Семья моего мужа против развода
Шрифт:
– Ай!
Мужчина садится. Одеяло сползает с его тела, обнажая голый торс.
Глаза сами так и приклеиваются. Плечи широкие, хорошо развита мускулатура, но меня больше настораживает глубокий рубец на груди.
– Нравлюсь? – играет бровями бесстыжий мужчина.
– Откуда у вас этот шрам?
– Да так, в путешествии одна неприятность произошла. Среди моей команды была парочка предателей. Им досталось сильнее.
Снова улыбка. Не устал еще сиять как новенький золотой червонец? Хм, эта деталь со шрамом в книге не упоминалась. Хотя многое уже давно идет совсем не так, как должно было.
– А у тебя откуда?
Герцог кивает на мою ключицу. Тонкая белесая полоса едва ли различима.
– Когда Фелисию похитили, пришлось отбиваться.
Тогда чуть в обморок не грохнулась, рана кровила прилично, но ни о чем не жалею.
Озабоченность мелькает в золотых глазах.
– Прости.
– За что? – удивляюсь я.
За что он просит прощения?
– Меня не было рядом, когда это было нужно.
Куда-то испарилась злость за его самовольное перемещение моего спящего тела ночью. Поглядите только на эти щенячьи глазки. В который раз не знаю, как лучше реагировать.
– Ммм. Юнис. Мне нужно с тобой поговорить сегодня.
Киваю, все еще размышляя. Извинения были совсем уж неожиданными.
– И соседняя комната…можешь жить там. Вещи твои уже перенесли. Я погорячился.
Рейнард чешет макушку. Его отросшие ниже плеч волосы забавно торчат в разные стороны спросонья. Мои, наверное, выглядят еще хуже,
– …Благодарю.
Спальня герцогини через смежную дверь от спальни герцога такая же, как я запомнила ее в прошлый раз. Все мои вещи уже разложены по местам. В шкафу достаю смену платья, вспомнив о наглом соседе защелкиваю замок, как бы не взбрело этому бесстыднику вдруг ввалиться внутрь, и удаляюсь в ванную комнату.
То, о чем хотел поговорить герцог, случается после завтрака.
– Куда мы идем? – спрашиваю я, разглядывая темный подвал.
Рейнард берет меня за руку и ведет дальше, через арочный проем, где оказывается, есть еще один коридор. О существовании этой части дома я даже не подозревала.
В освещенной магическим светом темнице сидит женщина. Девушка. Мы приближаемся. Это Шарлотта.
– Так вот, в общем, нам с Эдом показалось, что лучше бы ей побыть здесь, но…- Рей продолжает начатый по пути рассказ.
Променад под луной с Шарлоттой я сама придумала, и сама же обманулась. Но кто бы смог догадаться, что двое братцев Эккарт в разгар приема закрывали в старом подземелье строптивую девицу? Ночь и впрямь лучшее время для всяких нечистых делишек.
– Герцог! Рейнард! Ты пришел! – слышится восклицание с нотками фальши, когда мы останавливаемся по другую сторону решетки.
За широкой спиной его светлости меня почти не видно. Осторожно его огибаю и становлюсь рядом.
Просто. Нет. Слов.
Мне все еще не верится, что сюжет пошел по такому пути. Герцог, который души не чаял в своей избраннице, своими же руками отправил ее куковать в темнице. И, судя по его лицу, ему совсем не жаль.
Голубые глаза Шарлотты горят каким-то лихорадочным, безумным блеском.
– Кто же это наконец-то пришел? Долго еще вы будете меня держать в этой клетке?
Главная героиня скрещивает руки на груди и меряет нас с герцогом взглядом. Выглядит она не как заключенная, это точно. Да и камеру со всеми удобствами обставили. Здесь и кровать, и чистая постель, на подносе на кофейном столике замечаю остатки завтрака. Все то же самое, что было подано и нам.
– Ваши светлости в курсе, что это преступление?
– Кто ты такая? – отвечаю я вопросом на вопрос.
Сомнения Рейнарда вполне обоснованы. Жила в доме моих родителей? Эти люди бы просто так не стали бродяжку у себя принимать. Они даже к собственной дочери относились как к чужой, к позорному пятну на их репутации. С чего такие перемены?
– А ты? Герцогиня-самозванка?
Я вздрагиваю.
Шарлотта смотрит с презрительной улыбкой. Ее невинное личико с таким хищным выражением лица вызывает диссонанс. Она знает?
– Юнис – моя супруга, - предупреждает герцог.
– Ну да, - тянет героиня и закатывает глаза. – Такая же, как и я.
Рейнард хмурится. Ему эти слова не говорят ни о чем. В отличии от меня.
Она точно знает. Вопрос только откуда? Неужто такая же попаданка, как и я?
Его светлость продолжает допрос:
– Эти снимки в вестнике твоих рук дело? Официантке было легче провести прессу в дом, сами они точно внутрь бы не попали.
Шарлотта пожимает плечами.
– Возможно. Я просто воспользовалась тем же методом, что ее светлость. Люди верят в то, во что им говорят верить.
– Зачем? – недоумевает Рейнард.
– У меня тот же вопрос. Юнис, зачем? Если тебе было все известно, к чему этот спектакль?
Девушка цокает языком:
– Как оно – умирать? Больно было? Казнь - не лучшая смерть.
Я хмурюсь и беру Рея за руку:
– Оставь нас.
– Нет, Юнис…
– Она за решеткой и ничего мне не сделает. Подождешь меня, хорошо?
Его светлость нехотя удаляется.
– Разумно, - комментирует его уход Шарлотта и поправляет свои светлые волосы.
Ангельская внешность и совсем не соответствующий ей характер. С нее словно слетает какая-то маска, которую она держала на лице все то время, что был рядом герцог. Взгляд приобретает четкость и самоуверенность. Смотрит она на меня теперь не с пренебрежением, а изучающе.
– Кто ты?
– Я – Шарлотта. А вот кто ты? И не надо врать, что Юнис. Ты точно не такая, какой я ее помню.
– Помнишь? Мы разве встречались прежде?
Пробегаюсь по памяти моей предшественницы. Нет. Мы точно раньше знакомы не были. Впервые ее встретила уже я, на прошедшем приеме.
Девушка смеется.
– Все идет совсем иначе. Так не должно было быть! С самого начала, почему герцог не потерял память? Я искала его. Но что? Магия перемещения?
А она неплохо осведомлена.
– Значит, спасительницу из себя решила строить, Юнис. Но та Юнис, которую я знала, не была на это способна.
Я прищуриваюсь и решаюсь все же спросить:
– Ты знаешь о книге?
Шарлотта смеется и качает головой:
– О чем ты? Какая еще книга?
Странно. Реакция вроде искренняя. Получается, она настоящая Шарлотта? Не попаданка? Но тогда откуда ей известен сюжет?