Чтение онлайн

Еще на ранней стадии развития человека особенности деятельности и культуры отразились в первых его сооружениях — шалашах, пещерах, землянках (по сути являвшихся теми же пещерами в равнинной местности). Уже в те времена можно проследить зоны деятельности на неразделенной площади дома наших далеких предков: очаг — «кухня», место вокруг него — «столовая-гостиная», лежанка — «спальня» и т. п. Одной из первых форм жилища стал ветровой заслон, до сих пор распространенное австралийское традиционное жилье. Далее появляются шалаш, который развивается в лесных районах и куполообразная хижина — в степных и полупустынных районах. В лесостепи, в африканских саваннах развивается тип цилиндро-конической хижины с вертикальной круглой стеной, покрытой конической крышей. В северных районах появляется чум или индейский типии. В степных районах жаркого и умеренного пояса появляется юрта. Прямоугольные жилища получили особое развитие в земледельческих районах. Они разнообразной формы в Западной Африке, в Меланезии, Индонезии, Индокитае.

Особую линию развития такие дома получили в северной холодноумеренной зоне, где оно связано с землянкой. Впоследствии, с поднятием потолка-крыши дома над землей, возникают стены, сначала из бревен, а потом из досок. Особую линию развития представляют жилища, возникшие из пещер. Камень имитируется глиной — возникают среднеазиатские города и кишлаки в Средней и Передней Азии, Сев. Африке, на Кавказе, в Крыму, в Западном и Центральном Китае, на плоскогорьях Центральной и Южной Америки. Наиболее древними домами такого типа были жилища в древнем Египте, Месопотамии, древней Персии, в древних культурах Китая, Анау и Триполья. Особый путь развития — свайные жилища, восходящие к жилью на деревьях.

В античности основными материалами для постройки дома служили камень, дерево, глина. Первые жилища были круглой, овальной формы. Потом они стали четырехугольными. Постепенно они превращаются в сложный комплекс. С расслоением общества типы домов становятся различными — от хижин до дворцов. В эпоху Средневековья это расслоение продолжается: появляются замки феодалов и крестьянское жилище, городской дом ремесленника и купца, монастырь. Преобразование средневекового феодального городского жилья в эпоху становления и развития капитализма диктовалось развитием техники и новыми социальными условиями. Сначала преобладали небольшие дома и особняки в 2–3 этажа. Рабочие жили в избах в селе или на окраинах города, снимая койку, угол или комнату. Потом им стали строить отдельные коттеджи. Со второй половины XIX в. появляются многоэтажные дома, имеющие водоснабжение, затем они газофицируются, наполняются электрооборудованием и т. п. удобствами. Но социальное расслоение продолжается вплоть до нашего времени. Народное жилище вобрало в себя опыт поколений, отвечая культурным стереотипам быта.

XX в. все элементы жилья и протекающих в нем процессов повседневности стал интенсивно динамизировать. Например, в середине века появляются принципы «Clip-on» (обобщенное понятие присоединения, приставки на зажиме, родственного общеизвестному термину «клипсы») и «Plug-in» (штепсельное присоединение к особому гнезду, обеспечивающему подключение к системам энерговодоснабжения и др.). В книге А. Рябушина выделены основные нововведения в принципах формирования нового типа жилья, которые появились в проектах архитекторов 60–70-е гг. Помимо Clip-on и Plug-in, Рябушин выделяет принцип метаболизма. Метаболизм представляет собой кратковременный цикл количественных изменений, приводящий к метаморфизму и завершение кратковременного цикла качественным скачком. В книге также дается описание передвижного жилья, получившего распространение в XX в. — жилищу в автомобиле, мобильным поселкам и т. наз. «моментальному городу». [361] Основные цели этих проектов — вызвать у человека сильные положительные эмоции, воздействуя непосредственно на его органы чувств физическими, химическими и психическими средствами, доступными современной технике. Учитывая необходимость экономить площадь для жилища в те годы в нашей стране, универсальные блоки могли кухню превратить в кабинет, затем освобождая место для спальни или приема гостей с танцами. Понятно, что такая мечта была характерна для человека, живущего в комнате скромных размеров в коммунальной квартире.

