Чтение онлайн

Теперь Тсуна замечал многое. В то время как сам Гокудера стал значительно мягче. Нет, он и раньше был добрым человеком, но всячески старался это скрыть, стесняясь этой своей стороны, а сейчас…

— Господи, женщина! Ты хоть понимаешь, что вам тяжелое поднимать нельзя?! — рычал Хаято, вырывая из рук Вел огромные чёрные мешки с мусором. — Оставь мужскую работу на мужчин, чёрт подери!

— Они не тяжёлые, — оправдывалась девушка. — Просто объёмные и всё.

— Я сказал, что сам всё сделаю! — вновь огрызнулся Гокудера, хватая несколько мешков одновременно, чтобы Вел ничего не досталось. — Иди, вон, лучше пыль с подоконника протри…

И вот нечто подобное целый день. После, когда Вел полезла на сам подоконник, чтобы снять шторы и простирать их от пыли, Гокудера был рядом, придерживая девушку и не позволяя той упасть. Но и сама Риччи не оставалась в стороне. Хаято, держа в своих руках огромную коробку с каким-то неизвестным Саваде барахлом, попросил, вернее приказал, Вел достать из его кармана небольшую резинку для волос и собрать тому волосы, так как у него у самого руки заняты и все в грязи.

Никогда Тсуна не видел на лице Вел так много… счастья? Удовольствия? Радости? Она буквально сияла, когда с особой нежностью и аккуратностью сплетала его длинные пряди на затылке, оставляя лишь чёлку, которая просто не доставала. Было видно, что ей нравятся белоснежные волосы парня. Боже, да похоже, ей всё в нём нравится. Даже то, как он злится и бубнит проклятия тяжёлой коробке, которую еле вынес на улицу. Откуда вообще эти вещи у него дома? Тсуне страшно даже знать. Отродясь ничего подобного не видел. Но не против избавиться…

Как ни посмотри, а Гокудера Хаято и Риччи Велия… Красивая пара. Тсуна действительно рад за них. И ему всё равно, что там говорил Реборн о предупреждении. Да какая разница? Будут проблемы — решат вместе. Сейчас главное, чтобы эти двое увидели, что их чувства взаимны, но… Учитывая положение, торопиться не стоит. Савада и так пошёл на риск, собирая их всех. Не говоря уже о том, что ему пришлось повидать в своём доме то, что не следовало.

После, под вечер, когда все окончательно устали, но большую часть работы определённо выполнили, ребята собрались у Тсуны в комнате, занимаясь его последней просьбой. Тсуна нашёл целую копну перепутанных ниток для вязания и небольшую записку мамы, чтобы Тсуна попросил своих друзей распутать их. Интересно, а на всё остальное, где записки? Как бы то ни было, ребята не отказались. Сели у парня в комнате на полу вокруг корзины с огромной копной. Каждый отыскал себе начало какой-либо нитки и принялся наматывать новый клубок.

Тишина немного давила, но не утомляла, так как ребята и в самом деле устали. Однако Такеши всё же решил начать разговор.

— Вел, так получается, ты обладаешь Пламенем Дождя, как и я, верно? — с улыбкой спросил парень.

— Угу, — кивнула девушка, немного неуверенно. — Мукуро-семпай говорит, что они, Пламя Дождя и Грозы, пока пассивные. Зависят от моих эмоций, хотя я не до конца это понимаю.

— Круто! — улыбался Ямамото.

Тсуна краем глаза поглядывал за Хаято, а Хаято в свою очередь начал слегка нервничать, интенсивнее наматывая клубок ниток.

— Может, как-нибудь покажешь, что уже можешь? Ты ведь тренируешься, верно? И меня чему-нибудь научишь.

— Нет, — виновато отрицательно покачала головой. — Я не развиваю эти свои способности. Мукуро они не нужны, а мне… Вроде и так нормально живётся. Сражаться я не умею. Тем более, ты ведь мечник, верно? Вряд ли, я буду учить что-то подобное.

— Ха-ха, верно, — с улыбкой кивнул Ямамото. — А жаль, было бы весело с тобой позаниматься, а то вечно после уроков на отработках пропадаешь.

— Чёрт, тебе же сказали «нет», чего прилип? — гневно фыркнул Хаято, комок ниток которого превращался в тугую шайбу. Ей и убить можно было. Тсуна стал паниковать. Что-то явно шло не так.

