Семнадцатилетние
Шрифт:
Пятнадцатого мая последний учебный день десятиклассниц.
Девушки пришли в школу притихшие, молчаливые, сосредоточенные. Войдя в класс, они с грустью оглядывали хорошо знакомую комнату. Парты, шкаф, доска, портреты, цветы... Все это было такое простое, обычное, но такое милое и дорогое. Все это уходило в прошлое и больше не вернется.
В перемены заходили в другие классы, где когда-то учились, останавливались возле парт, узнавали выскобленные и замазанные надписи, имена, а в памяти вставали подробности — кем и когда это сделано.
«Прощай, школа! Сегодня последний день ученья.
В твоих стенах прошло наше детство, отрочество и почти вся юность... И ты выпускаешь нас в жизнь. Прощай, родная школа!» — думали девушки, и у каждой еще больше хмурились брови, а к горлу подкатывал клубок.
Разговаривая с учителями, девушки улавливали в их тоне перемену. Так говорят с близкими людьми перед отъездом в далекое путешествие.
Уроков по существу в этот день уже не было. Шел разговор об экзаменах. Учителя советовали, как использовать для подготовки оставшиеся дни, указывали на слабые места.
Во время перемен, гуляя в коридоре, девушки ловили на себе любопытные взгляды младших.
Остановившись у лестницы, Таня вспомнила, как она, по примеру мальчишек, когда-то верхом скатилась вниз по перилам и попала прямо в объятия Варвары Тимофеевны. Тогда она страшно перепугалась, а сейчас это воспоминание растрогало и согрело душу чем-то удивительно приятным.
Светлана зашла в одну из комнат второго этажа и нашла свою парту. Это был третий класс. Она вспомнила, как сидевший сзади Боря Богданов окунул кончик ее светлой косы в чернильницу и она долго не могла отмыть фиолетовый цвет. Собиралась даже обрезать волосы.
Аня, проходя по коридору, задержалась у крайнего окна. Вот здесь, много лет назад, размахнувшись книгами, она нечаянно выбила стекло из левой половины рамы. Она не убежала, не спряталась, а сразу созналась дежурному учителю. Вечером Аня заявила отцу о своем проступке. Боялась ли она? Да, очень боялась, но пересилила страх и с тех пор всегда говорила правду.
Женя заглянула за одну из батарей парового отопления и невольно пошарила там рукой. Когда она поступила учиться, то часто приносила с собой любимую куклу. Сюда в теплое местечко она прятала ее, чтобы не смеялись мальчишки...
Последний урок, тригонометрия.
Василиса Антоновна пришла без журнала, а следом за ней в класс вошел Константин Семенович. Он иногда и раньше посещал уроки других преподавателей, но сейчас девушкам показалось это особенно приятным.
— Что-то вы сегодня кислые, — с улыбкой сказала математичка, поглядывая на Константина Семеновича, который устраивался на последней парте. — Все вы допущены к экзаменам, все их выдержите, у всех впереди много хорошего... — И вдруг согнала с лица улыбку, поднесла к глазам пенсне и, как всегда на своих уроках, серьезно и строго сказала: — Лариса Тихонова, пожалуйте к доске.
Это было неожиданно. Девушки, вытянули шеи, а смущенная Лариса медленно поднялась и как-то неуклюже, боком, вышла к доске и взяла мел.
— За десять лет вы узнали много математических правил, законов, теорем, — продолжала учительница, — и с этим мы покончили. На экзаменах вы дадите отчет о нашей работе, но сегодня я хочу начать с вами новый предмет. Этот предмет, к сожалению, не предусмотрен программой, но, на наш взгляд, заслуживает серьезного изучения. Новый предмет назовем для пущей важности по-латыни... «аре вивенди», что значит — «искусство жить». Предмет этот имеет несколько разделов. Свой раздел я бы назвала «бюджет»... Тихонова, — обратилась она к Ларисе: — вот вы окончили школу. Впереди у вас самостоятельная жизнь. Что вы намерены делать?
— Работать.
— Где?
— Ну, это я не знаю... Куда-нибудь поступлю. Вон сколько объявлений висит...
— Сейчас мы будем решать задачу. Условия возьмем по нашему желанию...
— Ну, скажем, я буду кассиршей в «Гастрономе»! — оживилась Лариса, поняв, что от нее хочет учительница.
— Хорошо. Сколько вы будете зарабатывать?
— Твердая ставка у них четыреста восемьдесят рублей, но они получают с выработки. В среднем шестьсот — семьсот рублей.
Василису Антоновну вначале удивила осведомленность ученицы, но потом она вспомнила, что кто-то из родных Ларисы работает в «Гастрономе».
— Пишите сумму заработка, — сказала она и, когда Тихонова написала цифру, продолжала: — Предположим, что вы выйдете замуж. Может это быть?
— А почему бы и нет?.. В задаче все возможно.
— Сколько будет зарабатывать ваш муж?
— Тысячи две.
— Ну, это нереально... — начала было учительница, но Лариса ее перебила:
— Почему же? Вдруг я выйду за какого-нибудь профессора математики!
Это предположение развеселило всех. Девушки оживились. Учительница переждала смех и серьезно сказала:
— Девочки, мы решаем трудную задачу... Более трудную, чем вы решали до сих пор. Заработок в две тысячи тоже не предел для высококвалифицированного специалиста, но сейчас... для задачи мы возьмем, более скромную сумму. Предположим, восемьсот рублей. — Лариса написала продиктованную цифру. — Итого тысяча четыреста рублей в месяц. Теперь постройте бюджет, — сказала преподавательница. — Налево напишите статьи расхода, направо суммы, подсчитайте и сведите концы с концами. Девочки, задачу решайте все.
— А налоги считать? — спросила Надя.
— Нет. Налоги не нужно. И помните, что совсем не обязательно истратить все деньги. В последней графе расходов предусмотрите сбережения или напишите лучше: «сберкнижка».
Это был очень странный урок. Может быть, Лариса захотела в последний день посмешить класс и прикинулась глупенькой, но, возможно, что решала задачу серьезно. Недолго думая, она написала:
Питание: завтрак — 10х30=300 рублей
обед — 20х30 = 600 рублей
ужин — 10х30=300 рублей