Чтение онлайн

но мне нужно было в ТЦ (потом он вспомнил, может, через пару дней

– хотел купить джинсы), там я зачем-то накупил DVD-дисков и пошел

к Олегу, – Бля, я какой-то наркоман, Михан. Да, слушай, мы все какие-

то наркоманы. Ты посмотри на Олега…» Не бойтесь, он не упал в

обморок, не заткнулся, не забыл, что хотел сказать – речь Вовы будет

продолжаться дальше. Для меня будет приятнее если она прольется

по всему сюжету, присмиряя зло и объясняя происходящее.

У меня оставалось немного гашиша, найденного Никитой.

Большую часть куска я отдал Игорю, из-за чувства вины за его

радербаненный вес. Мы плотно покурили и принялись за старые

споры. Что можно, что нельзя? Есть ли контроль над нами?

Нарисовано ли небо и круглая ли земля? Я последнее время твердо

стоял на том, что мир конструктор. Быть или не быть его деталью твой

выбор. Ты можешь считать его иллюзией, матрицей, реальностью

самой по себе, божественным ли творением. В любом случае ты

существуешь и знаешь об этом. Я напирал на то, что с нами никогда

ничего плохого не происходило, какой бы пиздец мы с ним не учиняли.

Мы должны продолжать – на хуй страх и притворство! Он иногда

соглашался, как будь то бы полностью проникнувшись, но через

минуту начинал нытье, в точности повторяющее речи Очкарика. Леша

– это вирус против свободы его нужно устранить или просто

отодвинуть. Интересно конечно же почитать о всех этих событиях с

точки зрения Вовы. То что поводы и выводы бы кардинально

изменились – ничего страшного. Сама последовательность действий,

дней, часов внутри дней сшилась бы так, что ваша жизнь дорогие

свернулась и завыла бы как потерявшийся пёс, лишенный всякой

надежды.

Перешли на бытовые темы. Так вышло, что из этой

наркоманской компании я увидел первого Вову, хоть и познакомился

с ним в последнюю очередь. Все дело в его примечательной

внешности. Еще будучи студентом я снимал комнату в соседнем к

тому доме в котором сейчас происходит действие и часто, выходя

покурить или возвращаясь домой, встречал человека с собакой на

поводке. Он обладал выдающимися (крупными) чертами лица, но

хрупким, невесомым телом поэтому очень быстро запомнился. В тот

момент, казалось, что ему лет сорок-сорок пять. Теперь, смотря на

него, можно ошибиться лет на десять и туда и обратно. Я это проверял

не только на себе. Никто сразу не угадает сколько Володя уже ходит

по этой земле. Может быть он всегда по ней и ходил? Или это

общественная галлюцинация? Сам я верю всей душой, что он

существует и дышит с нами одним воздухом, иначе откуда у меня

появились эти необычные часы, не нуждающиеся ни в какой

дозарядке, что тоже, конечно, немного странно и символично.

Вован же, кстати, «РАБОТАЛ НА РАБОТЕ». Я готов принять, что

на чисто забуду всех людей, наполняющих эту неделю, но фразу

написанную капсом – навряд ли, очень-очень наврялли. Когда первый

раз это от него услышал, да для меня как будто-то смысл жизни

открылся. Он же даже не говорил, что он там делает и не пытался, в

отличие от большинства, рассказать, а просто водил туда-сюда

руками. Как Володя думает, попал он туда случайно, из-за того, что

одна знакомая очень любит животных.

Про собаку, вроде, еще не было? У Вовы была собака и об этом

знал весь город. Кокер спаниель с пиздатой стрижкой и через чур

высокомерным поведением по кличке Далси. Та что любит животных

была когда-то его начальницей, и несколько месяцев назад до всего

этого она встретила его на улице, разузнав в подробностях про Далси,

похвалив Вову за ответственность, она позвала его на работу.

Какого-то хуя судьбы, тетю я эту увидел и запомнил еще раньше

чем Вову. Расхаживая рядом со своей общагой я постоянно натыкался

на женщину, которая кормила то одну, то другую стаю бродячих

собак, живших по соседству. Их и было-то всего две. Она не бабули,

кидающие то что было в ладони, она привозила еду машинами,

раскидывая это всем желающим, иногда, вместе с рабочим, которого

прихватывала с собой со смены.

В то время, что я там жил активно велось строительство нового

большого спорткомплекса во славу нашего вождя. Работу вели

русские мексиканцы, которые жили тут же в бараках неподалеку. В

один из вечеров наш университетский городок покрыл черный дым.

Высоченное пламя с удовольствием кормилось нарами и пожитками

рабочих людей. Бараки выгорели, образов как ни удивительно

отличную локацию для квестов типа тайник.

Вован рассказал в ту ночь еще один факт, который под

гашишным опьянением просто охуенно вписался в общую картину.

Гастеры, как раз в год пожара (насчет месяца мы не сошлись, так что

выводы могут быть и не правильными, но…) съели любимую собаку

этой жертвенной женщины. Когда мы все сопоставили, посмеялись на

славу. История с корвалолом тоже получила продолжение в эту ночь.

Вован зачем-то рассказал Олегу с Некитой о моих утренних происках

лекарств. За что получил долгие нравоучения об огромном вреде

корвалола для организма и тяжкой мало с чем сравнимой

зависимостью, а я в их глазах теперь представал жестким аптечным

наркоманом, которого надо уже спасать.

Вова пошел собираться работать на работе, ему оставалось

всего час-полтора. Он слезно просил, чтобы мы с Никитой приехали к

нему завтра в обед с «порошком». В принципе, я выполнил его просьбу

пусть был и не очень пунктуален.

3

В это день я даже поспал пару часов, скорее всего, уже после

обеда. Пописались с Вовой. Получил серию, как обычно,