Чтение онлайн

Но Лахджа не солгала ни единым словом, так что дверь гостеприимно распахнулась, и в холл вошло огромное блюдо с пирожками, а за ним вся остальная Лахджа.

В других руках у нее тоже были гостинцы. Во всех восьми. Она хорошая мать, и у нее как раз созрело всякое в саду. На мужа и младших дочерей надежды нет, а соседи сами ищут, кому сплавить свой урожай. В Радужной бухте каждую осень начинается циркулирование щедрых даров меж усадьбами.

Лахджа давно избавилась от части старых, одичавших деревьев, зато посадила новые — хорошие, сортовые. Не только плодовые, декоративные тоже, но все равно одних только яблочных паданцев каждый год столько, что хоть Фурундарока в гости зови.

Чтоб не гнило и не прело, Лахджа даже начала перегонять это добро в сидр. Один из друзей Вератора смонтировал в саду волшебный агрегат, в который просто загружай плоды — и получай с другой стороны декалитры ароматного напитка.

В итоге подвал теперь снова забит бочками и банками. Компоты, моченые фрукты, джемы, варенье, соленья и маринады. Хорошо хоть, Вероника все это обожает, но сколько там может съесть пятилетняя девочка?

А остальные совсем не выручают. Астрид съехала, Лурия еще маленькая, у фамиллиаров другие предпочтения в еде, волостной агент приходит на чай не так уж часто, а Майно ест все это лишь эпизодически. Когда Лахджа предложила наквасить еще и рыбы, он что-то совсем не заинтересовался и пробормотал, что подобные эксперименты в Мистерии запрещены.

— Мир вам, мэтресс, а вы к кому? — донеслось с другой стороны пирожковой горы.

— А где бы мне тут Астрид Дегатти повидать? — спросила Лахджа, удлиняя и изгибая шею так, чтобы увидеть собеседника.

Это оказался вихрастый, усыпанный веснушками мальчишка. Он немного вздрогнул, когда Лахджа так сделала, но тут же воскликнул:

— Приятно познакомиться, мэтресс Дегатти! Я староста группы, Ромулус Смог! Вы проходите направо, Астрид там где-то! Тренируется!

— Спасибо, — сунула ему пирожок Лахджа. — Угощайся.

А потом подумала и дала еще два. А то он худой какой-то.

— Пафыба, — ответил староста, разумно рассудив, что мама Астрид, конечно, демон, но вряд ли будет травить учеников. Она же не ведьма из «Старых сказок», которая угощала детей пирожками с козьими шариками.

Астрид была в гостиной. Занятия на сегодня закончились, до ужина оставался еще час, и она лежала на мате, делая подъем корпуса. С тремя гирьками на каждой лодыжке это было паргоронски тяжело, но Астрид не сдавалась.

— Я ему покажу!.. — пыхтела она. — Я ему, тля, покажу!..

Рядом кряхтела Свизанна. Ей было обидно, что Гробаш числит ее в отстающих и каждый урок говорит что-то неприятное. Вареная макаронина, тесто, желе с костями… или просто вставляет букву «н» между «и» и «з». Вроде и просто оговаривается, но так оскорбительно, что Свизанна едва не плакала.

— Он мудак! — кинула ей Астрид. — Мы накачаемся и отмудохаем его! Копченый, ты чо филонишь?! Качайся тоже!

Копченый о чем-то болтал с Витарией. Та зашла вроде как случайно, но почему-то осталась и уже полчаса обсуждала с Копченым всякую ерунду, что Астрид почему-то злило.

— Да ща!.. — отмахнулся этот Друлион. — Ща!.. ой, мир вам, тетя Лахджа!

Астрид резко вскинула голову. В смысле?..

— Ой, мама! — ахнула она. — И… и пирожки!

Она аж подлетела, на секунду забыв о гирьках. И это краткое мгновение каким-то образом уместило целую бездну мыслей, сложнейшую дилемму, сводившуюся к решению — делиться ли пирожками с одногруппниками или перебьются?

— Налетайте, а то она сейчас одна все сожрет, — сразу поняла все по лицу дочери Лахджа.

— Не, я бы поделилась! — запротестовала Астрид.

Витария и Свизанна сначала-то заробели, но увидев, что Копченый маму Астрид не боится и уже уминает пирожок с курицей, тоже подошли. Свизанна, поблагодарив, взяла по пирожку в каждую руку, а Витария спросила, есть ли в этой горе эльфийские пирожки.

— То есть без мяса? — уточнила Лахджа. — Есть с картошкой, с вишней и яблоками.

— А с клевером и одуванчиками? — с надеждой спросила Витария.

— Не, такого не делаем, у нас вкусовые рецепторы другие.

— Хорошо, я приму то, что есть, — взяла пирожок с вишней девочка. — Но в следующий раз сделайте.

— Но… — опешила Лахджа.

— Это несложно, — заверила Витария, взяв еще и пирожок с яблоками.

— Мне проще будет не угощать тебя, — улыбнулась Лахджа.

Витария стушевалась, а потом, к удивлению Астрид, попросила прощения за неучтивость. Она не имела в виду ничего худого, просто предположила, что благородной матушке Астрид неизвестен рецепт пирожков с клевером и одуванчиками, и дала добрый совет, предположив, что ей самой будет приятно такое отведать.

Пирожками мамины дары не ограничились. Она спросила, есть ли тут холодильный сундук, и торжественно вручила Астрид целую гору даров земли.

— Спасибо, ма… — пробубнила Астрид, тщетно пытаясь вернуть все обратно. — Спасибо за… все… но… зачем мне кабачки?! И тыква?!

— Ты теперь живешь отдельно, — наставительно сказала Лахджа. — Как твоя мать, я теперь могу отдавать тебе тыквы и кабачки, чтобы они гнили у тебя, а не у меня.

— Такова судьба всех съезжающих от родителей мистерийских детей, которые живут в сельской местности, — изрек Мариус, который пришел на запах пирожков.

Его тоже вчера мама навещала.

Потом Астрид показывала маме общагу и рассказывала, как учится. Хотя пока было особо и нечего рассказывать — прошло всего семь дней, у них даже еще не все предметы были… да, точно, высшей магии еще ни разу не было. Наверное, позже начнется.

Гробаш про нее вроде что-то говорил, но Астрид не запомнила.

— Ну а так норм, — сказала она, ища, куда выкинуть тыкву. — Уроки норм, преподы норм… все, кроме одного, но это наше с ним личное дело.

— Ты себя хорошо ведешь? Классные наставники тобой довольны?

— О да, — гордо ответила Астрид.

Но больше ничего не сказала. Чтобы мама прочувствовала, насколько Астрид посерьезнела и стала ценить свое время и вес своих слов.

— Я чувствую недосказанность, — вкрадчиво сказала мама. — Неужели все тобой довольны?

— Ну только физмагию надо подтянуть, — пожала плечами Астрид. — Немножко.

— Физмагию?.. — изумилась мама. — Тебе?.. Ты ж спортивная.

— Ну да, но тут требования высокие. Надо уметь бегать с гирьками на ногах.

— С гирьками?..

Астрид показала лодыжки, и Лахджа изумленно уставилась на стреноженную дочь. Она как-то не обратила внимания, что та подволакивает ноги.

— А у других тоже утяжелители? — спросила она, разглядывая ноги других детей.

— Нет, я особенная, — гордо выставила подбородок Астрид.