Чтение онлайн

— Теперь можете жениться и спать с ее деньгами!

Вместе с Гловером Бэрридж выбежал наружу: Патрик разговаривал, хотя это едва ли можно было назвать разговором, с молодым мужчиной, рядом с которым стояла красивая темноволосая девушка. Мужчина, судя по его виду, тоже был настроен весьма агрессивно и даже сжимал кулаки, но между ним и Патриком, угрожающе оскалившись, стоял сенбернар.

— Ник, сидеть! — крикнул Бэрридж.

Пес подрагивал от возбуждения и глухо рычал. Бэрридж, опасаясь, что тот бросится на незнакомца, схватил сенбернара за ошейник. Пес зарычал еще громче, но Патрик не обращал на разъяренную собаку никакого внимания. Положение спас Гловер.

— Доброе утро, мисс Уинд, — спокойно сказал он. — Вот уж не ожидал вас здесь встретить. Что случилось?

— Мистер Карлайл позволил себе лишнее, — ответила Джоан ледяным тоном. — Разумеется, сейчас ему многое можно извинить, но все же у него нет никакого права оскорблять меня и моего жениха. Мистер Мортисс, — представила она своего спутника.

— Кажется, я вас здесь уже видел, — заметил Гловер.

— Собственно, я пришел забрать свои вещи, — сказал Мортисс. — Переселяюсь в другой отель, где остановилась Джоан.

— Не терпится! — зло бросил Патрик. — Дождались, наконец.

— Замолчите! — оборвала его Джоан. — Как вы смеете разговаривать со мной в таком тоне?! В конце концов, я тоже могу сказать, что теперь вы получите все деньги Роджера и у вас не будет нужды выпрашивать их.

— Мисс Уинд! — укоризненно сказал Гловер.

— Он сам виноват! — вспыхнула Джоан. — Вы еще не все слышали, что он тут кричал. Будто мы виноваты в том, что Роджер погиб.

— Нет! — Патрик поднял руку, словно защищаясь от чего-то, и попятился. — Нет, нет, я этого не говорил!

Круто повернувшись, он бросился бежать к отелю.

— Пойдите с ним, — сказал Бэрридж Гловеру, сам он держал сенбернара и не решался отпустить его: пес по-прежнему тянулся к Мортиссу с явно враждебными намерениями.

— Я присмотрю за Патриком, не беспокойтесь, — уже на ходу ответил Гловер.

— Пожалуйста, подержите собаку, пока мы не уйдем, — попросила Джоан. — Мы быстро, вещи Сирила уже собраны.

Они направились к отелю, а Бэрридж повел Ника в противоположную сторону. Патрик убежал вместе с поводком, и вести за ошейник упирающегося пса было тяжело и неудобно. Бэрридж присел на нагретый солнцем валун; Ник, все еще недовольно ворча, стоял рядом.

«Согласится ли Патрик уехать сегодня?» — раздумывал Бэрридж. — «Предвидеть его реакцию невозможно… Что если он заупрямится?»

— Чертова собака! — воскликнул он, обнаружив, что Ник исчез; задумавшись, он выпустил ошейник, и пес этим воспользовался. — Ник! Некогда мне сейчас с тобой возиться! Ник, Ник! — Сенбернар лаял где-то близко, и Бэрридж пошел туда. — Куда тебя несет? Ник! Поди сюда, Ник! — Однако собака упорно продолжала продираться через густой кустарник, словно нарочно выбрав самый заросший участок. — Ловит он там кого, что ли? — пробормотал Бэрридж, обходя заросли.

Он периодически звал собаку, Ник отвечал лаем, но не возвращался. Наконец, он перестал лаять, и вскоре Бэрридж понял почему — когда сенбернар выбрался из кустарника, в его зубах что-то блестело. Разжав пасть, Ник положил находку к ногам доктора — это были мужские часы с браслетом. Часть браслета и заднюю крышку покрывало что-то темное, напоминающее засохшую кровь. Бэрридж осторожно поскоблил крышку ногтем, и из-под слоя грязи и крови выступила надпись: «Роджеру от Камиллы».

