Чтение онлайн

– Ну что, "коровка", выясним наши отношения? Кто здесь охотник, а

кто добыча? Он прицелился и выстрелил в голову инопланетного животного. Но смертоносные лучи икстерминейтора не поразили противника. Защитный панцирь делал его неуязвимым и он, не страшась человека, ринулся в атаку. Пригнув хребет, чудище, шипя, высунуло длиннющий, подвижный, раздвоенный на конце язык, желая им изловить добычу. С одной стороны тропы возвышалась неприступная скала, с другой находился обрыв, бежать было некуда. Генри увертывался от монстра как мог, но его сопротивление только больше дразнило инопланетного животного и разжигало в нем дикий аппетит. Раздражение его достигло такого предела, что он начал топать ногой, отчего все дрогнуло и заколыхалось вокруг

– Ну, все, хвостатый ублюдок, чаша моего терпения переполнилась.

Теперь ты узнаешь, как связываться с человеком. Генри вытащил из потайного кармана двухдюймовую пластину, с содержанием смеси кацетрина с эфирисом, мощного взрывчатого вещества. Это химическое вещество Макензи приобрел у спейсджекеров, которые пользовались этой незатейливой и надежной пластиной для подрыва бесполезных кораблей в космических просторах. Детонатор включался легким нажатием на пластину, и химическая реакция взрывчатого вещества проявлялась с интервалом времени в несколько секунд. Самым сложным в затее Генри было точное попадание пластины в пасть животного.

– Эврика!
– воскликнул человек. При очередной атаке чудища он сначала сделал попытку увернуться, затем ринулся вперед, чтобы успеть кинуть пластину ему в пасть прежде, чем она захлопнется и, намочив язык, откроется для очередной атаки. Однако неутомимое существо двигалось быстрее человека. Поняв, что он не успеет осуществить свой замысел, Макензи швырнул пластину вперед, и она прилипла к липкому языку монстра. Чудовище вобрало в себя орган захвата и обработки пищи, но взрыва не последовало, и оно с еще большей активностью устремилось в атаку. Генри приблизился слишком близко к противнику. Кинулся бежать, но, спотыкнувшись, упал ничком. Перевернулся и с ужасом увидел стремительно приближающийся к нему огромный язык монстра. Не сыскав другой защиты, приложил палец на курок и выстрелил в раздвоенный мышечный вырост инопланетного животного. Оно недовольно заревело, но не отступило. Обмотало языком руку своей жертвы и потянуло к себе. Человек пытался высвободить конечность, и все впустую. Хватка чудища была мертвой. Икстерминейтор в сжатой руке безостановочно извергал смертоносные лучи, которые причиняли боль языку монстра, но он терпел, - и всё в предвкушении испробовать долгожданной добычи. Животное выпрямилось во весь свой гигантский рост и потащило за собой жертву. "Это конец!
– пронеслось в мыслях у Генри.
– Нет! Пластина! Стреляй в нее!" Прицелился и выстрелил. Два раза промахнулся, но третий выстрел был точным. Пластина вспыхнула, потом потухла, зашипела, после чего последовал сильный взрыв. Ударная волна раскромсала инопланетного животного и отшвырнула человека в ущелье. Потрясший атмосферу взрыв из своего укрытия услышал также и Брэстед. Больше не имея сил оставаться там, он бросился на выручку к своему благодетелю. Добрался до места сражения и обомлел от ужаса: повсюду валялись кровавые останки астерийского животного, снег вокруг принял алый окрас. Брэстед, с трепетом в сердце продвигаясь вперед, начал звать своего спутника. Обошел огромную территорию, но не нашел того.

– Нет-нет! Он не мог погибнуть. не мог.
– пытался убедить себя

Абель.
– Наверняка он где-то тут, но я слепец, не могу его найти.. Нет! Его нигде нет!
– в отчаянии вскричал он. Взглянул вниз и обнаружил на дне ущелья нечто темное, напоминавшее по форме человеческую фигуру. Не раздумывая о последствиях, Брэстед кинулся вниз. Кувыркаясь и барахтаясь, ударяясь о скалистые выступы и падая в глубокие снежные обрывы, он с большим трудом достиг подножья горы. Запыхавшись от бега, бросился к тому месту, где видел человека. Глаза его не подвели. Это действительно был Генри Макензи. Молодой землянин вздрогнул, увидев его состояние. Все тело Генри было в крови, и он не проявлял признаков жизни. Это жуткое зрелище повергло Абеля в шок. Он припал на колени возле тела и долго не мог прийти в себя. Первое чувство потрясения приутихло, и он принял решение отдать дань памяти своему покровителю и схоронить его. Немного подумав, он достал из рюкзака тент, раскрыл его на земле, чтобы завернуть в него тело. В нерешительности подошел к мертвецу и с содроганием дотронулся до него. Подтолкнул легонько к тенту и испуганно отпрянул, когда мнимый покойник издал приглушенный стон. В ошеломлении он подобрался к Генри, прижал ухо к его груди. Навострил слух и расслышал слабый стук сердца.

