Чтение онлайн

И что же, черт побери, происходит? Несчастье. Я получил от Бенциона Циглера в подарок коробку конфет с местной красавицей, дополненной цветами «Техниколор» сверху. Я был очень рад, ибо это подарок универсального характера, годный на все случаи жизни. Поэтому я положил его в эксклюзивный отдел «Общая дрянь». И тут случилось потрясение. Нам вдруг захотелось отведать шоколада. Мы дрожащей рукой разорвали целлофан, и нашим изумленным глазам открылась дюжина камней, покрытых зеленой плесенью.

— Это уже переходит всякие границы, — сказала жена, — это самый пожилой шоколад, который я в жизни видела.

Объятые гневом, мы вышли из дому и набросились на Бенциона Циглера. Он побледнел и стал извиняться, утверждая, что и сам получил конфеты в подарок позавчера по случаю посвящения в адвокаты от своего лучшего друга Бар Хонига. Мы тут же позвонили Бар Хонигу и сказали ему: «Что это такое?» Он пробормотал, что получил эту коробку в подарок по случаю победы на Синае от инженера Глика. Алло! Глик получил это четыре года назад от тещи, когда у него родились близнецы (то есть шоколад от тещи, а не близнецы). Теща получила от Гольдштейна (1964). Гольдштейн — от Глезера. Глезер — от Стельмаха. Стельмах — от тети Илки… Тетя… от нас в 1961-м… Вот теперь я вспоминаю… Мы купили ей подарок по случаю операции ноги…

Этот набор обошел все население страны, участвовал во всех мероприятиях, новосельях, торжественных открытиях, закладке краеугольных камней и теперь, по прошествии многих дней, снова оказался у нас. Если б я не открыл его, конфеты вращались бы в вечном круговороте, до тех пор пока не рассыпалась коробка.

Поэтому мы сочли своим долгом проинформировать граждан Израиля, что единственная коробка конфет изъята из оборота. Кто-то должен купить новую и соединить прерванную цепь. Извините.

Согласно научным исследованиям, самый глубокий сон охватывает человека в 5.25 утра. Именно в это время среднестатистический гражданин погружен в непрерывный здоровый сон. Но как раз в 5.25 этот среднестатистический гражданин просыпается от истошных криков и грохота землетрясения. Этот жуткий внезапный грохот буквально выбрасывает меня из постели. Он не един по спектру, он состоит из нескольких разновидностей, как то: внезапная воздушная атака, топот стада разъяренных бизонов, раскаты грома, поступь центурионов в сопровождении криков раненого Тарзана, спешащего на спасение своего сына.

Все это, как уже было сказано, в 5.25.

Каждый по-своему реагирует на сверхзвуковые явления. Есть жильцы, которые закапываются на семь локтей под подушки и там беззвучно молятся, тогда как другие вскакивают с постелей и бегают взад-вперед по спальне. Пишущий эти строки, например, нападает на жену при первых звуках взрывов и борется с ней с дикими воплями, пока ей наконец не приходится встать, включить свет в спальне и убедить его, что все это не относится к области ночных кошмаров… И так продолжается не менее полутора минут. После этого снизу раздаются крики мужчины, сотрясающие весь дом до основания:

— Яалла!

И весь оглушающий кошмар продолжается под грохот и лязг тяжелых гусениц.

— Как небольшой группе людей удается устраивать такой адский шум? — удивился Феликс Зелиг однажды утром, стоя в 5.25 у открытого окна. — Ну как?..

Мы посмотрели вниз на небольшую, но хорошо организованную группу, состоящую из всего-навсего четырех человек: водителя муниципального грузовика, типа, стоящего на верху машины, и еще двоих, которые тащат ящики с мусором со двора. На первый взгляд простые работники по вывозу мусора, которые всего лишь выполняют свою ответственную функцию, однако техника производства шума у них совершенна и продумана до последней мелочи. Водитель едет только на первой скорости при максимальных оборотах двигателя, ящик тащат по мостовой, сопровождая это громкими спорами и проклятиями, так что порой возникает впечатление, будто они собираются убить друг друга в порыве страшного гнева…

Однако если прислушаться к их разговорам, то выяснится, что они обсуждают самые будничные темы. В соответствии с неписаными правилами громогласная беседа начинается как раз тогда, когда два грузчика находятся уже во дворе, в нескольких шагах от машины.

— Охохо! — обращаются они в пространство и орут в сторону водителя. — Охохо! Где вы были вчера вечером где?

Водитель высовывает голову из кабины и орет в ответ в предутреннем сумраке:

— Огого! Мы были дома были! А вы?

— Ходили в кино смотреть боевик! Классный фильм очень классный!

Те, кто живут в задней части нашего коммунального дома, утверждают, что два грузчика имеют обыкновение общаться друг с другом, находясь по разные стороны мусорного бака, который они тащат.

— Эй, — орут они с расстояния полуметра друг от друга, — тяжелый день сегодня тяжелый а?

— Ну да тяжелый приятель! На этой улице много едят много здесь!

Госпожа Кланиет проживает как раз над тем местом, где стоят мусорные баки, и ее нервы натянуты до предела. Однажды она распахнула окна и прокричала хулиганам:

— Тихо, ради Бога, тихо! Почему вы шумите ночью?!

— Какая же тут ночь? — вежливо прорычал один из грузчиков. — Уже пол-шестого, да, госпожа?

— Вот я сейчас полицию вызову, — присоединился к хору голосов Циглер, и в ответ на эти слова четверо работников чистоты разразились веселым смехом, способным оглушить любого полицейского.

— Зови зови,— проорали они Циглеру, — где ты найдешь полицейского в пол-шестого утра ну где?

Веселые и здоровые люди — эти четверо рыцарей городского уборочного хозяйства, ничего не боящиеся евреи, пышущие здоровьем и радостью жизни, с богатыми голосами, лишенные галутных комплексов, писатель Залман Шнеур прямо мечтал о таких. Создается впечатление, что для них нет никакой власти и никакая печаль не может их отяготить. Это впечатление совершенно верное. После одного из митингов протеста жителей нашего дома было принято решение срочно обратиться в санитарный отдел муниципалитета по вопросу «сокращения утренних землетрясений». Я лично звонил главному уполномоченному и плакался ему в жилетку.

— Да, я понимаю, — ответил он, — у меня дома то же самое каждое утро. От этого можно с ума сойти…

Мы подали властям письмо протеста за множеством подписей, в котором потребовали запретить четырем всадникам Апокалипсиса швырять ящики с мусором с высоты более двух метров, ибо это создает звук мощного взрыва, вызывающий шоковую реакцию в 5.25. Ответа мы не получили. Домработница Циглеров, некая Этрога, объяснила нам, что не стоит вкладывать в борьбу слишком много сил, она живет как раз над начальником грузчиков и грузовика, и ей известно, что уже два министра пытались вмешаться в это дело, в результате чего им пришлось уволиться и уйти в кибуц…