Чтение онлайн

— В безопасности? — Дженел обвел взглядом вслед за отцом Чашу и вейры драконов, расположенные выше. — Но драконы неуязвимы.

— Это так. — согласился Ж’марин. — И Сайямон защитит их, уйдя прочь. — он погладил своего любимого файра в последний раз. — Ты скажешь ей до свидания, сынок?

— До свидания, Сайямон. — сказал Дженел. — Я люблю тебя.

Ж’марин кивнул. — Хорошо сказано. — похвалил он сына, взъерошив ему волосы, и повернулся к своей золотой. — Я тоже люблю тебя. Прощай.

«Асот’, скажи Сайямон, что она должна лететь на Южный Континент.» — попросил своего дракона Ж’марин, слезы текли по его лицу.

«Она должна уйти?» — печально спросил Асот’.

«Да, она должна. — повторил Ж’марин. — Чтобы защитить драконов.»

«Я скажу ей.» — ответил Асот’.

Сайямон испуганно крикнула и исчезла в Промежутке.

Когда остальные начали отсылать своих файров, К’лиор схватил Сайску за руку. Та в ответ крепко сжала его руку, и каждый раз, когда еще один файр уходил в Промежуток, она сжимала руку, пока, наконец, в Кухонной Пещере не затихли все до одного голоса файров, остались только печальные всадники и плачущие обитатели вейра.

Когда уходили все файры, Фиона была в своем вейре, крепко свернувшись возле Талент’ы, ее руки тесно обхватили Огонька.

— Фиона?

Она узнала голос отца, но не ответила, а только крепче обхватила Огонька. Золотая королева повернула шею, чтобы смотреть только на нее, ее фасеточные глаза мерцали красным и зеленым.

Фиона услышала звук приближающихся шагов.

— Фиона. — сказал Лорд Бемин. — Я пришел, как только узнал.

Девушка не пошевелилась. Она слышала, как отец наклонился, видела его лицо близко-близко, видела Шутника, вышагивавшего у него на плече. В глазах ее отца стояли слезы. Фиона крепко закрыла глаза, не желая видеть его слез. Разве их не было достаточно в его жизни?

Она закрыла глаза, но не могла закрыть уши.

— Когда мы пришли сюда, на Рождение, — тихо начал Бемин, его голос был хриплым от эмоций, — я не мог и подумать, что ты Запечатлишь.

Он шмыгнул носом. — Моя дочь — всадница королевы!

Фиона услышала в его голосе гордость, но отвернулась от него, крепче прижав Огонька.

— Я никогда не надеялся, никогда и не мечтал, что наш род удостоится такой чести. — прошептал он. — Я думал, что мое сердце разорвется, так я был горд!

Фиона повернулась к нему. — Правда?

Она открыла глаза, чтобы увидеть его лицо и увидела, сквозь слезы, его огромную гордость за нее.

— Да. — сказал Бемин. — Ты принесла нашему Холду великую честь, и мне тоже.

Он сделал вдох и тихо сказал ей. — Я знаю, что это трудно, — он поднял руку и погладил Шутника, сидевшего на его плече, — но у тебя есть теперь свои обязанности, обязанности перед Вейром и перед Перном, так же как у меня есть мои перед Форт Холдом.

Он протянул ей руку, с любовью помогая ей встать. — Ты принадлежишь Форту. — продолжил он, и тон его голоса стал твердым, приказным. — Ты дважды принадлежишь Форту, Холду и Вейру.

Бемин пристально смотрел на нее, мягко улыбаясь. — Ты — мое единственное дитя, и я не могу тебя ничего лишить…

— Значит, мне можно…? — но Бемин оборвал ее слова мягким покачиванием головы.

— У нас с тобой и так многое есть. — ласково сказал он ей и показал на спящую королеву-дракончика, которая вздрагивала во сне. — У тебя есть твоя королева, а у меня есть Форск, страж порога. Ты думаешь, будет достойным оставить еще и наших файров, и подвергнуть этим весь Перн риску?

Фиона всхлипнула и посмотрела умоляющим взглядом на него, но он снова покачал головой.

— Пришло время, — сказал он ей, — прощаться.

Он повернул голову к Шутнику и пересадил коричневого файра с плеча на свои скрещенные руки, затем поймал взгляд Фионы. — Всадница, попроси свою королеву отослать их на Южный Континент.

— Отец… начала говорить Фиона, слезы потекли по ее лицу, но Бемин опять решительно покачал головой и слегка поднял подбородок, чтобы не дать слезам, стоявшим в глазах, скатиться по щекам.

— Выше голову, Госпожа Вейра. — сказал он ей.

Фиона сделала глубокий вдох и кивнула, слезы хлынули из ее глаз.

«Талент’а?»

«Что случилось? — сонно спросила молодая королева. — У тебя печальный голос.»

«Скажи Огоньку и Шутнику, что им надо уходить.» — Фиона зарыдала, передавая просьбу.

«Уходить?»

«Да, уходить. — повторила Фиона. — На Южный Континент. — ее сердце разрывалось от боли, и она закричала. — Сделай это немедленно!

Она услышала два удивленных вскрика, неожиданно растворившихся в Промежутке.

— О, Отец!

Форт Вейр, 507.12.20 ПП

Следующий день был ярким и солнечным, хотя и по-зимнему холодным.

С большим трудом, опустошенная событиями предыдущего дня, Фиона подняла себя и Талент’у, чтобы идти в Чашу Вейра. Ей необходимо было покинуть свой вейр, хоть ненадолго. Она потолкалась среди печальных, взволнованных и растерянных юношей, кормивших своих юных драконов. Юноши, некоторые ее возраста, некоторые ненамного старше, очень ей интересовались, настаивая на том, чтобы помочь ей кормить Талент’у, даже пренебрегая собственными драконами.

— Я с ней разберусь сама. — в конце концов резко сказала им Фиона. Она никак не могла перестать думать о радостно чирикающем голоске и о золотой молнии, стрелой летевшей в небе.

— Если ты хочешь отвлечься, лучше всего поможет смазывание дракона маслом. — прорычал голос рядом с ней.

Фиона подняла голову и увидела седого старого всадника, стоявшего рядом.

— Т’жен, всадник Салит’а. — сказал мужчина, показывая на коричневого дракона, который смотрел на них с верхнего уровня.

— Их наставник. — и он махнул в сторону молодняка. — Они не помешали тебе, Госпожа Вейра?

Фиона поняла, что Т’жен полностью слышал ее разговор с молодняком, и улыбнулась ему, покачав головой. — Они просто пытались помочь.

— Лучше бы помогли друг другу выполнять свои обязанности. — довольно громко прорычал Т’жен, и несколько юношей, посмотрев на него озабоченно, сразу стали двигаться более энергично.

Когда молодняк удалился за пределы слышимости, Т’жен шепнул ей. — Я еще могу понять, когда так себя ведут те, кто из одной Кладки с твоей королевой, но старшие… — он покачал головой.