Чтение онлайн

– Где этот чертов водитель?! Он должен был выехать за ней полчаса назад! – полковник умолк на секунду, чтобы услышать ответ на другом конце провода, но почти сразу же продолжил, – Как это – машин нет?! Так надо было поднять задницу и ехать на личной! Как хотите, но через пять минут она должна быть в моем кабинете, в противном случае – пеняйте на себя!!!

Он грохнул трубку на аппарат с такой силой, что та тут же отскочила от него и, ударившись о поверхность деревянного стола, упала на пол.

– Чертовы дети!!! Ну как так – то, вообще?! Ух…ну что же…

Григорьев не был тираном или неуравновешенным деспотом, как могло показаться на первый взгляд. Он всегда с пониманием и без драматизма относился ко всем каверзам службы и нередко встречающейся нерасторопности подчиненных, но всегда требовал точного исполнения любых своих приказов, особенно касающихся дел, волнующих его лично. Прибывшая сегодня гостья – протеже старинного друга, сослуживца и крестного отца единственного сына Григорьева, а потому ему очень хотелось оказать ей достойный прием. Но эти бестолочи – подчиненные, как всегда все испортили и заслуживали выволочки…

Полковник сделал несколько глубоких вдохов, поправил сбившийся галстук, смахнул невидимую пыль со служебного кителя, подошел к зеркалу, и удовлетворившись увиденным, снова вернулся к рабочему столу. Подняв упавшую трубку, он аккуратно положил ее на аппарат и в этот момент услышал робкий стук в дверь.

– Войдите!

В кабинет вошел молодой младший лейтенант. «Значит, молодого под поезд бросили», – усмехнулся про себя Григорьев.

Полицейский, с оттенком приближающейся истерики в голосе, скороговоркой доложил:

– Товарищ полковник, помощник дежурного младший лейтенант полиции Карпышев, разрешите доложить, капитан полиции Городовая прибыла.

– Куда прибыла?! – не понял Григорьев.

– Сюда прибыла!

– На чем прибыла?! Вы издеваетесь что ли?! – полковник снова начал закипать.

– Никак нет, товарищ полковник, не издеваюсь, пешком прибыла! – Карпышев все больше съеживался, как бы уменьшался в росте, по всей видимости, стремясь слиться с серым, невзрачным ковролином, покрывавшим пол кабинета начальника.

– Эх, я бы вас всех… – прорычал полковник, но остановился, решив отложить очередной воспитательный момент на потом. – Приглашай! Чтоб вам всем…

Он отпустил младшего лейтенанта, и вышел из-за стола навстречу гостье. Несколько секунд спустя в дверях показалась высокая, стройная, миловидная женщина лет тридцати – тридцати трех на вид. Натуральный макияж, большие синие глаза, располагающая улыбка, уложенные в тугой хвост, средней длины, примерно до плеч, каштановые волосы, отутюженная, отлично сидящая форма – приятная, деловая, производящая впечатление уверенной в себе, женщина.

– Здравствуйте, с приездом, проходите пожалуйста, присаживайтесь!

Григорьев протянул руку для приветственного рукопожатия.

– Здравствуйте! Спасибо! – голос негромкий, глубокий, приятный, тон уверенный, речь неторопливая, размеренная, четкая.

– Как же вы до нас добрались? Вот ведь, неудобно так получилось…

– Да ничего, я пешком… боялась на совещание опоздать, а здесь недалеко оказалось – я за двадцать минут дошла.

Городовая не дождавшись служебного автомобиля, неприятно удивленная такой плохо организованной встречей, решила отправиться в отдел полиции пешком. Она никогда не была ни принципиальной, ни высокомерной, ни избалованной в подобных вопросах, а потому расспросила дорогу у тетушки – администратора, охотно рассказавшей ей все до мельчайших подробностей, и отправилась в путь. Несмотря на усталость и возникшее разочарование от отсутствия встречи со стороны руководства местной полиции, прогулка доставила ей удовольствие. Во-первых, было приятно пройтись после долгого отсутствия возможности движения, а во-вторых, городок оказался удивительно приятным и располагающим к пешим прогулкам.

