Чтение онлайн

Пусть ребенок поиграется.

Здесь сделка покрупнее, чем одна-единственная душа, пусть даже могучего волшебника. Нет, там тоже был неплохой куш, Совнар уже прикинул, что великий Мегреболл потянет условок на триста, но для банкира это все-таки не сумма. Тем более, что половина уйдет на счет барона Гастарока, а еще четверть разбежится на мелкие и крупные пошлины. Совнару, как исполнителю, останется всего условок семьдесят-восемьдесят. Мелочишка на молочишко, детям на конфеты.

Зато здесь сумма обещает быть пятизначной. Уже серьезно даже для банкира.

— Уа, — подала голос Вероника.

Есть хочет. Совнар вырастил много бушучат и умел с ними обращаться. Из воздуха появилась теплая бутылочка, Вероника жадно ее схватила, и Совнар вздохнул:

— Ох, я бы тебя лучше зельем бушуков напоил. Лучшая еда для младенцев. Такие демоны получаются!.. Но твоя мамка против. Еще чего, говорит. Будешь, мол, совершеннолетней, сама решишь… а поздно будет!.. Станешь низшим демоном разве что, а то и просто сдохнешь. К зелью бушуков надо с младых ногтей… хотя, конечно, Мазекресс… бабушка-то не откажет… Ты понимаешь, о чем я?

Вероника серьезно смотрела на Совнара, чмокая соской. Тот осмотрелся, оценил обстановку вокруг и сотворил для ребенка шлейку. Пусть немного полетает, а то вернется к родительнице похожей на грязевого элементаля, а та вой поднимет…

Вокруг и впрямь грязновато. Мпораполис, если не считать Золотых Холмов, тоже утопает в нечистотах, но тут совсем уж трясина. Исполинские башни до середины первого этажа погружены в смрадную жижу, а туземцы бороздят ее, словно купающиеся гиппопотамы.

Те, кто ходит пешком, конечно. Среди здешних демонов полно летучих. Похожие на крылатых обезьян твари так и кишат в воздухе — орут, испражняются, не умеют даже толком говорить. Совнар тяжко вздохнул и раскрыл большой зонт.

Тут за дитем надо приглядывать — у туземцев нет никакой культуры. Только и смотрят, как бы украсть или сожрать младенца. Совнар взмахнул лапкой, полосуя лицо какому-то одноногому уродцу, и тот отшатнулся с диким шипением.

Полуживотные. Этих демонов создавал не всесильный Древнейший. Не древний бог отдал им свою плоть и часть духа. В них нет инстинктивной тяги к упорядоченности, цивилизованности и необычной для демонов одухотворенности, характерной для паргоронских аристократов.

Здесь почти и не осталось высших демонов. Этот мир населен в основном низшими. Примитивными созданиями, немногим превосходящими смертных. Раньше у них был свой аналог Банка Душ, но менее надежный… а теперь нет и его.

Не повезло им.

После великой катастрофы в этом мире осталось всего два демолорда. И один не в счет, он спит где-то на дне океана. Все в руках второго, единственного дееспособного среди переживших войну.

Тяжело ему, наверное, приходится. Паргорон предлагал посильную помощь, но тот все еще уходит от ответа. Хочет, чтобы в его мир инвестировали, но без особых прав. Не хочет ничем поступаться.

А так не бывает.

Нет, Совнар бы охотно помог. Совнар любил делать другим одолжения. Таким образом он заводил новых друзей, и хотя некоторые из них ничего потом не приносили, эти потери с лихвой возмещались теми, кто отвечал добром на добро. Прожив очень длинную жизнь, этот бушук умел играть в долгую, делать вложения с расчетом на десятки, сотни, даже тысячи лет вперед.

Тому же учил своих детей и сейчас собирался предъявить один старый вексель.

Паря за Совнаром, Вероника пыталась перебирать ногами и недовольно хмурилась. У нее кончилось молоко, ей не нравилась шлейка и вокруг плохо пахло. Даже любимая погремушка уже не успокаивала, и Вероника задумалась, не заплакать ли.

Но тут Совнар как раз остановился у наполовину обрушившегося здания — Башни Бумаг. Вероника задрала голову, пытаясь увидеть вершину, но у нее не получилось, и она завертелась в воздухе. Погремушка выпала из ручки и шлепнулась в грязь, растаявший снег пополам с липким пеплом.

Пока девочка растерянно смотрела вслед игрушке, Совнар с сомнением смотрел на штаб-квартиру туземной канцелярии. Да, мировая катастрофа ее не пощадила. Не совсем руины, конечно, но близко к тому. Хотя тут весь город переживает непростые времена — половина башен валяется обломками. Что-то восстановили, конечно за… сколько лет прошло — пятнадцать, шестнадцать?..

Ну хоть малый бизнес процветает. Уцелевшие господа сделали низшим демонам послабления и дали больше свобод и привилегий. Господам необходима новая кровь — и лучше обитателей этого же мира.

Здоровый патриотизм. Кто захочет пускать к себе ту же Кристальную Тьму? Они потом превратят этот мир в филиал своего, как уже не раз проделывали. Проклятые империалисты, паразитирующие на своих же собратьях-демонах…

— Поедим, — сказал Совнар, входя в Башню Бумаг.

На первом этаже был вполне приличный кафетерий. Чиновникам и гостям мира всегда лучшее. Совнар забрался на стульчик, который сразу вырос так, чтобы карлику было покомфортнее. Вероника, почему-то очень расстроенная, приземлилась на соседнем стульчике, обернувшимся детским креслицем.

Ну ничего, сервис вполне пристойный. Демоническую магию они тут еще не забыли. Вот командировка в Кввецоль-Иин проходила в почти полевых условиях, негде было сесть и нечего поесть.

Трактирный прислужник сразу распознал высшего демона и заискивающе завилял хвостом. Улыбаясь редкими острыми зубами, он угодливо спросил:

— Чего изволишь, господин? Вот меню деловых обедов, вот основное меню, вот барное меню, вот детское меню. Свежая свинина, козлятина, собачатина, человечина…

Совнар осмотрел протянутые пергаменты. Выбор скудноватый, но для пережившего апокалипсис мира вполне пристойный. К тому же они дружелюбны к детям. Тут тебе и молоко разных сортов, и разные пюре, и каши… и даже… это зачем?..

— Это раздел для маскимов, — быстро прокомментировал прислужник.

— Мне большую живых тритонов и брускетту с мышиным паштетом, — определился Совнар. — Ребенку... молока. Лучше демонического.

Совнар заботливо посмотрел на девочку. Она с рождения пьет демоническое молоко, а это хоть и не зелье бушуков, но тоже полезно, и градус лучше не понижать. Демоном она, правда, от этого не станет, но это хотя бы сделает ее сильнее и здоровее. Может, даже сковырнет зачатки совести. Полудемоны иногда получают этот неприятный рудимент, а у этой еще и наследственность плохая.

— Демоническое?.. — с сомнением протянул прислужник. — То есть я спрошу, господин…

Он унесся и вскоре вернулся с жбаном мутного пойла. Да, молоко… от низшей демоницы, правда. Что ж, полевые условия…

Так подумал Совнар, втягивая тритоновый хвост.

Но слишком засиживаться нельзя, дела ждут, а суд вряд ли продлится долго. Набив живот, Совнар снова поднял в воздух сытую и сосредоточенно трясущую погремушкой Веронику. Клыки зверодемона ей надоели, и она оставила их на столе… о, официант уже унес. Расторопные они тут.