Семена Перемен
Шрифт:
– Зачем мы здесь? – спросил Эрик, переведя дух.
– Почему нет? Мне здесь нравится. Видно весь город от края до края, светло и просторно. Можно вот так сидеть часами и чувствовать себя частью чего-то большего. Мне показал это место Варди. Я бы сама мимо прошла, а он такие вещи подмечает.
Варди, сын Айварса, был другом Мии. Они часто проводили время вместе, хотя отец, недолюбливавший Айварса, смотрел на это с неодобрением. Иногда Мия злилась, но большую часть времени ей, кажется, было все равно.
– Хотя ты прав, – она пристально посмотрела на Эрика. – Мы здесь, чтобы поговорить.
– И о чем?
– О чем? Конечно, о том, что произошло. Меня отослали наверх, но кое-что я слышала. Хочу знать подробности. Здесь тихо и спокойно, отличное место, чтобы поболтать.
Эрик, который все еще чувствовал себя напряженно, не был в этом так уверен.
– Почему они поссорились? Сегодня все словно воды в рот набрали, не припомню, когда такое было последний раз.
– Может быть никогда? – предположил Эрик.
– Вот тут ты не прав, – возразила Мия. – Пока ты был маленький, они часто ругались, иногда не разговаривали по несколько дней.
– Из-за чего?
– Да не знаю… – Она развела руками. – Из-за всего. Потом как-то успокоились. Я радовалась, и тут на тебе. Так что? Что произошло?
Эрику совсем не улыбалось рассказывать сестре все как есть. Он хотел сохранить тайну о Башне и странной девочке хотя бы от нее.
– Ну-у-у… – протянул он, соображая, как бы половчее выкрутиться. – Сначала обсуждали мою рубашку. Потом начали ругаться. Отец был очень расстроен, рассердился и ушел из дома. После этого мама говорила что-то странное, вспомнила про Сола и Вену, про чувства, что они могут быть счастьем, но могут причинять боль. Как ты думаешь, это она про них с папой?
Последняя фраза вырвалась у мальчика сама собой. Он очень не хотел делать подобный вывод и надеялся, что сейчас сестра все ему объяснит, успокоит, и окажется, что он просто что-то понял не так.
– Похоже на то, – опустила голову Мия. – Так. Нам нельзя раскисать, мы должны что-то придумать. Как-то помирить, пока не зашло слишком далеко.
– Слишком далеко? – не понял Эрик.
– Да, слишком далеко. Ты знаешь, что мать и отец Варди уже несколько лет почти не разговаривают?
– Н-нет…
– Он рассказывал мне, только это тайна. Ты ведь умеешь хранить секреты? – Мия строго глянула на брата.
Эрик не знал, умеет ли он хранить секреты, но на всякий случай кивнул.
– Теперь, когда разобрались, в чем дело, надо придумать, как мы можем на это повлиять, – похоже, Мия была настроена решительно.
– Как например?
– Думаю, думаю… – Мия перевела взгляд на крыши домов, будто пытаясь найти ответ у города.
Неподалеку, в рабочем квартале, из труб поднимался густой дым. Где-то там сейчас был отец. Со стороны торговой площади раздавались приглушенные крики. Здесь, на крыше, их было едва слышно. Над домами возвышались стройные целлы, в которых служители Культа несли свою круглосуточную стражу на благо жителей Патеры.
– Может быть обратимся к целлиту Корнелиусу? – неуверенно предложил Эрик. – Он всегда говорит, что семья очень важна…
– Ой, ой, повзрослей уже немного. Корнелиусу и дела нет до нас и нашей семьи. Ему важно, чтобы мы приходили на нудные сакрифиции и возносили хвалу Чаше.
– Но…
– Нет, даже не вздумай. Нам нужно быть хитрее, – внезапно лицо Мии просияло. – Кажется, я придумала!
***
Эрик лежал на мостовой лицом вниз. Плечо нещадно горело. Удар пришелся чуть ниже сустава и оставил ощутимый синяк. В голове гудело от падения. Где-то вдалеке раздались сначала голоса, а затем быстрые, встревоженные шаги нескольких пар ног. Мальчик пошевелился, но почувствовав боль в лодыжке, замер. Наверное, потянул ногу во время падения.
– Эрик, – раздался взволнованный голос отца. – Эрик, ты меня слышишь?
Сильная рука уверенно, но осторожно повернула мальчика лицом вверх. На улице начинало темнеть. Он разглядел над собой три фигуры, но в сумерках не смог разобрать выражения лиц.
– В сознании, уже хорошо, – удовлетворенно сказал отец. – Можешь подняться?
Эрик попробовал, но покачнулся. Опять напомнила о себе лодыжка.
– Не знаю, – сказал мальчик неуверенно. – Ногу потянул… Кажется.
– Я донесу тебя до дома, там осмотрим. Хватайся за шею.
Отец наклонился и взял его на руки. Рядом, с напряженным выражением лица, стояла мать. Из-за нее выглядывала Мия и смотрела на Эрика слегка виновато.
– Он меня защищал, – сказала сестра. – Бросился на них. Его ударили, а я вырвалась, за вами побежала. Надо было остаться, вступиться, но я испугалась.
– Ты все правильно сделала, – сказала мать, положив руку ей на плечо.
Отец кивнул, соглашаясь.
– Нет, надо было! – всхлипнула Мия.
– Мать права, ты сделала лучшее, что могла, – остановил ее отец. – Тем более мы рядом.
Двинулись домой. Сильные руки отца словно не замечали вес Эрика. Мать шла молча. Только Мия всю дорогу продолжала говорить, сообщая все новые и новые детали произошедшего:
– Один из них с подбитым глазом был, в рваной рубашке, мне показалось, пьян. Другой маленький такой, противный, но наглый, все лез за руку взять. А третий ни звука не издал. Не знаю, может, дурачок. Но он то меня и схватил, когда мелкий этот злиться начал. Не знаю, что уж они хотели. Сначала вроде как познакомиться: вот мы, мол, красавцы какие, не хочешь с нами дружить? А нужны они мне? У меня Варди есть.
Руки отца ощутимо сжались, Эрик ойкнул. Мать встревоженно взяла его ладонь в свою. При этом придвинулась к отцу, их плечи соприкоснулись. Он посмотрел на мать, она ответила продолжительным взглядом. В глазах обоих больше не было ни злобы, ни обиды, лишь тревога за сына.
Мия, идущая чуть поодаль, хитро улыбнулась и подмигнула Эрику.
***
Дома его внимательно осмотрели. Никаких серьезных травм не оказалось, плечо продолжало ныть, но лодыжка вскоре утихла и перестала о себе напоминать. Мать заварила чай с травами, отец помог накрыть стол. После ужина семья долго сидела, болтая о том о сем. Мия ушла первой, вслед за ней собралась мать. Эрик остался наедине с отцом.
– Как она? – ни с того ни с сего спросил тот, когда звуки шагов стихли и в доме наступила тишина.
– Кто?
– Бьёрг… То есть не Бьёрг, – отец смутился. – Девочка, которую ты встретил у Башни.
– Она странная. Очень.
Отец улыбнулся. Его взгляд блуждал по комнате.
– Ты уже дал ей имя?
– Имя?
– Да, она ведь его не помнит. Попросит тебя дать ей имя.
– Откуда ты знаешь?
Отец не ответил, только неопределенно покрутил в воздухе рукой.
– Стань ей другом, – сказал он наконец. – Стань опорой и поддержкой. Цени ее. Будь защитой. Будь лучше, чем ты есть. Со временем она многое вспомнит и многое тебе расскажет. Тогда ты поймешь. Поймешь меня. Поймешь все, что происходит. Пока просто поверь. Это не моя тайна, вернее не только моя или… уже не моя.