Чтение онлайн

– Мне нужна была армия, младший ученик… кому, как не тебе, меня понять.

– Я понимаю, – кивнул Хаджар, – и не осуждаю.

Какое-то время они молча наблюдали за тем, как тренировался юноша.

– Из меня плохой учитель, Хаджар, – произнес наконец Эрхард. – Так что я предоставлю эту возможность тому, кто действительно может научить. А теперь слушай внимательно. Не думаю, что мне нужно уточнять, но если ты не справишься с медитацией осмысления, то, прости, мы с тобой оба отправимся к праотцам.

– Почему оба?

– Потому что своим ударом я не только пробил твое сердце, но, чтобы ты раньше времени не ушел к костлявой, связал мое и твое воедино. Остановится твое – замрет и мое.

Хаджар прищурился.

– А может, ты это сделал, о великий Последний Король, чтобы забрать себе часть моей, как ты говоришь, медитации осмысления?

Эрхард улыбнулся. Так хищно, как никогда не улыбался ни Хаджар, ни хорошо знакомый Травес.

И вот этот… это создание еще будет что-то говорить о зверях?

– Слушай внимательно, Хаджар. Наш учитель будет говорить.

Хаджар имел свое личное мнение насчет словосочетания “наш учитель”, но решил промолчать. В конце концов, от того, насколько он сможет справиться с очередной невыполнимой задачей, будет зависеть, выживет он или нет.

А как уже Хаджар сказал фантому смерти, к праотцам он пока не собирался.

– Подойди сюда, Эрхард. – Голос Черного Генерала, который сидел к Хаджару и Эрхарду спиной, звучал сухо и старо. Как скрипучий комод, который обещали починить еще десятилетия назад, но на протяжении нескольких поколений забывали хотя бы смазать.

– Да, учитель. – Молодая версия Последнего Короля, взмахнув мечом, орошая траву потом, подошла к своему наставнику.

Черный Генерал, поднявшись с чурки, приблизился к протеже. Он навис над ним… нет, не горой. Скорее высушенным деревом, которое одиноко стояло посреди бескрайней пустыни.

Хаджар прекрасно знал, что на самом деле это был не настоящий “первый из Дарханов”. А лишь один из последних его “живых осколков души”.

Не один из тех фантомов, которые жили в душах людей, а настоящее сознание, получившее плоть и кровь. Нечто вроде клона, если сильно преувеличить и упростить.

– Скажи мне, Эрхард, что ты видишь, когда держишь в руках меч? – Черный Генерал взял из рук мальчишки его простой клинок.

Смертное железо. Никакой магии или энергии. Такими впору было резать хлеб или мясо, а никак не сражаться. Хотя Хаджар уже видел, на что был способен такой “бесполезный кусок металла” в руках Белого Клыка, Эрхарда.

– Я вижу оружие, учитель, – железным тоном ответил юноша. – Оружие, которым я смогу отомстить за мать и отца. И вернуть себе трон, который принадлежит мне по праву.

Хаджар вздрогнул.

Слова, которые произнес мальчик, резонировали внутри его души и эхом бились о стенки сознания.

Глупо было полагать, что его история хоть чем-то уникальна… В мире, где правили лишь сила и те, кто эту силу имел, детей, которые мечтали добиться справедливости по отношению к погибшим родителям, было столько же, сколько брызг на гребешках волн реки, уносящей к водопаду толстые льдины.

– И именно поэтому ты не сможешь достичь истинного мастерства. – Черный Генерал, сухой и немощный старик, поднял перед собой меч. – Когда ты держишь в руках меч, ты сжимаешь свою судьбу. – Он провел острием по воздуху. – Когда ты держишь в руках меч, ты направляешь свой путь. – Затем плавно будто убрал его в ножны. – Меч – лишь отражение того, что ты можешь в него вложить, Эрхард. Так скажи мне, что ты в него вложишь?

Одновременно с этими словами на расстоянии в десять километров вдруг затрещал высокий горный пик. А затем с грохотом соскользнул вниз. И гора, которая раньше пронзала облака, оказалась рассечена на две части.

И при этом Хаджар не ощутил никакого волнения в потоках Реки Мира.

Черный Генерал рассек гору без всяких мистерий или энергий.

Он сделал это простым взмахом меча.

– Проклятье…

– И что это должно значить?

Хаджар и Эрхард вновь стояли на песке простой тренировочной площадки. Исчезла река, пропал силуэт Черного Генерала и молодой копии Последнего Короля.

– Это был самый важный урок, который я получил от моего учителя. – Эрхард стоял напротив. Высокий, плечистый, грозный воин из прошлого. Фигура которого до сих пор служила страшилкой в одних историях и символом героизма в других. – И ты либо поймешь его глубину, либо мы оба умрем.

– И как же, ко всем демонам, я должен понять слова Черного Генерала, если в данный момент лежу в грязи с твоим проклятым мечом в своем сердце?

– Успокой свою душу, Хаджар Дархан, – глаза Эрхарда сверкнули сталью. – Воину не престало барахтаться, как рыбе в сетях. Твой разум должен быть трезв и холоден. Сердце – горячо, тело, как вулкан, должно мерно дышать, невзирая ни на что. Руки – крепки. Глаза – зорки. Ты сейчас в этом мире. Иллюзия или нет, это неважно. Перед тобой, воином, стоит враг, твое нежелание видеть истину. Одолей своего врага. Одержи победу. Таков путь воина. Все остальное, кроме твоей битвы и твоей победы, лишь пыль, пристающая к ногам. Отринь ее.

Хаджар вздохнул.

Все это он уже слышал.

Слышал от тех, кто уже умер, и чаще был убит.

– Ты заблуждаешься, Эрхард. – Хаджар опустился на песок тренировочной площадки и сел в позу лотоса. – Но я не Эйнен, чтобы философствовать.

Эрхард смотрел на Хаджара, погрузившегося в глубокую медитацию.

Интересно, понимал ли юный воин, столь яростно ненавидящий их учителя, насколько они были похожи? Хаджар и первый из Дарханов?

Эрхарду казалось, что он говорит не с живым человеком, а с тенью своего наставника…

В мире, где не было ни единого препятствия взору, летящему над океаном колышущейся в такт потокам ветра травы, облокотившись на камень, наблюдая за чистящей перья птицей в кроне единственного невысокого дерева, сидел мужчина.

Средних лет, с седыми волосами и морщинами на пока еще молодом, но уже увядающем лице. Было видно, что во времена расцвета сил этот человек был силен и могуч.

Сейчас же он постепенно клонился к своему закату. Но там, где была голая и необузданная сила, первобытная ярость, теперь затаилось что-то иное. Что-то, пришедшее на смену даже разуму. Куда более глубокое, чем чистый, ясный ум.