Чтение онлайн

Челюсть Кадена отвисла. Он не знал, что сказать, потому что никогда не задумывался обо всех своих татуировках в этом смысле. Вместо этого он думал о них, как о способе запомнить, Каден думал о них, как о виде покаяния, и он не согласился бы после определенного момента с тем фактом, что они могут держать людей на расстоянии. Но он определенно никогда бы не подумал о них, как о попытке его защиты. Но она права. Они позволили ему контролировать боль, которую он испытывал – физическую и эмоциональную – то, что было отнято у него в ту далекую летнюю ночь.

Ее наблюдение так соответствовало тому, кем он являлся и что произошло с ним, что Каден почувствовал себя готовым перевернуть часть того контроля и доверить ей эту часть его.

Он устремился к ней и энергично прижал ее к изголовью кровати с силой его поцелуя. Каден поглотил ее вздох удивления, когда толкнул язык в ее рот, теперь дегустируя сладость винограда и апельсина.

Когда он отстранился, она покраснела и улыбнулась. Ее взгляд устремился на его лицо.

– Они также сексуальны, как черт, - сказала она, проведя пальцами по пирсингам на губе и брови.

Он откинул голову назад и рассмеялся. Ее выбор времени был прекрасен. У нее имелось умение втискивать юмор в серьезные разговоры как раз в то время, когда это было необходимо. Ее хихиканье согревало ему душу. Он вновь наклонился вперед и поцеловал Макенну, проведя своей нижней губой по ее, чтобы убедиться, что она почувствовала его пирсинг «укусы паука». Она всхлипнула, и Каден усмехнулся. Через несколько мгновений он обосновался на ее груди снова.

Время пролетало рядом с Каденом, прислоняющимся боком к животу Макенны, в то время как она поглаживала его спину, а он играл с кончиками ее волос.

– У тебя самые красивые волосы, которые я когда-либо видел, Рыжая. И их запах чертовски необыкновенен.

– Я знала это! Я знала, что ты вдыхал запах моих волос.

Он наклонил голову, чтобы посмотреть на нее, неловко посмеиваясь.

Но сияющая улыбка на ее лице говорила о том, что она всем довольна.

– Не переживай, - сказала Макенна, когда увидела его смущенное выражение лица. – Я тоже вдыхала твой запах. Я люблю твой лосьон после бритья.

Каден кивнул и опустил голову обратно напротив нее.

– Приятно слышать, - сказал он сквозь улыбку.

Минуты, наполненные уютом, прошли, и она вздохнула.

– Я все еще должна тебе омлет.

Он засмеялся.
– Да, мы отчасти пропустили это, не так ли?

Ее голос звучал одобрительно.
– Ммм, да. Хотя, я не возражала, - она поцеловала его в макушку.

– Как и я. Но, во всяком случае, я все еще должен тебе пиццу.

– Ох, да, - Макенна извивалась под ним так, словно танцевала.
– А еще кино.

– И кино, тоже, - Каден усмехнулся, когда прислонился к ней. Она строила планы с ним, планы на будущее. Он чертовски взволнован.

Они лежали вместе в течение еще нескольких минут, а затем Макенна зевнула.

– Давай устроимся поудобнее, - сказала она.

Каден оттолкнулся от кровати и протянул руку, чтобы помочь Макенне. А затем взял поднос.

– Я отнесу его на кухню.

– Спасибо, - сказала она, когда расправляла одеяло.

Когда он вернулся, то она уже лежала под одеялом на той стороне, где они сидели. Он подошел к другой стороне и снял джинсы, прежде чем скользнуть под одеяло к ней.

– О, Боже, – засмеялся Каден.
– Это ощущается так хорошо.

Она выключила свет у лампы, а затем повернулась к нему. Он поднял руку, чтобы Макенна смогла вписаться в укромный уголок вдоль его тела. Несмотря на всю новизну нахождения с женщиной именно так, все это ощущалось совершенно естественно для Кадена. И это заставило его дорожить этим еще больше. Дорожить ею еще сильнее.

Я могу привыкнуть к этому, подумал он, поскольку Макенна приспособилась на его боку и скользнула коленом на его бедро. Все его тело изнывало от усталости, но Каден был счастлив оттого, что все, что он когда-либо воображал, может стать возможным для него.

Как только его глаза закрылись, Макенна поцеловала его в ключицу и прижала руку к его груди.

– Я люблю… тот лифт, - сказала она.

С сонной улыбкой и сердцем, переполненным от счастья, Каден повернул голову и оставил поцелуй на ее мягких волосах.

– Ох, Рыжая. Я тоже люблю тот лифт.