Чтение онлайн

«Это действительно вкусно!» — подумала Фиона удивленно. Танназ, наблюдавшая за ней, усмехнулась и сказала. — Ну, неужели ты думаешь, что Зирана позволила бы тебе предложить им что-то недостаточно вкусное?

Прочитав ответ в глазах Фионы, Госпожа Вейра продолжила. — Ты уже не в Холде. Здесь к тебе будут относиться с уважением, но никто не будет тебе лгать.

— Правда, если бы это была Меланви, тебе пришлось бы готовить свое блюдо трижды прежде, чем она бы позволила тебе его приподнести…

— Даже если оно было бы очень хорошим. — прохрипел старческий голос, прервав Танназ.

Лицо Танназ побледнело, но она быстро овладела собой и повернулась на голос.

— Управляющая Меланви. — официально сказала она. — Я рада познакомить тебя с Госпожой Вейра Фионой, всадницей Талент’ы.

— Хммм! — фыркнула Меланви. — Ты думаешь, я сама не могу сказать, кто она? Или ты думаешь, что я слепая?

Фиона смотрела на седую, сгорбленную старуху, лицо которой было изрезано морщинами за долгие Обороты тяжелой жизни.

— То, что я потеряла своего дракона не означает, что я потеряла и свой разум тоже. — продолжила резко Меланви.

Вдруг Кентаи оказался рядом с ней, мягко взяв ее за руку. — Хочешь присоединиться к нам на сцене сегодня?

— Ты хочешь, чтобы я спела? — рявкнула Меланви.

— Можешь барабанить, если хочешь — вежливо ответил Кентаи и наклонился к ней, добавив негромко. — Эта молодежь способна только заполнять паузу до появления достойного барабанщика.

— Хмм, не могу с этим не согласиться! — фыркнула Меланви. — В мое время им бы не разрешили развлекать даже Д’мала… — ее голос внезапно оборвался, и глаза затуманились.

— Как я по нему скучаю. — она неодобрительно посмотрела на К’лиора, который дипломатично начал оживленную беседу с П’дером, делая вид, что не слушает ее.

— Тогда идем, — сказал Кентаи, вежливо отводя ее в сторону, — и покажем всем, как это делается.

Какое-то мгновение казалось, что Меланви хочет накричать на арфиста за то, что тот явно пытается отвлечь ее, но потом раздражение исчезло из ее глаз, и она стала выглядеть потерянной.

— Кто ты? — ворчливо спросила она Кентаи, голосом и выражением напомнив Фионе маленького ребенка, который ищет свою маму.

— Я Кентаи, Меланви. — вежливо ответил арфист, растерянно переводя взгляд с Танназ на Фиону. Он показал на сцену. — Ты шла выступать с нами.

— Я не умею петь. — снова повторила она.

— Но ты хотела барабанить. — напомнил ей Кентаи, и конец их разговора затих вдали, когда арфист и старуха ушли в сторону шумной сцены.

— Я так и не смогла узнать, сколько ей лет на самом деле. — прошептала Танназ Фионе. Эта встреча выбила ее из колеи.

— По моему, Кентаи действовал превосходно. — сказала Фиона, и когда Танназ бросила на нее удивленный взгляд, добавила. — У нас в Форте было много пожилых людей, которые уже потеряли счет своим дням.

Она вспомнила часы, проведенные со старыми тетушками и дядюшками. — В один момент они мыслят ясно и блистательно, в следующий — похожи на потерявшихся детей. — вздохнула она. — Это, действительно, печально. Иногда мне кажется, что старость — это совсем не подарок.

— Меланви будет первой, кто тебя в этом поддержит. — сказала ей Танназ. — Она хотела уйти в Промежуток с Нарой и Хинирт’ой и ругала ее многие Обороты после этого.

— И теперь она Управляющая?

— Ну, уж не настолько я бессердечная, чтобы лишить ее всего этого. — призналась Танназ. — Когда она в здравом уме, ее знания об управлении Вейром неоценимы. — она взглянула на Сайску. — Мы провели Обороты рядом с ней, надеясь научиться у нее всему, пока не пришел ее последний час.

— Я буду помогать. — предложила Фиона. — Когда Талент’а станет немного старше, я уверена, что у меня будет больше времени.

— Я не уверена, что хочу, чтобы ты с ней возилась. — вмешалась Сайска, удивив Фиону. — Она стала просто невыносимой в последние дни, поэтому я не думаю, что это будет справедливо по отношению к тебе.

— Я совсем не против, Госпожа. — ответила Фиона. — Это будет не сложнее, чем то, что я делала в Холде, как я уже говорила Танназ.

Сайска улыбнулась ей и сказала. — Я это знаю. И это еще один повод, чтобы позволить тебе отдохнуть несколько Оборотов, прежде чем взвалить на твои плечи обязанности взрослой женщины.

— Нити идут. — добавила, соглашаясь, Танназ. — Ты сможешь увидеть полное Прохождение от начала до конца.

— Я собираюсь именно это и сделать. — заявила Фиона. Она на мгновение сделала паузу, но не потому, что не знала, что говорить дальше, а потому, что хотела, чтобы обе старшие Госпожи Вейра услышали ее слова. — Похоже, для меня имеет смысл узнать все, что можно о Вейре, не так ли?

Танназ изумленно посмотрела на нее и повернулась к смеющейся Сайске.

— Ты сделала свой выбор. — она нахмурилась и добавила. — И все же я не думаю, что это справедливо — лишить тебя юности так рано. У меня есть материнский долг…

— Прости, Госпожа, — прервала ее Фиона, с комком в горле и горящим лицом, — но я потеряла свою мать, когда мне еще не было и трех Оборотов, и, вместе с ней, любую надежду на счастливое детство.

Сайска бросила на нее взгляд, в котором смешались обида и удивление, но Фиона открыто смотрела ей в глаза. — Я молода, я знаю, но мне пришлось быстро повзрослеть, и я не думаю, что с этим можно что-то сделать.

Прежде, чем Сайска начала говорить, К’лиор положил руку на ее плечо жестом, который был Фионе незнаком, потому что она никогда не видела своих отца и мать вместе. Сайска и К’лиор обменялись краткими взглядами, и Госпожа Вейра повернулась к Фионе. — Мы продолжим разговор после ужина. — она вскинула свободную руку над головой, подав знак, чтобы принесли десерт.

— Не спеши становиться взрослой. — прошептала Танназ, когда их тарелки опустели.

— Я не могу тебе сказать, была ли я когда-нибудь ребенком. — ответила Фиона. Но мысленно она вспомнила времена, когда была с Кинданом, и замечталась — пока не подали на стол фруктовый десерт, который приготовили Танназ и Эллора, а затем она так им наслаждалась, что полностью забыла об этом разговоре.

Когда принесли горячий кла, и все вновь расселись за своими столами, сытые и довольные, Кентаи и певцы начали петь свои песни.

Закончив, они перешли к песне, которую Фиона очень хорошо знала, и от которой слезы набежали ей на глаза.

Киндан написал песню задолго до того, как прибыл в Цех Арфистов, задолго до Мора, который унес так много жизней, в том числе и жизни всех членов семьи Фионы, кроме ее отца. Сейчас она размышляла, с холодком страха, пробегающим вниз по спине, что Киндан почувствует, когда увидит ее полет на ее драконе к нему однажды утром?