Но везде и всегда жилище — «это приемник сообщений, который к тому же их тщательно фильтрует и сортирует во избежание душевной имплозии. Жилище выполняет иммунную и терапевтическую функции…. В свете семиоонтологического анализа жилье выглядит как машина габитуса, функция которой состоит в выделении из множества поступающих из мира сигналов наиболее достоверных». [362]

Современный мир пронизывает явление глобализации. И это, несомненно, влияет на семиотику повседневности. Как пишет О. М. Юнь, «…глобализация вовлекает в общий поток научных разработок, инновационных продуктов, финансовых, материальных и трудовых ресурсов все большую часть планеты, все большую численность населения из разных стран с разными культурными традициями…». [363]

Явления взаимопроникновения языков семиотики повседневности стали широко распространенными. На современном этапе эти явления стали столь разнонаправленными и многообразными, что можно говорить о транскультурных тенденциях. Теперь уже можно констатировать не только взаимодействие западных и восточных, северных и южных культур, но к ним прибавилось разнообразие и взаимопроникновение синхронных и диахронных воздействий.

На примере жилища мы можем понять, как изменяется система элементов повседневности, которая включает в себя множество разных аспектов. В книге мы сумели уделить внимание лишь некоторым из них: невербальной семиотике, включающей в себя множество разных характеристик, некоторым формам повседневности в доме и вне его. Однако в целом весь мир вокруг человека — мир знаков. Как верно пишет Г. С. Кнабе, «…на языке знаков раскрывает свой культурно-исторический смысл материально-пространственная среда, окружающая каждого из нас, — архитектурная и повседневно-бытовая». [364] Описать их все — невозможно. Ведь языки семиотики повседневности весьма разнообразны и могут изучаться представителями разных наук. В данной работе обращено внимание лишь на наиболее яркие и легко вычленяемые. Однако автор видит дальнейшие перспективы развития темы.

Стоит лишь отметить, что мир повседневности скрывает множество знаковых смыслов. В книге Кристиана Крахта «Faserland» описывается повседневная жизнь молодого человека, путешествующего из города в город. Время его насыщено лишь курением сигарет и «дринками», посещением «тусовок» и баров. Но за этой обыденной прозой скрывается много подтекстов. Как пишет в послесловии переводчик Татьяна Баскакова, под внешним «будничным» повествованием скрывается множество смысловых пластов», которые могут быть более глубоко поняты теми, «кто разбирается в современной музыке, в тонкой семиотике попкультуры». [365] Так и наша жизнь открывается своими подспудными значениями тем, кто серьезно и глубоко задумывается над ней и старается проникнуть в ее тайные предначертания.

1. Айзенштейн К. А. Как рекламировать с успехом. СПб., 1912.

2. Ален. Рассуждения об эстетике. Нижний Новгород, 1996.

3. Алимов И. А. Вместо предисловия //Сосуды тайн: туалеты и урны в культурах народов мира. СПб., 2002.

4. Алимов И. А. Китай: туалеты и урны. Полевые заметки //Сосуды тайн:

туалеты и урны в культурах народов мира. СПб., 2002.

5. Арабская поэзия средних веков. М., 1975.

6. Аркин Д. Искусство бытовой вещи. Очерки новейшей художественной промышленности. М., 1932.

7. «А се грехи злые, смертные…»: Любовь, эротика и сексуальная этика в доиндустриальной России (X — первая половина XII в.): Тексты. Исследования. М., 1999.

8. Арефьева Т. Эра цветов в мировой моде //Забриски пойнт. М.:1993. № 1.

9. Архив К. Маркса и Ф. Энгельса. М., 1946. Т. VIII.

10. Байбурин А. К. Ритуал в традиционной культуре: Структурносемантический анализ восточно-славянских обрядов. СПб., 1993.

11 Байбурин А. К. Жилище в обрядах и представлениях восточных славян.

Л., 1983.

12. Байбурин А. К., Топоров А. Л. У истоков этикета. Л., 1990.

13. Барашков Ю. А. Архангельский дом //Памятники архангельского Севера. Архангельск, 1991.

14. Барт Р. Мифологии. М., 1996.

15. Барт Ролан. S/Z. М., 1994.

16. Бегбедер Ф. Идеаль. М., 2007.

17. Беляков А. С. Монеты и монетовидные подвески из курганов X–XI веков //Труды исторического музея. Вып. 20. Нумизматический сборник. М., 1992.

18. Бессалько П., Калинин Ф. Проблемы пролетарской культуры. Пг., 1919.

19. Бломквист Е. М., Ганицкая О. А. Типы русского крестьянского жилища сер. XIX нач. XX ее. //Русские. Историко-этнографический атлас. М., 1967.

20. Бодрийяр Ж. Символический обмен и смерть. М., 2000.

21. Бодрийяр Ж. Соблазн. М., 2000.

22. Бодрийяр Ж. Система вещей. М., 1999.

23. Боровский А. Венера Советская. /Венера Советская: к 90-летию Великой Октябрьской социалистической революции. Альманах. Вып. 182. СПб, 2007. С. 9.

24. Браун Д. Код да Винчи. М., 2005.