Семейные узы. Смятение чувств
Шрифт:
Мысли текли своим чередом, а внутри ворочался тяжелый темный гнев, который искал выхода. Камила вошла, и гнев обрушился на нее.
— Как ты могла? Как посмела уйти из дома в такой час? Всему есть предел! Я не потерплю этого! — кричала Элена.
Камила искренне хотела успокоить мать. С одной стороны, она понимала, что все получилось не слишком складно, с другой — настолько была уверена в своей правоте, что не сердилась на Элену, надеясь успокоить ее и убедить.
— Мамочка, ты сама сказала, что я имею право уходить и приходить, когда мне удобно, ведь я совершеннолетняя, мне уже перевалило даже за двадцать один!
— Но ты же пожелала мне спокойной ночи, ушла спать, а потом как вор, как… как… как не знаю кто сбежала!
— Я не могла уснуть, мне было плохо, нужна была какая-то разрядка после того ужасного случая с Капиту. Я решила поболтать с приятными мне людьми, позвонила и…
— Эду пригласил тебя? Он пригласил тебя в ресторан? — В голосе Элены было столько боли, что Камиле захотелось успокоить ее и на этот счет.
— Эду не было дома. Алма сказала мне, что он поехал с приятелем в бар слушать потрясающего музыканта, и я решила, что это как раз то, что мне нужно — побыть на людях, послушать хорошую музыку в обществе приятных людей.
— Ты что, не понимаешь, что ты навязываешь себя? Не понимаешь, что с тобой будут поступать соответственно? Даже Эду! Он тоже не ангел, ты видишь, что он позволяет себе напиваться в твоем присутствии. А дальше будет и еще похлеще! Чего ты добиваешься? Ты ведешь себя ужасно! Всему есть предел! До тех пор пока ты живешь со мной, я за тебя отвечаю, и я не допущу, чтобы моя дочь превращалась… Я не хочу, чтобы у тебя была судьба Капиту…
Камила не заслужила подобных упреков. Как смеет мать говорить такое дочери! И Капиту не заслуживает, чтобы о ней говорили дурно! Как они скверно и обидно думают о молодых, а сами!..
— Ты просто меня ревнуешь! — вспыхнула Камила. — Ты мне завидуешь! Завидуешь тому, что меня приняли в этом доме, что ко мне там хорошо относятся! Мне нравится этот дом и эти люди! Я хотела бы, чтобы у меня была такая семья!
— Да тобой просто пользуются! — не осталась в долгу Элена. — А ты, маленькая дурочка, не замечаешь этого!
— Интересно, как это можно мною пользоваться? — поинтересовалась Камила.
— Они хотят разлучить меня с Эду и используют для этого тебя!
— А мне кажется, что ты хочешь мучить Эду. Почему ты к нему не ездишь? Он тебя столько раз звал! А ты просто бесчувственная! Ты эгоистка! Ты выясняешь отношения с Алмой, а на Эду тебе наплевать. Хорошо еще, что мне не наплевать! Я делаю для него что могу!
Злые слезы бессилия брызнули из глаз Элены, она подняла руку и ударила Камилу по щеке.
— Замолчи! Замолчи! — истерически крикнула она.
— Выйди из моей комнаты, — деревянным голосом попросила Камила.
Элена уже жалела о том, что сорвалась, но сделанного не вернешь.
— Мне больно так же, как тебе, — глухо проговорила она и вышла из комнаты.
Утром Камила рано ушла из дома на занятия. Элена так же рано отправилась на работу. Ей нужно было принять какое-то решение. Дальше так продолжаться не могло. Она всерьез чувствовала себя виноватой перед дочерью. Но что, что она могла поделать?!
Она сидела одна в кабинете, хотела настроиться на пациентов. Но мыслями все время возвращалась к случившемуся. Она хотела помочь своей бедняжке, а сама ее обидела, и как!..
В дверь постучали. Элена взглянула на часы: неужели первый пациент?
Но в дверь вошла Алма.
— Извини, что без предупреждения, — начала она. — Я сочла необходимым с тобой поговорить, но не была уверена, что ты этого хочешь.
— У меня есть основания не хотеть, — холодно сказала Элена.
— А я бы на твоем месте все-таки поговорила с доной Алмой, потому что только она способна избавить тебя от твоих мучений.
— С чего это ты взяла, что я мучаюсь? — надменно поинтересовалась Элена.
— А с чего это ты так агрессивно вчера со мной разговаривала? — Пухленькая брюнетка смотрела на крупную блондинку как смотрит мудрая мать на неразумную дочь.
— Ты манипулируешь моей дочерью! — повысила голос Элена. — Ты настраиваешь ее против меня! Ты привечаешь Камилу, чтобы разлучить меня с Эду.
— Ты мать, и не веришь, что к твоей дочери можно искренне привязаться? — рассердилась Алма. — Не веришь, что она может вызывать симпатию? Но представь себе, так оно и есть. Я не думала, что ты способна так узко смотреть на вещи!
— Имей в виду, Алма, я не позволю тебе испортить мои отношения с Эду! И я не отдам тебе мою дочь!
Алма поудобнее уселась в кресло и глубоко вздохнула.
— Лучше выслушай меня, Элена. О каких отношениях ты говоришь? Ваши отношения давным-давно умерли, только ты никак не хочешь этого понять.
— Пусть об этом мне скажет сам Эду, — гордо вскинула голову Элена.
— Он тебе никогда этого не скажет. Он не способен причинять боль. Не способен с того дня, когда на его глазах сгорели его родители. Скорее он даст себя четвертовать, будет мучиться, будет страдать, но никогда не причинит боль другому. А я не хочу, чтобы он и дальше так мучился. — Алма говорила очень серьезно и очень просто, невольно заставляя к себе прислушиваться.
— Ты считаешь, что я могу принести ему только страдания? — насторожившись, спросила Элена.
— А что ты можешь ему принести? — Алма посмотрела ей прямо в глаза.
— Любовь. Почему ты боишься этого слова? Женщина может подарить любовь мужчине любого возраста, — с той же гордостью настаивала Элена.
— Эду ты можешь одарить только материнской любовью, — снова вздохнув, сказала Алма.
— Ты полна предрассудков и не понимаешь, что можно жить по-другому! — Элена защищала свое право на счастье как львица.
— У тебя есть семья, Элена, дочь, сын, внучка. Эду тоже вправе иметь семью. Он проведет с тобой лучшие свои годы, ты состаришься на двадцать лет раньше его, и он останется в мире один как перст. Вряд ли ты собираешься родить ему детей. А как мы мечтали о них с матерью Эду! Она была не только моей сестрой, но и лучшей подругой, и мы всегда представляли себе свадьбу Эду, его жену, его детей… Ты сама мечтала об этом для своего сына, для Камилы. Так не мешай ей!
Элена закусила губу и молчала. Алма же продолжала:
— Не буду тебе лгать, я очень хочу, чтобы ты смирила свою гордыню и согласилась уйти. Вы уже насладились друг другом, встречались, развлекались, путешествовали, теперь пора подумать о будущем. Будущее — достояние молодых. Я хочу видеть, как Эду играет со своими детьми, провожает их в школу, строит планы. Пусть вместе с Камилой. Если быть честной до конца, то я представляла себе рядом с Эду совсем не Камилу, но давай не будем ничему мешать. Пусть они решают сами, быть ли им вместе или пойти навстречу новой любви. Обуздай свой эгоизм. Не мешай им.