Чтение онлайн

Лина в раздражении прикусила губу. Допустим, воспоминания о гибели мужа были ещё болезненны, но она вовсе не оберегает "этого" Сева… или нет? Всё внутри неё протестовало против безумного решения, она не хотела делать дорогого человека зависимым от себя, но также знала, — переубедить Снейпа, вбившего себе в голову сумасбродную идею, будет сложно. Ослиное упрямство — ещё одно их общее семейное качество.

— А что, если у нас не получится? Том как таракан, со своими крестражами имя ему — легион, хоть это и жалкие огрызки, они остаются смертельно опасными ядовитыми змеями! Что, если мне не удастся его пленить, и он займёт моё тело? Или твоё, раз ты будешь "связан" со мной?

— Лили, я уже говорил тебе, что всё решил. Я знаю твою историю, полностью осознаю все опасности… И ещё надеюсь — если ты будешь возвращаться, возможно, мы окажемся в этой петле вместе. И тебе… не будет так одиноко.

— Сев… — Лина спрятала лицо в ладонях. Ей было горько, стыдно и больно. Она не желала ему такой жизни — вечной борьбы. И совсем не задумывалась, как её "возвращения" отразятся на человеке, связанном с ней душой. А Сев подумал. Он всегда был лучшим в стратегии.

— Но это же не точно! Если я умру, время может просто откатиться, всё, что мы делали, перестанет существовать, связь исчезнет, всё будет напрасно…

— Или нет. Как ты и сказала — ничего не точно, мы не знаем наверняка. Но Лилс… Если это сработает, вдвоём нам будет проще разбираться с Томом. Общая память, знания… Мы сможем быстренько уничтожить лорда и доживать оставшиеся годы вместе… По-моему, неплохая перспектива. А если эта жизнь будет не одна — мы можем стать кем угодно, ездить, куда захотим…

— Я тебе надоем ещё в третьей, — всхлипнув, ответила Лина. Северус, присев рядом с ней, обнял за плечи, уже привычно протягивая ей свой платок.

— Мы возьмем у Блэка "Волхование" и я посмотрю, что понадобится для ритуала. Какие-то зелья?

— На самом деле, оно несложное, даже убивать никого не придется, — качнула головой девушка. — Рунная цепочка и немного крови. В нем главное — добровольное участие. Но на такое никто не захочет пойти.

— Я уже захотел. И, если ты не передумаешь, у нас всё получится. А теперь нужно умыться, скоро ужин.

Лина снова согласилась. Он прав — они избавились от улик, и не хотелось привлекать лишнее внимание заплаканным раньше времени лицом. У неё ещё будет время порыдать. И повод найдётся.

Трагическим вестником для студентов стала профессор Макгонагалл. Пожилая женщина держалась очень прямо, и голос её не дрожал, когда она сообщала учащимся нерадостные новости, но Минерва старалась не смотреть на пустующее золочёное кресло, а лицо её, серое и какое-то постаревшее, напоминало гипсовую посмертную маску.

По её словам, теракт был делом рук реакционеров, которым не нравилась лояльная политика Дамблдора. Лина вспомнила, что в то время нападения и стычки с членами Ордена уже происходили, но печальная слава Пожирателей Смерти ещё не была настолько публичной, и декан не желала упоминать их перед детьми. Можно было предвидеть, что инцидент спишут на проделки Волдеморта, но не стоило терять бдительности — несмотря на длительную и тесную работу с аврорами в прошлой жизни, Лина смутно представляла, как выглядит магическая криминалистика, и как у них расследуются убийства, помимо проверки палочек подозреваемых.

— Это такой кошмар, просто ужас, — плакала Мэри, и Лина ободряюще сжала руку подруги, пока та вытирала салфеткой слёзы. Директора многие уважали и любили, и даже за столом слизеринцев ученики казались растерянными и поникшими.

