Семь Зверей Райлега
Шрифт:
— Всё найдём, — непререкаемо заявил Ксарбирус. — И куда раньше. Всё на самом деле просто. Неожиданности — это для тех, кто не умеет планировать.
Стайни не сдержалась — хмыкнула.
— А думаешь, старый дурак совсем из ума выжил? — съехидничал алхимик. — Нет, ещё не совсем, не совсем. Есть неожиданности — и неожиданности. Вот Гниль, например — это неожиданность. А храм… мне доподлинно известно, каких существ он может притягивать. Ничего страшного.
— А почему же там не может оказаться чего-то неожиданного, как с Гнилью?
Алхимик снисходительно усмехнулся.
— Да потому, что Гниль — процесс живой, развивающийся, да простится мне это кощунственное сопоставление. А магия Зверей ушла, ушла насовсем. Остались только старые отпорные заклятья, какие ещё не сработали по каким-нибудь роющим норы зверькам или там змеям. Есть разница, не находишь?
Стайни не стала спорить.
— Веселье продолжается! — громогласно объявил Ксарбирус, едва они появились в лагере. — Гниль. Прямо у нас на виду, в воротах Этара.
Тёрн лишь слегка сжал зубы.
— Мы почувствовали, — выразительно произнёс Кройон. В присутствии алхимика демон очень присмирел, уже не декламируя стихов по поводу и без повода, равно как и не вспоминая родной план. — Даже я, недостойный, что уж говорить о многомудром Тёрне.
— Завоняло Гнилью, да, — процедил дхусс. — Значит, в воротах Этара? Что ж сейчас с городом?
— Её благодари, — сварливо кивнул алхимик. — Стайни запечатала пустулу. Конечно, не так, чтобы очень надолго, но большинство населения, бесспорно, спасётся. И осталось у нас только две скляницы её эликсира.
— Три, — демон потешно сдвинул выдающиеся кожистые валики бровей.
— Две. Потому что одну я поспешил зарезервировать для себя. Надо же разобраться, где и как Мастера так сумели натянуть нос Высокому Аркану! Так что призываю всех к осторожности. Когда справимся с нашим делом и я вернусь в Семме, тогда пожалуйста, передавите хоть всех многоножек по одной. А пока что придётся утроить бдительность.
— Толку-то! — фыркнула Нэисс. — Толку от этой бдительности!
— Многодостойной не стоит так отчаиваться. Я хоть и страдаю целым рядом несовершенств, однако чем дальше, тем больше приучаюсь чуять эту вашу Гниль, — вдруг заявил Кройон.
— То-то сейчас ты, мэтр, помалкивал, — не сдавалась сидха.
— Недостойный ещё не был уверен, — парировал демон.
Тёрн подступил вплотную к Ксарбирусу.
— Досточтимый мэтр. Вы уверены, что наш поход следует продолжать?
— Да, разумеется, — последовал энергичный кивок. — Ты дал слово, мой дорогой дхусс. Я тоже. А слово надо держать, как нас всех учили в детстве.
— Э-э-э, почтеннейший Тёрн, как это — «следует ли продолжать наш поход?» — всполошился и Кройон. — Я не готов… я не могу… последняя надежда…
— Что-то пошло неправильно. Очень неправильно, — проговорил дхусс, ни к кому в отдельности не обращаясь.
— Не строй из себя непризнанного пророка, любезный Терн. Я совершенно согласен, что Гниль ведёт себя абсолютно атипично, но…
— А Гниль может именно вести и именно себя?
— Тьфу. Брось цепляться к словам, дхусс.
— Вам, достойнейший мэтр, как никому, следует относиться к ним осторожно и подбирать с тщанием.
— Хорошо, хорошо, — Ксарбирус не скрывал раздражения. — Я же не упёртый начётник, видящий одну лишь страницу фолианта и игнорирующий всё остальное. Я не верил, что такое случится с Гнилью. Но реальность, что называется, бьёт в глаза. Тем не менее пока я не вижу причин прекращать поход. Мы в долгу перед мэтром Кройоном. Как только он отправится назад, я вплотную займусь этой новой тенденцией в частоте и локализации проявлений Гнили. Вновь приглашаю присоединиться, сударь мой дхусс.