– Он жив! Жив! Жив!!!
– радостно завопил Брэстед, и эхо его голоса

разнеслось по всему ущелью.

Г л а в а 7

ДРУГ И ВРАГ

Верный друг познается в неверном деле.

Квинт Энний

– Смотрите, он приходит в себя!
– услышал Генри чей-то голос из

мрака. С трудом разомкнул слипшиеся ресницы и осмотрелся по сторонам. В исказившемся изображении, получаемом мозгом, он ничего не разглядел. Яркий свет болезненно воздействовал на его глаза, он прикрыл веки и опять погрузился во мрак. Спустя некоторое время повторил свое стремление разглядеть окружающую его обстановку. Вторая попытка оказалась удачнее. Землянин обнаружил себя в помещении с белыми стенами в кругу незнакомых людей. Вглядевшись повнимательней в черты лиц присутствующих, понял, что возле него стояли четыре женщины и один молодой человек. В последнем Генри узнал своего племянника, остальные были ему незнакомы.

– Где я?
– спросил он, еле выдавливая из себя слова.

– Здравствуйте, дядя Мейс. Как я рад вашему пробуждению.
– он

крепко обнял больного и незаметно для присутствующих подмигнул.

– Полегче, Луи, - раздался голос одной из особ.
– Реанимационный

период еще не истек. Своей излишней активностью ты можешь навредить его здоровью. Генри взглянул на говорящую и удивился. Женщины были похожи друг на друга: все блондинки с длинными волосами, правильными чертами лица, смуглой кожей, зелеными глазами и прекрасной фигурой. Одежда их была красочной и вызывающей, походила больше на одеяние дикой амазонки, чем на строгую униформу медицинского персонала. Внешний вид медиков Астерии не вызвал доверия у пришельца, но он предусмотрительно не высказал своего недовольства. Проверив состояние пациента, они покинули палату, оставив его наедине с посетителем.

– Что это значит, Абель? Где мы находимся? Как сюда попали? Почему ты

обращаешься ко мне другим именем? И отчего ты сменил свое?

– Не сердитесь так. Я все вам расскажу, только успокойтесь.

– Прекрати обращаться со мной, как с больным ребенком. Я жду

объяснений.

– Для начала позвольте мне выразить свою радость.

– Абель, говори!
– сердито прервал его тот.

– Мы находимся в больнице Остиса, - неуверенно начал свой пересказ

молодой человек, - в том самом поселении, куда стремились попасть. А представить нас под чужим именем я решил только для того, чтобы защитить от посягательства местных властей на нашу жизнь, - он с опаской оглянулся и, понизив голос до шепота, проговорил: - Незадолго до нашего прибытия Ксенос успел заварить здесь кашу почище, чем на Линиане. Он и здесь убил какую-то важную особу, но вину за это преступление хотят вменить нам, потому что этот подлец дал ложные показания. Теперь тут с нетерпением ждут двух землян, по описанию похожих на нас. Мне с большим трудом удалось убедить их, что мы вовсе не те, которых они ждут. Вас я представил как Мейсена Сомерсона, а сам назвался вашим племянником Луи. Моя выдумка не оказала на них столь большого впечатления, как тату на вашем плече. Они стали тут шушукаться про какой-то знак королевы Ариады. Сдается мне, что именно поэтому они отнеслись к нам более благосклонно. Здесь вам оказали квалифицированную помощь. Вылечили и вернули к жизни.

– Что стало с монстром? Он выжил?

– Нет. Взрыв уничтожил его.

– Ах да.
– протянул Макензи, припомнив последние события.
– И как же ты

доставил меня сюда.
– он приложил руку ко лбу и вздрогнул от неожиданности. Правая конечность его была не из плоти. Попытался сжать пальцы в кулак, но у него ничего не вышло. Удивленно и тревожно взглянул на сидящего рядом. Тот боязливо опустил глаза.

– Я сожалею, - подавленно выговорил Абель.

– Я. лишился руки.
– дрожащим голосом проговорил Генри, не веря в

произошедшее с ним, - . лишился руки.

– Все не так уж плохо, - попытался успокоить его Абель. Однако Макензи не желал его слушать.

– .и во всем виноват Ксенос. это он сделал из меня калеку..