— Завтра занятия отменяются, директора Дамблдора похоронят в Годриковой лощине, рядом с матерью и другими членами семьи. Об этом попросил его брат, — продолжала рассказывать Минерва, а после, коротко вдохнув, села на место. Она не могла позволить себе уронить лицо, но полностью сдержать скорбное подрагивание губ ей не удавалось.

Следующие несколько дней Лина помнила плохо. Её накрыло откатом от пережитого, всё было, как в тумане, а на окружающих она смотрела, как через толстое стекло — звуки доносились глухо, и на обращения девушка отвечала с запозданием. Северус сопровождал её после занятий и в библиотеке, но на уроках, за столом и в личных комнатах приходилось обходиться самой, и облитые чаем края мантии стали привычным делом, благо, "Экскуро" справлялось с пятнами без труда.

— Ты не в порядке, — серьёзно сообщил ей друг, в очередной раз наблюдая, как Лина рассеянно замирает над эссе, а с пера срывается капля чернил.

— Не в порядке, но я справлюсь, — привычно уже взмахивая палочкой и удаляя кляксу, пообещала девушка. — Я просто ну… никогда раньше… И это оказалось тяжелее, чем можно представить.

Они не произносили имени директора, старались не говорить о происходящем, но воспоминания оставались свежими и болезненными. Поджав губы, Северус поспешил сменить тему:

— Регулус принес мне книгу, я прочитал описание ритуала. Действительно несложно. Думаю, как только ты… будешь готова, мы можем попробовать. Только скажи, когда…

— Сегодня, — Лина с таким ожесточением ткнула пером в пергамент, что проткнула его насквозь. — Я не в порядке, но лишнего времени у нас нет. Используем Выручайку.

Снейп с сомнением глянул на неё, но кивнул. Зайдя так далеко, никто из них уже не планировал останавливаться.

Выручай-комната принимала тот вид, который требовался просящим, и в этот раз обернулась небольшим ритуальным залом с темным гладким полом, на котором очень удобно было писать мелом. Сверяясь с книгой, примерно за два часа удалось нарисовать круг с нужными символами, и Северус достал из сумки старинный кинжал с изогнутым лезвием.

— Тоже от Регулуса, говорит, в закромах у Блэков таких с десяток. Клинок уже испил крови, выше вероятность, что всё получится, — пояснил он, пока Лина вытаскивала из кармана пузатую бутыль антисептика и перевязочные пакеты. Меньше всего ей хотелось заработать заражение крови и умереть раньше времени. Если всё получится, жизнь Северуса будет зависеть от неё.

Усевшись в центр круга, они принялись бормотать строки заклинаний, в которых, по мнению Лины, было слишком много про "принятие и подчинение", но голос друга звучал ровно и спокойно, и это не позволяло ей колебаться. Резать запястья пришлось вдоль, рана получилась болезненной и глубокой, и кровь стекала ручейком, собираясь лужицей и заставляя руны сиять холодным потусторонним светом. Протягивая Снейпу кинжал, она в последний раз спросила его одними глазами, готов ли он, но тот лишь приподнял бровь, рассекая руку и сжимая кулак, чтобы кровь текла обильнее. Руны мигнули и погасли, порывом ветра затушило свечи и факелы на стенах, и зал погрузился во тьму. Лина поняла, что теряет сознание, но последним усилием успела остановить кровотечение себе и Северусу, утыкаясь при этом ему в плечо.

Очнулись они примерно через час, практически одновременно, и Лина со стоном потёрла затёкшее плечо. Пальцы саднило, а холод от камня пробрался под мантию, вынуждая ёжиться. Голова лежала на мягком — похоже, теряя сознание, Снейп пытался уберечь подругу от падения, и наверняка отморозил себе всю спину. Лина взмахнула палочкой, наколдовывая свет. Даже без использования Бузинной палочки шар света получился в полтора раза крупнее обычного, он завис в воздухе, излучая ровное сияние.

— Поднимайся, — она помогла Северусу сесть, машинально разминая ему плечо. Откуда-то пришла уверенность, что он ушиб макушку при падении, а ещё у него замерзли ноги. — Тебе нужна новая обувь.