Семнадцать мгновений весны
Шрифт:
– Бог его знает. Устал несколько. Ну? Какие еще новости?
– Новости есть, а вот дать им оценку я не в силах. Либо надо перестать верить всему миру, либо надо сделаться циником. Американцы продолжают переговоры с СС. Они поверили Гиммлеру.
– Какими вы располагаете данными? От кого вы их получили? Какие у вас есть документы? В противном случае, если вы пользуетесь лишь одними слухами, мы можем оказаться жертвами умело подстроенной лжи.
– Увы, – ответил пастор, – я бы очень хотел верить, что американцы не ведут переговоры с людьми Гиммлера. Но вы читали то, что я уже передал вам. А теперь это… – и он протянул Штирлицу несколько листков бумаги, исписанных убористым, округлым почерком.
«В о л ь ф. Здравствуйте, господа.
Г о л о с а. Здравствуйте, добрый день.
Д а л л е с. Мои коллеги прибыли сюда для того, чтобы возглавить переговоры.
В о л ь ф. Очень рад, что наши переговоры пойдут в столь представительном варианте.
Г е в е р н и ц. Это сложно перевести на английский – «представительный вариант»…
В о л ь ф (смеясь). Я смог установить хотя бы, что господин Геверниц на этой встрече исполняет роль переводчика…
Д а л л е с. Я думаю, пока что нет нужды называть подлинные имена моих коллег. Однако могу сказать, что и на меня, и на моих друзей произвело самое благоприятное впечатление то обстоятельство, что высший чин СС, начав переговоры с противником, не выдвигает никаких личных требований.
В о л ь ф. Мои личные требования – мир для немцев.
Н е з н а к о м ы й г о л о с. Это ответ солдата!
Д а л л е с. Что нового произошло у вас за это время?
В о л ь ф. Кессельринг вызван в ставку фюрера. Это самая неприятная новость.
Д а л л е с. Вы предполагаете…
В о л ь ф. Я не жду ничего хорошего от срочных вызовов в ставку фюрера.
Д а л л е с. А по нашим данным, Кессельринг отозван в Берлин для того, чтобы получить новое назначение – командующим западным фронтом.
В о л ь ф. Я слышал об этом, но данные пока что не подтвердились.
Д а л л е с. Подтвердятся. В самое ближайшее время.
В о л ь ф. В таком случае, может быть, вы назовете мне преемника Кессельринга?
Д а л л е с. Да. Я могу назвать его преемника. Это генерал-полковник Виттинхоф.
В о л ь ф. Я знаю этого человека.
Д а л л е с. Ваше мнение о нем?
В о л ь ф. Исполнительный служака.
Д а л л е с. По-моему, ныне такую характеристику можно дать подавляющему большинству генералов вермахта.
В о л ь ф. Даже Беку и Роммелю?
Д а л л е с. Это были истинные патриоты Германии.
В о л ь ф. Во всяком случае, у меня прямых контактов с генералом Виттинхофом не было.
Д а л л е с. А у Кессельринга?
В о л ь ф. Как заместитель Геринга по люфтваффе фельдмаршал имел прямой контакт почти со всеми военачальниками ранга Виттинхофа.
Д а л л е с. А как бы вы отнеслись к нашему предложению отправиться к Кессельрингу и попросить его капитулировать на западном фронте, предварительно получив согласие Виттинхофа на одновременную капитуляцию в Италии?
В о л ь ф. Это рискованный шаг.
Д а л л е с. Разве мы все не рискуем?
Н е з н а к о м ы й г о л о с. Во всяком случае, ваш контакт с Кессельрингом на западном фронте помог бы составить ясную и конкретную картину – пойдет он на капитуляцию или нет.
В о л ь ф. Он согласился на это в Италии, почему он изменит свое решение там?
Д а л л е с. Когда вы сможете посетить его на западном фронте?
В о л ь ф. Меня вызывали в Берлин, но я отложил поездку, поскольку мы условились о встрече…
Д а л л е с. Следовательно, вы можете вылететь в Берлин сразу же по возвращении в Италию?
В о л ь ф. В принципе это возможно… Но…
Д а л л е с. Я понимаю вас. Действительно, вы очень рискуете, вероятно, значительно больше всех нас. Однако иного выхода в создавшейся ситуации я не вижу.
Н е з н а к о м ы й г о л о с. Выход есть.
Г е в е р н и ц. Вы инициатор переговоров, но вы, вероятно, пользуетесь определенной поддержкой в Берлине. Это позволит вам найти повод для визита к Кессельрингу.
Д а л л е с. Если прежде всего вас волнует судьба Германии, то в данном случае она, в определенной мере, находится в ваших руках.
В о л ь ф. Конечно, этот довод не может оставить меня равнодушным.
Д а л л е с. Можно считать, что вы отправитесь на западный фронт к Кессельрингу?
В о л ь ф. Да.
Д а л л е с. И вам кажется возможным склонить Кессельринга к капитуляции?
В о л ь ф. Я убежден в этом.
Д а л л е с. Следовательно, генерал Виттинхоф последует его примеру?
В о л ь ф. После того, как я вернусь в Италию.
Г е в е р н и ц. И в случае каких-либо колебаний Виттинхофа вы сможете повлиять на события здесь?
В о л ь ф. Да. Естественно, в случае надобности вам будет необходимо встретиться с генералом Виттинхофом – здесь или в Италии.
Д а л л е с. Если вам покажется это целесообразным, мы пойдем на такой контакт с Виттинхофом. Когда можно ждать вашего возвращения от Кессельринга?
В о л ь ф. Я стучу по дереву.
Д а л л е с. Я стучу по дереву.
Н е з н а к о м ы й г о л о с. Мы стучим по дереву.
В о л ь ф. Если все будет хорошо, я вернусь через неделю и привезу вам и Виттинхофу точную дату капитуляции войск рейха на западе. К этому часу капитулирует наша группа в Италии.
Г е в е р н и ц. Скажите, сколько заключенных томится в ваших концлагерях?
В о л ь ф. В концлагерях рейха в Италии находится несколько десятков тысяч человек.
Д а л л е с. Что с ними должно произойти в ближайшем будущем?
В о л ь ф. Поступил приказ уничтожить их.
Г е в е р н и ц. Этот приказ может быть приведен в исполнение за время вашего отсутствия?
В о л ь ф. Да.
Д а л л е с. Можно предпринять какие-то шаги, чтобы не допустить исполнения этого приказа?
В о л ь ф. Полковник Дольман останется вместо меня. Я верю ему, как себе. Даю вам слово джентльмена, что этот приказ исполнен не будет.
Г е в е р н и ц. Господа, пойдемте на террасу, я вижу, готов стол. Там будет приятнее продолжать беседу, здесь слишком душно…»