Сердце феникса
Шрифт:
Интересно, хоть один выпуск обошелся без такого вот «гвоздя программы»?
Когда последний выпускник покинул Врата, они погасли. Свечение больше не клубилось в их арке, и теперь они стали серыми и безжизненными. Моя мама поднялась на возвышение и громко пригласила всех выпускников на празднование в Долину Роз. Чтобы подать перерожденцам пример, она сразу же переместилась, но перед этим успела мысленно передать мне: «Давайте за мной и приведи ко мне девочку».
Я коротко бросила своим друзьям, чтобы отправлялись следом и перенеслась, ориентируясь на ощущение матери. Такой вид перемещений непрост, но я успела в нем поднатореть, когда готовилась к работе ищейки.
Долина Роз встретила нас непередаваемым ароматом, какой бывает только здесь, в месте, где собраны все известные сорта этих прекрасных цветов. Мы с Ларой перенеслись первыми, сразу за нами появился Рэм. Я ожидала остальных, но любимый коротко дал понять, что отправил их в другую часть долины. Разумно, черт побери.
Мама стояла тут же. Озабоченность плескалась в ее серых глазах. Она с опаской посмотрела в нашу сторону, и я вдруг поняла, что она не может вот так сразу отличить нас с Ларой. Повисла пауза – я догадалась, что мама считывает наши энергетические поля, чтобы определить, кто есть кто. Разобравшись, она обратилась к Ларе:
– Здравствуй, Лара. Меня зовут Эстрид.
Девушка слегка покраснела и робко отозвалась:
– Здравствуйте, леди Эстрид. Я знаю вас. То есть, не вас лично, конечно, ну, вы поняли.
Казалось, присутствие моей матери ее хоть и смутило, но все же немного приободрило.
– Тогда ты знаешь, кто я, верно?
– Вы ищейка. То есть, бывшая ищейка, теперь вы с мужем возглавляете их орден.
– Да нет же, малыш. Я не об этом, а о даре.
Лара начала понимать:
– Ну конечно же, вы изменяющаяся!
– Верно. Пусть мой дар не совсем таков, как твой, но очень близок, разве что я принимаю не человеческий облик, а любой звериный.
– Вы мне поможете? – с надеждой спросила девочка.
– Естественно, поможет, – послышался глубокий бархатистый голос, и мы обнаружили рядом с собой Громгона.
Лара окончательно стушевалась, а потом опомнилась и совершила обратный кивок: подняла глаза к небу и забавно задрала подбородок. Как всегда говорят наши монархи, орбис-луанцы не кланяются, а выражают свое почтение ровно наоборот.
Его Величество продолжил:
– Скоро сюда прибудут твои родители, и мы обговорим с ними детали. Но решение все равно останется за тобой, после перерождения ты в полном праве. Полагаю, я могу говорить с тобой откровенно?
Лара почтительно пробормотала:
– Конечно, Ваше Величество.
– Вот и славно. Смотри, что получается. С одной стороны, твой дар нарушает закон некопирования. С другой – ты этот дар не выбирала, он тебе достался во Вратах. Так что, если мы запретим тебе его использовать, мы нарушим уже закон личной свободы.
– То есть, какой-то закон нам все равно придется нарушить?
– Выходит, что так. Поэтому мы будем искать решение вместе. Проблема только в том, что твой случай не подходит ни для одной базы Курсов Адаптации. И потому я предлагаю вот что: ты пройдешь обучение на территории резиденции Айрин-Града под руководством Эстрид. Как ты на это смотришь?
Голос девочки дрожал, когда она ответила:
– Так вы не собираетесь меня изгонять?
За последние годы я неплохо узнала Громгона и сразу по его лицу догадалась, что он больно задет таким предположением. Он мягко ответил, что ни о чем таком и не думал, но мне почудилось, что все у него внутри пылает. А еще я вдруг с ужасом поняла, насколько пошатнулось доверие жителей нашего мира к собственным монархам. Оргард погиб, но даже из могилы продолжал разрушать все, что строилось веками и тысячелетиями: любовь и доверие между орбис-луанцами, уверенность в безопасности, гармонию и тишину нашего мира.
Теперь, когда Лара убедилась, что ее не собираются высылать, и согласилась с предложением короля, она перестала жаться ко мне, как испуганная пташка, и начала двигаться свободнее. В воздухе витало невысказанное желание попросить ее сменить облик, но все мы понимали, что для девочки это может быть слишком – уж кто-кто, а я прекрасно знала, что такое обладать неуправляемым даром. И, пожалуй, каждый из нас сомневался в том, есть ли у нее теперь собственное обличие, ведь во Вратах мы его так и не увидели.
Краем взгляда я обратила внимание, что Рэм стал похож на античную земную статую – он не шевелился, и каждая мышца его тела была настолько напряжена, будто высекалась из камня. Поначалу я опешила, не знала, что и думать, а потом сообразила: ему невыносимо было видеть мою копию, ведь когда-то по настоянию Оргарда Рэм провел вечер в компании моего двойника. Да, в отличие от двойника, у Лары была душа и собственный разум, но даже воспоминания о столь противоестественном и жутком создании могли причинить немало боли.
В остальном обстановка разрядилась, и мы могли немного расслабиться. Празднование шло своим чередом, большинство выпускников прибыло в Долину с других холмов, ничего еще не зная о Ларе, что избавило нас от излишнего внимания, насколько это вообще возможно, когда рядом с вами стоит король.
Вскоре прибыли родители девочки, их быстро ввели в курс дела, и я с чистой совестью передала дочь в их руки. Хотя мысленно пообещала себе, что буду следить за ее дальнейшей судьбой.
Мы уже хотели присоединиться к празднующей толпе, но меня перехватила появившаяся из воздуха Лорана. Она ловко поймала меня под руку и повела подальше от людей. Когда мы оказались достаточно далеко, королева спросила:
– Мира, я слышала, ты входила во Врата?
– Да, а что такое?
– Ты не почувствовала ничего странного?
– Может, ты все-таки скажешь, в чем дело?
Лорана мигом сообразила, что я раздражаюсь, и сменила манеру речи на более беззаботную:
– Прости, Мими, я тебя будто допрашиваю. Понимаешь, в стародавние времена, когда строились Врата, считалось, что перевоплощенным… не стоит туда входить.
– А то что?
Лорана замялась:
– Если выражаться изящно, то точных сведений на этот счет не сохранилось.
– А если неизящно?
– Если неизящно, то черт его знает. Запрета как такового нет, но все мы по привычке избегаем Врат. Ты уверена, что с тобой все в порядке?
Я вспомнила о покалывании и о том, как разогрелся кулон, но не сочла это достойным основанием тревожить и без того нервную королеву. Да и, признаться, побоялась, что она из-за этой мелочи утащит меня к исследователям и будет до утра выяснять, все ли мои показатели в норме – и плакал тогда сюрприз Рэма, к которому он явно готовился. Так что я бессовестно слукавила: