Сердца трех. Вторая жизнь фармацевта
Шрифт:
Стало страшно от власти, которую мне пытались вручить, и о чем я совершенно не просила. Все равно, что иметь в питомцах плотоядного дракона-людоеда и пребывать в постоянном страхе, что придется брать на себя ответственность за разрушенное поселение, если этот дракон «случайно» сорвется с поводка, которого и быть не может.
Как, в случае чего, я смогу остановить могущественного демона, который, пока что, находится в относительном покое? Но это может измениться. Сейчас он по какой-то причине лишь забавляется и играет роль простачка и лоботряса. Это всего лишь игра могущественного существа, которому скучно…
Однако, я отлично помню кровожадный взгляд и подавляющую ауру смерти, которую он источал в короткие приступы ярости. Как я могу быть ответственна за его действия? Но, учитывая, что это именно я призвала его, иных виновных быть просто не может.
И это осознание гнетет.
Сколько бы я ни храбрилась перед Сэдом, я не могу быть спокойна, потому что… не понимаю его и не осознаю мотивов его поступков. Он не рассказывает всего, но даже скажи все, о чем демон помышляет, смогла бы я хоть что-то сделать, чтобы ему помешать?
Он позволяет мне чувствовать некую власть, потому что его это забавляет и только. Он делает это так виртуозно, что порой я забываю, кто из нас двоих настоящий хозяин положения, в чьих руках полная власть над жизнями других. А когда вспоминаю, приходит осознание и тревога от собственной никчемности.
Я не знаю, чего он хочет на самом деле. И рассуждения, что такое непостоянное существо может желать остаться в мире, который вынужденно стал моим домом, пугают. Я не сомневаюсь в его признании, что не станет причинять вреда свое «игрушке», однако, это не снимает с меня ответственности за возможные жертвы его плохого настроения.
Если бы я хоть немного представляла… если бы я могла знать, чего он хочет на самом деле, мне было бы спокойнее.
– Ты разбиваешь мне сердце, Аста, – посмотрел он мне в глаза, отчего я сглотнула, но он тут же сменил тон: – Но, разве я могу тебе отказать? – расплылся Сэд в жизнерадостной улыбке. – В таком случае, я буду убивать от своего имени, – растянул он губы в еще более счастливой, но оттого жуткой усмешке. – Ты довольна?
***
Эрис оказалась права, и нам навстречу действительно вышел отряд из четырех эльфов, во главе которой был высокий пламенно-рыжий эльф невероятной, но холодной и надменной красоты, с ледяным, пронизывающим взглядом темных глаз, которым он мазнул по мне лишь единожды, чтобы впредь старательно игнорировать, всем видом показывая, как относится к людям.
Впрочем, угрозами и оскорблениями не сыпал, предпочтя полностью забыть, что я есть на белом свете. Вместо этого он сосредоточился на Рафаэле и Эрис, к которым оказался куда более расположен. Настолько, что, его лицо, казалось, не знающее эмоций, озарила слабая улыбка, которой он, наверняка, пользовался нечасто.
Неплохая альтернатива. Меня вполне устроит, пока это не приносит проблем.
– Рад видеть, что не ошибся, и молва о твоей кончине преувеличена, – схватив племенника за плечи, заявил Престон, чье полное имя было «Престонвилем».
– Поэтому, дядя, по словам Эрис, ты не почтил своим присутствием мои похороны? – с легкой иронией задал Раф свой вопрос, хоть и с улыбкой. А Раф не улыбался кому попало, что многое говорило об эльфе с магией иллюзий. Кажется, они действительно были близки.
– Я знал, что тебя просто так не убить, потому растрачивать свои эмоции на бездарное представление не собирался, – отмахнулся Престон и обнял племянницу. – Я ведь говорил, Эрис, что не следует отчаиваться, – приободрил он ее. – Слушай своего дядю!
– Да, дядя, – покорно кивнула девушка, смущенно шмыгнув носом.
– Польщен, что ты оповестил меня о своем здравии в первую очередь, но уверен, что не это было твоей изначальной целью, – тут же посерьезнел Престон, обернувшись на племянника. – Тем более, не будь это нечто важное, ты бы не заявился ко мне в столь странной компании, – обвел он взглядом Сэда, Марса, а вот меня демонстративно проигнорировал.
Я же также предпочла сделать вид, что мои ногти интересуют меня куда больше, мысленно переживая, как бы демон не посчитал пренебрежение эльфа причиной для гнева. Но опасаться следовало вовсе не Сэда, а Рафаэля, чей голос пробирал до костей.
– Престонвиль, – позвал он родственника по имени, что последнего, кажется, сильно удивило. – Эта девушка, невзирая на происхождение, важна для меня. Неуважение к ней я приму как личное оскорбление. Не смей пренебрегать ею. Помни об этом, – холодно оповестил Рафаэль.
Престон удивленно моргнул, покосился на племянницу, но Эрис лишь нехотя и с заметным раздражением кивнула.
– А мальчишка растет, – негромко хмыкнул Сэд и толкнул Марса локтем в бок, в поисках поддержки. Дух устало вздохнул, но кивнул, согласившись.
– Если это говоришь ты, то я сделаю первое и последнее исключение, в честь твоего возвращения, драгоценный племянник. Но не жди от меня слишком многого. Она – важна для тебя, а не меня, – подумав под тяжелым взглядом Рафаэля, сдался Престон и все же удостоил меня своим взглядом. – Сегодня вы – мой гость, юная дева, и отношение будет подобающим.
– Убьем его? – совершенно спокойно, даже играючи, спросил Сэд. Не у меня. У Марса.
Но хуже то, что Дух задумался, прежде чем отрицательно качнуть головой.
– Совсем ополоумели? – тихо прошипела я, поражаясь тому, что дух внезапно почти поддержал демона в его кровожадности. – Ведите себя прилично! Мы в гостях!
– На моей родине за такое небрежное гостеприимство отвечали убийством, – пожал Сэд плечами. А я подумала, что не хотела бы побывать на его родине.
– А мы – непрошенные гости! – продолжала я нравоучения по основам социальных норм для этого демонического социопата!
– Как бы то ни было, предлагаю отправиться в мой дворец, – вздохнул Престон. – Но помни, племянник, что отвечать за последствия будешь ты. Я тебя люблю, Рафаэль, но всему есть предел.
То есть, пределом тут считаются не странный «эльф» с убийственными наклонностями и не здоровенный духовный зверь, а скромная и маленькая человечка? Шикарно.
Хотя, плевать. Лишь бы выделили комнату с кроватью и дали помыться. С остальным, так и быть, можно смириться, все же, я не в любовный роман попала, чтобы всем нравится. Пора привыкать довольствоваться малым.
– Пройдемте за мной, – предложил Престон и повел нас по тропе, которая больше не была скрыта иллюзией, благодаря которой любой мог заблудиться даже в трех соснах. Благо, такое никак не влияет на духов, потому Марс без проблем провел нас почти половину пути, прежде чем нам встретился сам глава поселения и создатель заклинания.