— Ну, — протянула Вел, посмотрев на бейсболиста. — Вообще-то есть то, в чём мы могли бы с тобой начать тренироваться.

— О! — Ямамото удивлённо вскинул брови.

— Я просто… — неожиданно девушка покраснела, отводя взгляд в сторону, и заправила одну из кудрявых прядей за ухо. — Просто хотела начать заниматься спортом. И хотела обратиться кому-то за помощью в этом вопросе. Ты ведь спортсмен, тем более, один из лучших игроков нашей школы. Вот и…

— Чего?! — рыкнул Гокудера. — Зачем тебе это? Если хочешь заниматься спортом, то занимайся! Этот бейсбольный придурок тебе зачем?

— Ну-ну, Гокудера, не горячись, — успокоил того Ямамото. — Даже профессиональным спортсменам нужен тренер, который присмотрит за ними и поможет советом.

— Фек! — Хаято недовольно скрестил руки на груди. — Тоже мне… тренер…

— В… Вел-сан, — мягко обратился Тсуна, пытаясь успокоить обстановку. — А зачем тебе это? Спортивные соревнования уже позади. Осталось только закрытие.

— Ну… — девушка выглядела неуверенной, но ответ всё же дала. — Хочется немного похудеть и…

— Похудеть?! — вновь повысил голос Хаято. — Что за бред?! Как по мне, человек прекрасен такой, какой он есть. Все эти изменения ни к чему хорошему не приведут. Только ломаешь себя, а ради чего? Пф!

— Ну, может она хочет понравиться кому-то? — предложил Ямамото, пожав плечами. — Разве это плохо? Все стремятся к какому-то своему идеалу.

— Кому-то понравиться?! Не смеши меня! — огрызнулся Хаято, которого теперь уже мало что останавливало от драки. Он определённо был на взводе. — Какая разница как выглядит человек, если тебя не принимают таким, какой ты есть? Похудеет она, или пополнеет, это неважно! Раз не приняли в самом начале, то хоть золотом себя осыпь, это ничего не даст. И стараться ради какого-то придурка, который этого не ценит — глупо.

— Гокудера-кун, — протянул Тсуна, виня себя за то, что вообще этот вопрос поднял. Хаято теперь не остановить. Он определённо думает сейчас о Вел и Мукуро. Хи-и-и! Как же быть?

— Боже… — вздохнул Такеши, немного бледнея. — Ты так говоришь, будто знаешь кого-то конкретного… Остынь, друг. Я просто предположил.

— Но, а если я хочу измениться не для кого-то конкретного? — отозвалась девушка, посмотрев Хаято в глаза. — Хочу измениться, чтобы понравиться сама себе.

Парень какое-то время смотрел на Вел, словно задумываясь над её вопросом. После чего ответил довольно серьёзно и непривычно серьёзным, для Гокудеры, тоном:

— Лучше избавься от тех, кто усомнился в твоей красоте. И прислушайся к тем, кто видит, насколько ты милая.

После этих слов… в комнате покраснели все. Абсолютно. Вел от того, что услышала нечто подобное от самого Хаято, Тсуна и Такеши сами были в шоке и думали, куда бы себя деть в такой-то неловкой обстановке. А Хаято… До того дошло, что на эмоциях он сказал кое-что лишнее. Да, это было то, что он на самом деле думал, но это так не в его стиле, что он готов хоть прямо сейчас сквозь землю провалиться. Парень не просто покраснел, а буквально побагровел. И отвернулся, избегая встречи взглядов вообще с каждым.

— То есть… я это… — принялся оправдываться парень, подбирая слова. — Как по мне, главное — это быть самим собой. Вот, что я хотел сказать. Да…

— Э-э-э… Вы, наверное, перекусить хотите, — неожиданно всполошился Савада, поднимаясь на ноги. — Сейчас спущусь на кухню и гляну, что там мама оставила.

— Тсуна, давай помогу, а то нести сразу четыре чашки, да ещё и закуски ничего не уронив… — тут же отозвался Такеши, буквально ликуя, что есть возможность сбежать.

— Э? Что? Да я сам! — отозвался Тсуна, но бейсболист был неумолим.