Мощеные тротуары с многочисленными ухоженными цветочными клумбами, узкие улочки с заросшими дикими огурцами, девичьим виноградом и вьюном стенами невысоких двух- и трехэтажных домов, небольшие уютные дворики, украшенные цветными лавочками, растительными композициями и небольшими скульптурками сказочных существ из гипса и дерева, создавали впечатление, что Городовая находится не в Российской, забытой Богом, глубинке, а в какой-нибудь итальянской провинции, в низкий сезон, когда спадает наплыв туристов и никто не мешает наслаждаться всеми этими мелочами.

Однако, несмотря на то, что благодаря инциденту с не прибывшей машиной, Городовая получила удовольствие от прогулки по городу, Григорьев чувствовал себя очень неудобно:

– Здесь все недалеко… но дело не в этом, вы уж простите ради Бога, что-то с машиной случилось, позже выясню, накажу всех…

– Ну что вы, я же здесь, все нормально.

– Да чего уж нормального, бардак… Ну, давайте знакомиться, что же теперь, – полковник, покончив с извинениями, смешно шаркнув ножкой, представился, – Григорьев Иван Григорьевич, начальник этого, с позволения сказать, отдела полиции.

– Очень приятно, Городовая Оксана Евгеньевна, следователь Особого отдела. Кстати, Владимир Анатольевич передает вам огромный привет и вот это, – женщина достала из сумки небольшой сверток, который ее начальник просил передать лично полковнику, и отдала его Григорьеву.

– О, не может быть! Спасибо, спасибо! Вам еще и это нести пришлось! Как же неудобно…

– Да ничего, зато приятно теперь видеть вашу реакцию, обязательно передам Владимиру Анатольевичу, что вам понравилось!

– О, понравилось, еще как, я ведь догадываюсь, что там! Спасибо, спасибо! Но, Оксана Евгеньевна, прошу вас еще раз простить меня – свою вину я постараюсь загладить чуть позже. А сейчас нам надо бы на совещание, там уже ждут.

С этими словами Григорьев бережно, явно с сожалением, убрал привезенный Городовой сверток в ящик стола.

– Да, конечно, пойдемте. – Городовая не любила опаздывать, особенно когда ее ждут, она ценила время – как свое, так и чужое.

– Ой, а вы хотя бы завтракали? – спохватился Григорьев, задав вопрос таким тоном, будто отрицательный ответ Городовой неизменно привел бы к отмене любого совещания.

– Да, спасибо, я позавтракала в гостинице, – поспешила его успокоить Городовая.

– Ну, слава Богу, тогда пойдемте.

Григорьев открыл дверь перед Городовой и они направились в учебный класс отдела полиции, где несколько десятков сотрудников с самого утра ожидали начала совещания.

Следователь Крашников Дмитрий Сергеевич, не был бы против, если бы сегодняшнее совещание не состоялось вовсе. Видит Бог, он работает на пределе своих возможностей, пытаясь отыскать хоть какую-то зацепку в делах об исчезновении мальчиков. Последние пару недель он толком не спит, временами, на короткое время впадая в состояние, подобное сну, прямо на рабочем месте, полноценно не питается, злоупотребляя растворимым кофе с бутербродами или жирными пирожками, и уже три или четыре дня подряд не был в душе, но по сей день не добился ровным счетом ничего. Дети как в Лету канули, никаких следов, буквально – он на самом деле несколько дней подряд ползал вокруг домов мальчиков с увеличительным стеклом, прямо как какой-то гребаный мультяшный сыщик, но не нашел ничего, что могло бы оправдать такое поведение. Крашников уже не чувствовал, что его мозг кипит, как это было в начале расследования, наверное он просто выкипел, не оставив даже накипи. Он был опустошен.