство» располагалось на обширной зеленой территории, которая к тому же тщательно охранялась. Массивный бетонный забор производил жизнерадостное впечатление благодаря тому, что был весь покрыт детскими яркими рисунками. На входе сидел бдительный охранник, который пристально осмотрел подруг, осведомился о цели визита и, лишь связавшись с главным зданием и предупредив о посетительницах, пропустил девушек на территорию.

Проехав к зданию, где располагалась администрация, подруги были приятно изумлены. Все вокруг радовало взгляд. На детских площадках стояли цветные горки, турникеты и прочие приспособления, чтобы детишки могли ползать, лазать, бегать и прыгать.

Одеты дети были в яркие нарядные вещички. И выглядели румяными и вполне довольными жизнью.

– Их тут слишком много, - заметила Мариша, критически оглядев не слишком большое двухэтажное главное здание.
– Как они все умещаются?

На этот вопрос им охотно ответила заместитель директора - приятная подтянутая женщина лет тридцати с небольшим хвостиком - Елена Валерьевна.

– Большинство наших детей живет в семьях, - сказала она.
– На одну воспитательницу - три, четыре или пять детей. Таким образом, ребенок получает почти полную иллюзию домашнего воспитания.

– И тут дети не живут?

Не ночуют, - поправила ее Елена Валерьевна.
– Но проводят большую часть дня. Уроки, обед, игры, занятия, кружки. Впрочем, новенькие в первые несколько месяцев своего пребывания живут тут постоянно. Потом проясняется, кто из детей симпатизирует кому из воспитателей. И уж затем они перебираются в свои новые «семьи».

– И у вас есть дети всех возрастов?

– Разумеется, - кивнула Елена Валерьевна.
– Очень важно, чтобы ребенок воспитывался в семье с самого начала. Впрочем, бывают и исключения.

– Извините, а кто платит за все это?
– спросила Мариша.
– Ведь у вас частное заведение. Значит, от государства вы не получаете денег.

– Вопрос очень деликатный, - вздохнула Елена Валерьевна.
– И разумеется, на государственном финансировании мы бы не смогли содержать это здание и имеющийся у нас штат педагогов и воспитателей.

– Другими словами, вы берете деньги за воспитание детей. Но с кого? Они ведь сироты.

– У многих детей, потерявших своих родителей, остаются другие родственники, - пожала плечами Елена Валерьевна.
– Они и становятся официальными опекунами. Но, понимаете ли, все эти люди обычно заняты бизнесом или какими-то другими делами. И появление малолетнего племянника у них дома вызовет множество проблем. Конечно, они могут нанять ребенку гувернантку или нянечку. Но... Но далеко не все хотят, чтобы вообще в их доме жил ребенок. Он мешает привычному образу жизни. Поэтому детей и отправляют к нам. Опекун ежегодно вносит за их проживание и обучение круглую сумму, иногда навещает воспитанника, видит, что тот сыт и ни в чем не нуждается, и таким образом его совесть чиста.