Чтение онлайн

После торта о нас все словно забыли. Известный певец убаюкивал своими романтическими песнями. Зимние сумерки, подсвеченные небольшими декоративными фонарями, прятали лица. И даже акционеры всё реже бросали взгляды в нашу с Никитой сторону.

Наверное, еще немного, и гости лицезрели бы уснувшую за столом невесту. Нервное истощение демонстрировало себя во всей красе: я уже никак не могла унять зевоту и с трудом фокусировалась на ведущем. Но Никита снова вмешался.

Мой муж взглядом сообщил Изольде Генриховне все, что думает о продолжении банкета, и попросил охрану подогнать машину.

Если бы не знала, что должно начаться позже, я бы обрадовалась и первой побежала на выход. Уж на один финальный рывок меня бы хватило.

Но впереди ждала первая брачная ночь… Правильная! Не дома, подальше от чужих глаз, а в лучшем отеле города. В номере для новобрачных. С красивым бассейном, со своим собственным зимним садом и всего одной кроватью.

В прошлом у нас с Никитой уже была одна ночь на двоих. Мне было восемнадцать, и он по-соседски спасал меня от холода. Та ночь подарила мне долгий разговор у камина, такой уютный и простой, словно мы с Никитой знали друг друга много лет и между нами не было никакой разницы в возрасте.

Еще та ночь подарила поцелуй.

Мой первый поцелуй!

До сегодняшнего дня он был единственным. За четыре года после него мне так и не захотелось ни с кем повторить или сравнить ощущения.

И вот теперь нам предстояло пережить вместе еще одну ночь. Нашу. В новом статусе. В номере, из которого даже сбежать было нельзя.

От мысли, что Никита будет лежать со мной на кровати, на ногах поджимались пальцы. Я, словно воровка, украдкой косилась на своего красавца-мужа в машине. Любовалась точеным профилем: волевым подбородком, идеально выбритым в честь свадьбы, прямым носом с небольшой горбинкой, высокими скулами… губами.

Я отчаянно старалась дышать ровно. И все равно до самого отеля не верила, что мы действительно окажемся рядом на одном матрасе.

– Наши вещи должны быть уже в номере, – Никита заговорил, только когда машина остановилась.

– Мы с Наташей планировали сами всё отвезти заранее, но Изольда Генриховна сказала, что агентство берет это на себя.

Не знаю, зачем я оправдывалась. Свидетель, Павел, заранее сообщил, что организаторы займутся даже мелочами. Никита отлично знал об этом.

– Тогда пойдем отсыпаться?

На лице мужа появилось что-то вроде улыбки. Наверное, он хотел поддержать меня. Но напряженный взгляд выдавал его с головой.

– Сон – это замечательно.

Чтобы тоже не выдать себя, я не стала смотреть на Никиту. Вместо лишних взглядов нажала на ручку двери. Но вырваться на свободу так и не успела. Будто прямо сейчас вспомнил о своих обязанностях, водитель сам распахнул дверь. Подал мне руку. И, мазнув липким взглядом по декольте, торжественно произнес:

– Бурной ночи молодым! Долгой совместной жизни!

Прозвучало это как гром среди ясного неба. Непрошибаемый Никита даже дернул шеей «на радостях». А я… мне вдруг резко захотелось попросить у администратора еще один номер и тихонечко перенести туда свои вещи.

Свадебный опыт у меня, конечно, имелся, но такого не было.

После неожиданного открытия во Дворце бракосочетания, я словно пыльным мешком по голове получил. Контузия не проходила ни во время фотосессии, ни в ресторане. С собственной невестой, которая еще недавно была партнером по сделке, не знал, что делать.

Не значилось в моем плане такого форс-мажора, как любовь. В нем вообще все было просто: отыграть молодоженов, заменить Леру в банке и за год аккуратно убрать всех акционеров, которые пытались ее устранить.

Единственное, что изначально не нравилось, – я украду у Леры год молодости. Целых двенадцать месяцев на отношения, открытия и любовь.

Если бы только знал заранее, что с любовью может случиться такой сюрприз! Если бы только мог подумать, что эта потрясающая, умная девушка окажется уже влюбленной. И не в какого-нибудь смазливого парня из вуза или на крайний случай в молодого преподавателя, а в такого слепого идиота, как я.

К сожалению, возможности отмотать время назад не было. При всем желании я не смог бы уже отменить наш брак или доверить Леру тому, кто точно не сделает ей больно.

Оставалось как-то не напортачить самому. Как именно – я не знал. От одного только прикосновения к ней, нежной, красивой, взволнованной, горели ладони и сердце за грудиной устраивало скачки.

Словно находился в пыточной, а не в ресторане, я с трудом досидел до финала. Пережил и танец молодых, и торт. Но, когда за окном стемнело, в голове осталась лишь одна стойкая мысль: «В отель! Спать!»

Банально хотелось отключиться, чтобы завтра на свежую голову решить, как вести себя дальше и без травмы для Леры пережить этот год.

Идея была хороша! Уж во сне я точно не должен был накосячить. Но стоило машине остановиться возле отеля, знакомый пыльный мешок снова завис над головой.

Вначале внезапно вспомнились рекламные буклеты Изольды Генриховны. С красивым номером для новобрачных, бассейном и вроде бы только одной кроватью. Потом нас с Лерой поспешил поздравить водитель.

Уже после его «Бурной ночи молодым!» нужно было забыть о своем плане и начать морально готовиться к продолжению пыток. Настоящей первой брачной ночи от меня, конечно же, никто не ожидал. Но один на один в замкнутом пространстве могло случиться что угодно.

Как и предполагал, «что угодно» не заставило себя ждать. Испытания стали сыпаться мне на голову, как только пересек порог номера для новобрачных.

Кровать и правда была одна. Усыпанная лепестками роз, она стояла на небольшом возвышении, словно плаха. Других комнат или хотя бы узкого диванчика ни с первого взгляда, ни после детального осмотра всего номера найти не удалось.

Следующее наказание устроила невеста. После приезда она сразу же ушла в ванную комнату переодеваться, и я ее потерял.

В ожидании, когда Лера вернется, я провел пять минут. Подозревая, что моя молодая жена банально уснула, подождал еще десять. А к моменту, когда минутная стрелка намотала по циферблату больше двадцати кругов, терпение закончилось.

– Лера, у тебя всё хорошо? – Чувствуя себя последним идиотом, я постучал в дверь ванной.

Вместо ответа донесся какой-то звук, похожий то ли на всхлип, то ли на всхрап.