Тёрн не ответил, взглянул на Стайни.
— Как ты считаешь?
— Тёрн… — Гончая опустила антрацитовые глаза. — Я тебе верю. Если ты говоришь, что идти не надо, я соглашусь. Но… мэтр Кройон… он ничем не виноват…
— Женщины и дети в Этаре тоже ничем не виноваты, Стайни.
— Да хватит вам! Как белки неразумные! — сидха потеряла терпение. — Гниль, не Гниль… решили — делаем. А не рыдаем.
Над лагерем повисло молчание, Кройон растерянно хлопал глазами. Ксарбирус, прищурившись, глядел на Нэисс, Стайни — на Тёрна. А дхусс долго молчал.
— Досточтимый мэтр Ксарбирус. Сколько нам ещё добираться до этого храма? И как?
— Как? Вверх по Сеттону, притоку Делэра, к самым его истокам, к водопаду Мэлара. Сколько? С силой нашего дорогого Кройона — четверо суток, самое большее — пятеро. Найдём место почище, я проведу поиск. Он действует на три дня пути, так что через восемь-девять дней точно окажемся на месте.
— Хорошо. Продолжим путь, — дхусс явно колебался, и согласие у него получилось весьма неохотным.
Берега сходились всё ближе. Узкий и глубокий Сеттон сбегал с гор, пробив себе неширокую щель в зелёных предгорьях, течение убыстрилось. По берегам Поднялись хвойные леса, фермеры и хуторяне селились севернее Этара, на равнине, вдоль Делэра. Глушь в верховьях Сеттона привлекала, как и почти все остальные просторы Гиалмара, только следопытов и звероловов.
Четыре дня пути миновали, пролетели как один. Мало-помалу река начала мельчать, всё больше попадалось камней и настоящих порогов.
— Вот и всё. — Был пятый день с того момента, как караван миновал Этар. Речное русло вздыбилось белопенным зверем, вознёсшимся на десятки футов водопадом. Его можно было обойти, но Ксарбирус только покачал головой и повторил: — Вот и всё. Рекомый водопад. Теперь забраться повыше и…
— И что же?
— Вам, включая и прекрасных лесных дев, отойти подальше, устроиться поудобнее и ждать, пока я закончу.
— Тёрн, скажи мне, что происходит, Тёрн? Ты за четыре дня едва ли четыре же слова и проронил.
— Стайни, — вздохнул Тёрн. — Я ничего не скрываю.
— Ничего? Совсем-совсем ничего?
— Ну, кое-что приходится, — сознался дхусс. — Но что касается нашего дела с мэтром Кройоном — тут всё начистоту. Я не знаю, кто или что охотится за нами, почему эта слепая сила лупит наугад, да ещё избрав такое негодное оружие, как Гниль.
— Негодное?
— Разумеется. Если оно даже как следует не нацеливается. Но храм Феникса — это место силы, пусть угасшей, уснувшей, ушедшей — называй как хочешь, — но силы. И «пристреляться» по нему — куда легче, чем слепо колошматить по Гиалмарским равнинам. Знаешь, как только что проснувшийся пытается прибить мелкого жучка-кровососа? Остальные внимательно прислушивались к их разговору. Особенно сидха.
— Понимаю тебя, Тёрн, — вступил Ксарбирус. — Частично даже согласен. Если бы не одно «но». Нет в пределах Райлега такой силы или такой сущности, что смогла бы повелевать Гнилью.
— Я понимаю, мэтр, — смиренно отозвался дхусс, явно не желая затевать очередной спор.
— Ты прав, — вдохновившись, алхимик принялся вещать, словно находясь на вожделенной кафедре Таурмагического университета. — Действительно, взять на мушку старый храм куда проще, чем какую-нибудь рощу или там холм. Но если я честно признаю, что нынешний паттерн проявлений Гнили действительно не согласуется с общепризнанной теорией, то вот наличие сверхсущности, способной управлять этим процессом…