Чтение онлайн

В этом же, 1857 году, 29 апреля, у него родился пятый сын — Сергей, которого ждала та же участь, что и самого Александра, — пасть от руки убийцы.

Завершая эту скорбную линию, добавим, что и последний его сын — Павел, кому суждено будет родиться через три года, 21 сентября 1860 года, тоже окажется жертвой насилия: он будет расстрелян в Петрограде 28 января 1919 года в дни «красного террора».

А в 1857 году, после рождения Сергея Александровича, Марии Александровне было предписано лечение минеральными водами на немецком курорте Киссингене. Царь и царица, объехав многих своих немецких родственников, наконец приехали на курорт. Однако поездка эта преследовала и важные политические цели — 13 сентября, после длительной подготовки, в столице Вюртемберга Штуттгарте произошла встреча Александра II и его бывшего непримиримого врага, а теперь потенциального друга — Наполеона III, императора Франции. Но быстрому сближению помешало то, что Наполеон III поднял вопрос о положении Польши, а Александр категорически отверг какое-либо вмешательство в польские дела, считая этот вопрос своим внутренним делом. 19 сентября в Веймаре состоялась давно подготавливавшаяся встреча Александра с австрийским императором Францем-Иосифом, тоже не давшая определенных результатов.

Почти полугодовое странствие царя и царицы закончилось их приездом в Царское Село 15 октября.

Почти весь 1858 год прошел в странствиях по России, сначала на Север: Вологда, Архангельск, Соловки и Валаам, а потом — по Волге до Нижнего Новгорода и, наконец, в Варшаву.

Одним из наиболее важных событий конца 50-х годов в жизни царской семьи, несомненно, было совершеннолетие старшего сына Александра II Николая.

Восьмого сентября 1859 года цесаревич Николай Александрович принес присягу на верность императору, принял всех послов, аккредитованных в Петербурге, совершенно очаровав их умом и сердечностью. Но на следующий год с ним случилось несчастье — во время скачки на ипподроме в Царском Селе цесаревич упал с лошади и ушиб себе спину, на что сначала не обратили должного внимания, но об этом — чуть позже.

В 1861 году Александр II совершил свое самое выдающееся деяние — отменил крепостное право, а затем очень много времени уделял законодательному процессу налаживания новых отношений в деревне.

До личных дел и забот о самом себе у него совсем не было времени. Только весной 1864 года он вместе с Марией Александровной отправился на воды в Киссинген и Швальбах, где они и пробыли до конца июня.

В это же время в Европу отправился и цесаревич Николай Александрович, который перед тем, в 1861–1863 годах, успел совершить два очень продолжительных путешествия, крайне насыщенных и весьма полезных с познавательной точки зрения. После этого, как бы продолжая образовательную программу, в июне 1864 года цесаревич поехал за границу.

Один из сопровождавших его в этом путешествии, профессор Б. Н. Чичерин, известный историк, философ и правовед, — писал: «Мы путешествовали, как кружок друзей разных возрастов, различных положений, но все соединенные общим чувством и общими стремлениями. Центром этого маленького мира был прелестный юноша с образованным умом, с горячим и любящим сердцем, веселый, приветливый, обходительный, принимающий во всем живое участие, распространяющий какое-то светлое и отрадное чувство». Объехав Германию и Голландию, цесаревич направился в столицу Дании Копенгаген и там, в замке Фреденсборг, встретил прелестную семнадцатилетнюю принцессу Дагмару, дочь датского короля Христиана IX, и принял решение сделать ей предложение.

Имя Дагмара является аналогом имени Аврора, по-датски означая «Утренняя заря». Принцесса родилась в Копенгагене 14 ноября 1847 года.

До знакомства с цесаревичем Николаем Александровичем жизнь Дагмары проходила в религиозной и высоконравственной семье гвардейского офицера, женатого на племяннице бездетного короля Дании Фредерика VII — последнего короля из династии Ольденбургов.

Пятнадцатого ноября 1863 года Фредерик умер, и престол перешел к отцу Дагмары — Христиану Глюксбургу, первому представителю новой династии на датском троне. Мать Дагмары — принцесса Луиза Гессенская, доставившая своим браком трон собственному мужу и ставшая королевой Луизой, — имела трех сыновей и трех дочерей, сыгравших затем видную роль в династической истории Европы. Старший брат Дагмары в 1903 году наследовал от своего отца корону Дании и взошел на трон под именем Фредерика VIII. Принцесса Александра вышла замуж за принца Уэльского Эдуарда, а после того, как он стал королем Великобритании Эдуардом VII и императором Индии, эти же титулы стала носить и Александра. Второй брат Дагмары стал королем Греции под именем Георгиоса I, а младшая сестра — Тира, выйдя замуж за короля Ганновера, герцога Кумберлендского, добавила в фамильную копилку титулов датского королевского дома еще и эти два титула. Дагмара же стала императрицей России.