– Вы не калека. Врачи пересадили вам новую нейроимпульсную руку.

– Мне не нужна новая рука.. Мне нужна моя!..
– в негодовании выпалил

больной.
– Верните мне мою руку!

– Прекратите буянить.. Это вам совсем не к лицу. Вы ведете себя

как ребенок.. Да, вы лишились руки.. И что же? Разве из-за этого следует поднимать столько шума? Скажите спасибо, что вы вообще остались живы. Состояние ваше было настолько тяжелым, что здешние врачи уже не верили в ваше выздоровление. Вы перенесли несколько операций, пробыли в коме более месяца, и грех жаловаться на потерю руки, когда вас вернули к жизни. И, кроме того, - Абель приподнял его руку и показал на нейротрансплантат, - ваша новая рука сослужит вам службу куда лучше старой.

– Ты спятил!
– раздраженно фыркнул Макензи и отдернул руку. Сделал

усилие, чтобы подняться, но не смог. Тело не слушалось.

– Я забыл вам сказать.
– боязливо проговорил Брэстед.
– Врачи

говорят, что.. что..

– Что еще утверждают эти недоумки?

– .что вы не сможете. ходить.
– Абель съежился в ожидании грозы. Был

уверен, что реакция больного на новость будет куда хуже прежней. Однако его опасения были напрасны. Генри был спокоен. Лицо его выражало надменность и неприязнь.

– Ни черта эти неучи не знают. Генри Макензи не так легко сломить!

Если я жив, - я буду ходить. С тех пор как отважный экс-разведчик произнес эти слова, прошло два месяца, но он так и не смог исполнить своего обещания. Долгие занятия не приносили ожидаемого результата, и врачи готовы были оставить попытку вернуть пациента к прежнему образу жизни, но он не сдавался. Генри с большим упорством продолжал делать физические упражнения по восстановлению функций движения ног. К концу третьего месяца, когда лечебная методика инопланетных медиков не принесла результатов, уверенность землянина пошатнулась. Он был в отчаянии. С каждым днем неудачи ухудшали не только его физическое состояние, но и психическое. Брэстед ввиду своей молодости и неопытности не замечал изменений в своем покровителе. Возможно, это происходило и оттого, что Генри во время его визитов пытался выглядеть оживленным и веселым, в то время как на душе у него было неладно. В начале четвертого месяца неудач Макензи принял жизненно важное для него решение. Очередной день приходил к концу. Вечерние сумерки упали на Остис, серебристо-белый город в сердце Сиваса. Купола невысоких зданий в лучах закатного солнца переливались различными, колоритными цветами. Воздух звенел пением птиц, исполняющих свою последнюю песнь дня. На смену им временами раздавались голоса странных ночных животных, возвещающих о своем пробуждении. Закат на Астерии был столь же шумным, как и рассвет, с разницей лишь в изменчивых живописных оттенков небосвода. Любуясь чарующими красками предвечерья, Генри тщательно подбирал слова, которые должен был сказать своему племяннику в предстоящем разговоре. К концу беседы Макензи планировал расстаться со своим протеже, расстаться с ним навсегда. Ему было нелегко решиться на эту разлуку и, тем не менее, благоразумие призывало его положить конец их совместным странствиям. Молодому Брэстеду необходимо было найти свое призвание в жизни, и следовать повелению сердца и разума, а не потакать желаниям "калеки без будущего". Таковы были мысли и намеренья Генри, печальные, но трезво оценивающие положение. С наступлением сумерек в городском стационаре объявился ожидаемый визитер. Настроение у него было хорошим, и он прямо-таки сиял от радости. Он долго и красноречиво говорил о местных поселенках. Рассказывал о своих дневных приключениях и забавах, описывал различные причуды горожан. В ходе своих личных наблюдений Брэстед узнал, что Астерию населяли лишь женские особи, человекоподобные создания, обзаводящиеся потомством способом партеногенеза - особой формы девственного полового размножения. Но это ничуть не смущало юного землянина. После долгих лет жизни невольника ему было приятно очутиться в обществе прекрасных инопланетянок. Местные красавицы впервые видели человека мужского пола. Куда бы Абель ни пошел, везде он был желанным гостем. Он с таким воодушевлением рассказывал своему покровителю обо всем увиденном, что окажись на месте Генри другой слушатель, он, несомненно, отнесся бы к словам молодого человека с большим интересом. Однако в тот день Брэстеду так и не удалось привлечь его внимание. У его покровителя был отрешенный вид, он пребывал в глубоких размышлениях. Подавленность его передалась и Абелю. Мрачное расположение духа охватило землян, и давящее на разум молчание затянулось на несколько минут.