Чтение онлайн

Лысый открыл дверцу и плюхнулся на заднее сиденье. Обняв нас сзади, он улыбнулся, показав при этом гнилые зубы, и прошипел:

– Сейчас так сгину, что на всю жизнь запомните, сучки!

– Натка, это не мираж, он настоящий, – сказала я гробовым голосом.

– Конечно, девочки мои, а какой же еще? Вы, малютки, где должны быть? Я вас обыскался. Ты, Ирина, насколько я помню, должна быть с Маратом и получать нужную информацию. Что это он постоянно один, без тебя? Ведь твое дело – быть рядом. Как это называется?

– Я же тебе сказала, что мы поссорились…

– А тебе было сказано: помириться.

– Не получается…

– Я тебе сейчас башку откручу, чтобы получилось. А ты, Наталья, должна вкалывать в кабаре, обслуживать клиентов, и еще окучивать своего дипломата. А я гляжу, ты спиваешься, детка? Вы что, телки, совсем оборзели, не понимаете, куда попали? Может, вы думаете, что с вами тут в детские игры играют? Я как чувствовал, что вы тут появитесь. Решил подежурить, и не ошибся. Машину где-то раздобыли. По Токио гоняете без документов.

Вид у вас, красавицы, не совсем товарный. Кто это вас так отделал?

– «Кто отделал, кто отделал…» Тебя это не касается, – процедила я сквозь зубы. – А ну, пошел вон из машины!

– Что ты сказала, сучка?!

– Что слышал! Чего приперся? Не твоя тачка, вот и выметайся отсюда. Мы больше к тебе и твоим друганам отношения не имеем. Можешь оставить наши паспорта себе на память.

– Да вы что, метелки, совсем сдурели! Вы теперь на нас до конца жизни работать будете. Вы наша собственность! Забыли, что ли, кто вас сюда привез?!

– А вот это ты видел! – я повернулась и сунула под нос лысому фигу.

Морда Лысого пошла красными пятнами, и он с размаха вмазал мне в ухо. Я сморщилась от боли. Этот придурок попал как раз по тому месту, где были наложены швы. Лысый выхватил пистолет и скомандовал:

– А ну-ка, заводи мотор и поехали!

– Куда?

– Как куда? К Григоричу.

– Зачем?

– Поехали, там разберемся.

– Может, не стоит никуда ехать? – взмолилась я.

– Давай, двигай, или я сделаю в твоей башке дырку! – Лысый прицелился мне в затылок.

Сердце мое учащенно забилось, захотелось позвать на помощь Марата. Он стоял всего в нескольких метрах, такой далекий и такой родной. Выглядел он, как всегда, превосходно – в дорогом костюме, белой рубашке с шелковым галстуком и до блеска начищенных ботинках. Ну что ему стоит повернуть голову и посмотреть в нашу сторону? Крикнуть ему я не могла, так как прекрасно понимала, что если закричу, то получу пулю, и причем без всяких предупреждений. Пришлось завести мотор. Машина взревела, мотор плавно заработал.

– Поехали! Не хрен тянуть! – злился лысый.

Я стала слушать, как работает двигатель, и удивленно пожимать плечами.

– Что случилось?

– Машина аварийная. Сюда еле доехали. Надо покопаться в моторе.

– Ты что, совсем оборзела?! Я сейчас из твоей дурацкой башки дуршлаг сделаю. Поехали, кому говорят!

– У меня не получается, садись за руль ты.

– Что у тебя не получается?! Я же слышу: двигатель работает нормально! А ну не дури, а то застрелю!

– Педаль газа не работает. Видишь, нажимаю, а машина не едет! Пойди посмотри, что случилось. Хочешь, мы пересядем в твою машину? Зачем на аварийной-то ехать?!

Я хотела открыть дверцу и выйти, но лысый рявкнул что было сил:

– Сидеть!

Вздрогнув, я рухнула обратно, боясь пошевелиться.

– Да от тебя перегаром разит, как от скотины! – разозлился лысый. – Нажрались, суки!

– Не нажрались, а напились, – вежливо поправила его Натка.

Дальнейшие события развивались так быстро, что я даже не успела что-либо понять. Я схватила Лысого за руку с пистолетом. Натка, которая сидела тихо как мышка, но в это время доставала толстую заостренную палку, которая лежала у нее под ногами, размахнулась и всадила ее Лысому в шею. Лысый схватился двумя руками за горло, пистолет выпал из его рук… Глаза Натки расширились до невозможности:

– Я его убила… Ой, мамочки! Мне показалось, что он тебя сейчас прикончит…

Лысый обмяк на заднем сиденье.

Я погладила подругу по плечу.

– Хорошо, что Идиот держал у себя такую штуку. Наверное, приберег на случай обороны. Вот и нам пригодилась. Если бы ты не подсуетилась, он бы меня прихлопнул. Понимаешь, еще чуть-чуть – и он бы выстрелил! Ты просто опередила на минуту. Если бы ты замешкалась – трупом была бы я.

Натка не слышала моих слов. Закрыв глаза, она твердила, как заведенная:

– Ирочка, я не хотела… Ирочка, я не хотела… Клянусь тебе, я не хотела… Меня посадят?

– Кто?!

– Японцы.

– А как они догадаются, что это ты?

– Так вот же труп…

– Не дрожи. Мы его спрячем. Ты спасла мне жизнь. Успокойся.

Натка испуганно переводила глаза с меня на Лысого:

– Ирочка, а он живой или мертвый?

– Должен быть мертвым.

– А если нет?

– Успокойся, Натка, он больше не причинит нам вреда.

Лысый полулежал на сиденье, уперевшись головой в дверную ручку. Глаза его были открыты и смотрели прямо на меня, словно он что-то хотел сказать, но не мог. Дотронувшись до его руки, я постаралась нащупать пульс. Пульса не было. Перегнувшись через сиденье, я порылась в кармане его брюк и достала бумажник. В нем оказалось ровно сто долларов, наверное, те самые, которые мне пришлось ему дать за адрес кабаре. Сунув купюру в карман, я повернулась к бледной как смерть подруге.

– О чем ты думаешь?

– Пытаюсь понять, что произошло…

– Не надо ничего понимать. Если бы мы его не убили, то убили бы нас на вилле у Григорича. Эти люди заставили нас участвовать в жестокой игре на выживание. Мы приняли условия этой игры и сделали свой ход.

– Ирина, я же не виновата… Он сам напросился! Никто его в нашу машину не звал…

– Конечно. Теперь будет знать, как по чужим машинам лазить.

– Теперь он уже ничего не будет знать. Что нам делать?

– Нужно избавиться от трупа.

– Как?

– Именно об этом я и думаю.

– Ой, посмотри, все заднее сиденье залито кровью! – вскрикнула Натка.

– Сначала избавимся от трупа, а затем от машины, – твердо сказала я.

Натка тихо заплакала. Мне стало ясно, что в данный момент на нее лучше не рассчитывать. Подруга сейчас находится в таком состоянии, что, появись тут полиция, она сразу же признается в содеянном и подпишет себе приговор. Ей нужно время, чтобы успокоиться и прийти в себя, а времени у нас просто нет. В любую минуту к машине может кто-нибудь подойти, и тогда нам будет туго.