Однако это случилось позднее, а летом 1864 года дело дошло только до того, что Николай Александрович послал к своим родителям, находившимся в это время в Дармштадте, на родине императрицы Марии Александровны, одного из свитских офицеров, князя В. А. Барятинского. Царь и царица согласились на помолвку с Дагмарой, и 20 сентября помолвка совершилась. Вслед за тем произошло и обручение, и Дагмара стала невестой цесаревича, о чем жители Петербурга были извещены пушечным салютом в 101 выстрел. Невеста переехала из Дании в Дармштадт, к своим новым родственникам, и стала заниматься там законом Божьим, готовясь к переходу в православие. А Николай Александрович уехал в Италию, где у него начались сильнейшие боли в спине. Врачебный консилиум вынес решение, что это не более, чем острый приступ ревматизма, и порекомендовал больному провести зиму в Ницце. Меж тем цесаревич уже не мог распрямиться и ходил сильно сгорбившись, с каждым днем слабея все больше и больше. А в начале апреля дела пошли настолько плохо, что 4 апреля к нему выехал двадцатилетний великий князь Александр, а еще через два дня и сам император с восемнадцатилетним сыном Владимиром. По пути к ним присоединилась невеста цесаревича со своей матерью, но когда они приехали в Ниццу, цесаревич уже умирал. Великий князь Александр стоял у изголовья умирающего, но еще находящегося в полном сознании брата, когда в комнату вошла Дагмара. Она стала рядом с Александром, и они вместе пробыли у постели цесаревича до самой его смерти. Однако, прежде чем это случилось, цесаревич, чувствуя, что никакой надежды на то, что он останется жив, нет, в один из последних дней своей жизни соединил их руки и взял с них обещание, что они станут мужем и женой. Александр и Дагмара плакали, уверяя больного, что он непременно выздоровеет. Но никаких надежд ни у кого не осталось. Приехавшие в Ниццу мировые медицинские светила, и среди них и Н. И. Пирогов, поставили диагноз: туберкулезное воспаление спинного мозга. Это был смертный приговор. В ночь на 13 апреля 1865 года Николай Александрович умер.

В его изголовье стояли принцесса Дагмара и любимый брат Александр. Горе утраты любимого жениха и брата очень сблизило их. Они не знали тогда, да и не смели думать, что пройдет всего полтора года и они станут мужем и женой, а их будущий сын — Николай — станет последним императором России…

А после того, как Николай Александрович 28 мая был похоронен в Петропавловском соборе, его брат Александр был провозглашен цесаревичем, и ему суждено было через 16 лет взойти на престол под именем Александра III.

Между тем семейные дела Александра II после 1860 года вступили в новую фазу. Прошло уже 19 лет со дня свадьбы с Марией Александровной, успевшей родить двух дочерей и шестерых сыновей, из которых только первая дочь — Александра — умерла. Последнего своего ребенка — Павла — императрица родила, когда ей шел тридцать седьмой год.

А вместе с тем у императрицы было не очень хорошее здоровье, и многочисленные роды не шли ей на пользу. Кроме того, климат Северной Пальмиры был не чета климату ее родины — Южной Германии, и все это привело к тому, что Мария Александровна стала страдать астмой и сердечными приступами.

Нездоровье повело к охлаждению отношений между нею и Александром, которому к этому времени было чуть больше сорока лет. Природа, как известно, не терпит пустоты, и сердечный вакуум был вскоре заполнен: по утверждению изучавшего «донжуанский список» Александра II историка Г. И. Чулкова, царь последовательно переменил полдюжины любовниц. Чулков называет Долгорукову 1-ю (не следует путать ее с Долгоруковой Екатериной Михайловной, о которой речь впереди), Замятнину, Лабунскую, Макову, Макарову и Ванду Кароцци. Сюда же вплетает Чулков мимолетную и совершенно скандальную историю с какой-то гимназисткой, дочерью камер-лакея. Однако все эти увлечения, если они и были, представляли собою не более чем слухи и сплетни, за исключением истории с двадцатилетней красавицей княжной Александрой Сергеевной Долгоруковой (Долгоруковой 1-й). Княжна обладала сильным характером и четким, мужским умом. Однако через непродолжительное время император охладел к ней. Дав ей понять, что возврат к прежним отношениям невозможен, Александр способствовал скорому замужеству Александры Сергеевны. Мужем бывшей фаворитки стал генерал Альбединский, вскоре после свадьбы отправленный генерал-губернатором в Варшаву.

Став мадам Альбединской, бывшая мадемуазель Долгорукова навсегда ушла из жизни императора, и он едва ли рассчитывал услышать когда-нибудь ее девичью фамилию.

Однако судьбе было угодно распорядиться иначе.

Весной 1865 года сорокасемилетний император прогуливался в Летнем саду. Он заметил прелестную девушку — грациозную, модно одетую, с румянцем во всю щеку, с большими лучистыми глазами. Это была дальняя родственница Александры Долгоруковой — теперь Альбединской — восемнадцатилетняя княжна Катенька Долгорукова.

Александр знал ее давно. Летом 1857 года, оказавшись на больших маневрах под Полтавой, он останавливался в имении ее отца — князя Михаила Михайловича Долгорукова и тогда-то впервые увидел Катеньку. Девочка поразила его ласковостью, непосредственностью и грацией, и царь запомнил ее. Через несколько лет Долгоруковы разорились — из-за непрактичности и широкого образа жизни. Их усадьба была несколько раз описана кредиторами, и, только продав фамильные бриллианты и золото, Долгоруковы смогли уплатить проценты и спасти Тепловку от публичных торгов с молотка. Подкосила их и реформа 1861 года, а еще более — неожиданный пожар, погубивший большой и богатый дом. После этого княгиня Вера Долгорукова написала Александру о всех постигших их несчастьях, и царь велел определить четверых мальчиков в петербургские кадетские корпуса, а Катеньку и Машеньку — в Смольный. Кроме того, Александр остановил «экзекуцию» банков и тем спас семью от окончательного разорения. Однако переживания последних лет настолько подорвали здоровье князя Долгорукова, что он вскоре умер, а его вдова переехала в Петербург и, сняв скромную маленькую квартирку, жила от воскресенья до воскресенья, когда к ней могли прибегать сыновья. Иногда навещала она дочерей, прилежно учившихся и мечтавших попасть при выпуске на мраморную доску первых в своих классах. Самой большой радостью для девочек были посещения матери и «царские дни», когда в Смольный приезжал царь и визит его сопровождался роскошным обедом и многочисленными подарками.