Часы принадлежали Роджеру Карлайлу! Бэрридж огляделся — как они попали в этот кустарник, расположенный в стороне от тропы, по которой Роджер ушел к пещерам? Упасть с его руки после смерти они тоже не могли: путь, по которому принесли тело, проходил в двухстах ярдах отсюда. Кроме того, хотя стекло было разбито, уцелевшие стрелки показывали десять часов пять минут — время, когда Роджер Карлайл, по свидетельству спутников, гулял вместе с ними далеко отсюда.

Ник повернул голову направо и принюхался: со стороны отеля показались Ли и Уиллис.

— Не укусит? — спросил Ли, кивнув на сенбернара.

— Нет, но лучше его не трогайте.

— Вы разбили свои часы? — спросил Уиллис, глядя на руку Бэрриджа.

— Это не мои часы, — медленно ответил Бэрридж. — Их нашел Ник. Это часы Роджера Карлайла, и я хотел бы знать, как они сюда попали.

— Да, действительно, — неуверенно сказал Ли, и было непонятно, к чему относится это подтверждение, то ли к тому, что часы принадлежат Роджеру, то ли к тому, что он тоже хотел бы знать, как они здесь оказались.

— Их забросил сюда Патрик, — объяснил Уиллис. — Когда мы гуляли, сэр Карлайл ударился рукой о сучок, разбил часы и отдал их Патрику. На обратном пути, когда мы были уже втроем, Патрик зачем-то свернул с тропы и выбросил их. Он был потрясен случившимся и совершенно не соображал, что и зачем делает… Вы идете в отель, мистер Бэрридж?

— Да.

— Тогда мы вас покидаем, — сказал Уиллис, быстро взглянув на Ли. — Мы еще немного погуляем.

Тропинки здесь не было, и Бэрридж зашагал напрямик, выбирая наименее заросшие места. Минут через пять впереди раздался крик. Подбежав, Бэрридж увидел лежащего ничком на земле Ли, Уиллиса рядом не было. Бэрридж перевернул пострадавшего лицом вверх — на лбу виднелся след удара. Достав платок, доктор вытер кровь. Ли открыл глаза.

— Спасибо, мистер Бэрридж. Я споткнулся, упал и очень неудачно ударился головой. — Это заявление подтверждал валявшийся рядом небольшой камень со следами крови. — Пожалуйста, помогите мне сесть.

— Вам лучше? — спросил Бэрридж, прислонив Ли к стволу дерева.

— Да, только голова сильно кружится. Пожалуйста, подождите немного, я бы хотел вернуться в отель вместе с вами.

— А где мистер Уиллис?

— Мы с ним разошлись, — неопределенно ответил Ли.

Посидев минут двадцать, он встал и очень медленно пошел, то и дело жалуясь на головокружение; дважды они останавливались, чтобы отдохнуть. В отеле Ли поблагодарил доктора за помощь и направился в свой номер. Бэрриджа задержал хозяин отеля.

— Месье, мне право же неловко обращаться к вам из-за такого пустяка… — Он замялся.

— В чем дело?

— Месье Карлайл тогда взял у меня самую толстую веревку, последний моток, такой у меня больше нет, а мне она сей­час очень нужна. Я понимаю, беспокоить его теперь из-за какой-то веревки бестактно. Может быть, вы сами посмотрите, не валяется ли она у него где-нибудь? Она была при нем, когда они вернулись, я видел.

— Хорошо, я посмотрю, — пообещал Бэрридж.

Патрик стоял у окна, прижавшись лбом к стеклу.

— Патрик, сядь сюда, — сказал Бэрридж, пододвигая ему кресло.

Патрик с безучастным видом подчинился.

— Ник нашел часы, — сообщил Бэрридж, внимательно глядя ему в лицо.

Это заявление не произвело на Патрика никакого впечатления.

— Это я забросил их в кустарник, — равнодушно сказал он. — Не могу объяснить зачем, я вообще плохо помню обратный путь. Роджер ударился запястьем о дерево, ушиб руку и разбил часы. Он отдал их мне, а я потом выбросил.

Расспрашивать о подробностях Бэрридж не решился, да и о чем спрашивать? Зачем он свернул с тропы и углубился в кустарник? По той же причине, по которой бросил часы: не стоит искать логики в поступках человека, который находится в таком состоянии. Оставив его в покое, Бэрридж осмотрел комнату, затем заглянул во вторую. Патрик, казалось, не обращавший на него внимания, вдруг спросил: