Чтение онлайн

***

К вечеру во дворец прибыли родители. Матушка со свойственной ей придирчивостью занялась моим нарядом, настаивая, что я должна понравиться своему жениху. Я была слишком взволнована, чтобы спорить с ней, потому позволила делать со мной все, что ей вздумается, пока мы наконец не отправились на бал.

В зале собралось немало народу. Сегодняшний вечер был посвящен представлению девушек-дебютанток. По традиции, они спускались в зал по парадной лестнице, давая возможность собравшимся их рассмотреть. Одна за другой они спускались к нам, выстраиваясь для своего первого вальса.

Изучение новых лиц смогло немного отвлечь, но танец пролетел словно миг. Матушка, стоящая рядом, высматривала отца, который должен был подойти в компании лиров. Судя по тому, как она оживилась, те уже шли к нам.

— Выпрями спину, улыбайся! Изящней, а не измученно! Тесса! Ты хочешь нас опозорить? — я едва различала ее ворчание, мое сердце слишком громко билось в груди, потому что я уже увидела их.

Мой жених… Высокий, статный брюнет. Широкие плечи, военная выправка, камзол, подчеркивающий идеальную фигуру. Вильям.

Когда мужчины подошли, мы с Вильямом, ничуть не скрываясь, смотрели друг на друга, пропустив представление обеих сторон. Кажется, от нас ждали каких-то слов, но я не знала, каких, а Вильям лишь снисходительно улыбнулся.

— Разумеется, наша пара украсит этот бал. Тесса, прошу, — и мне протянули руку.

Не задумываясь, вложила свою. Прикосновение к его холодной руке вмиг привело меня в чувство. Мы вышли к танцующим парам, заняв свое место.

— Я настолько пленил вас своей красотой, что вы утратили связь с реальностью? — Вильям подхватил меня за талию и сразу же увлек в танец. Двигался он легко и изящно, с кошачьей грацией исполняя каждое па.

— Ну что вы. Я всего лишь задумалась, — отвечая, я больше не хотела встречаться с ним взглядом. Он внушал опасения. Эта мягкость казалась игрой.

— Признайтесь, врать вы совершенно не умеете. Но не буду наставить, ответ очевиден нам обоим. Насколько мне известно, ты состоишь в свите Ее величества. Давно?

Такой переход на «ты» лишь еще больше укрепил мои подозрения. Учтивость стала переходить в наглость. Его движения, до того нежные и осторожные, стали властными. Теперь его рука, обнимающая меня за талию, казалась оковами.

— С четырнадцати лет. Уверена, вам об этом тоже известно.

— Нет, детали меня не интересовали. Я бы предпочел, чтобы ты воспитывалась до совершеннолетия дома. Придворная жизнь развращает. Тем более подле императрицы, — Вильям скривился, не скрывая своего разочарования. Это возмутило еще больше.

— Да как вы смеете?! — я едва сумела удержать голос от невольного крика. — Ее Величество мне как мать, не смейте говорить о ней в подобном тоне. Она ваша императрица!

— Ой, да бросьте. Уже недалек тот день, когда у нас будет новый император. Слухи о неизлечимой болезни нынешнего давно питают двор.

— Слухов при дворе достаточно. Стоит ли верить каждым? Например, тем, что ходят о вас? — во мне медленно вскипал гнев, но я пыталась держать себя в руках.

Я предполагала, что жених не окажется подарком судьбы, но это не давало ему права проявлять столь явное неуважение.

— Вообще-то, это известно только нашим семьям. Для остальных я совершенно свободен, и не намерен упускать этот шанс, — он остановился, выпуская меня из объятий незавершенного танца, и ушел, так и не поклонившись.

Он миновал лишь несколько попавшихся девушек, остановив свой выбор на следующей и с куда более вежливой улыбкой пригласил ее на танец.

— Тесса! Как ты могла?! Вы еще не помолвлены, а ты уже успела расстроить Вильяма! — о, а вот и матушка подоспела.

Разумеется, она все видела, наше прекрасное завершение танца тоже. И конечно, в нем виновата непременно я.

— Тебе стоит извиниться перед ним. Сразу после этого танца подойдешь к нему! — мать цепко держала меня за руку, но я сумела вывернуться и, не слушая ее недовольства, отправилась прочь отсюда.

В моей груди кипел вулкан гнева. Неужели за этого напыщенного индюка мне нужно будет выйти? Обречь себя на вечную жизнь с ним? Рожать ему наследников?!

Я помнила все те причины, по которым этот брак так нужен моей семье. Мне казалось, что мне их достаточно, чтобы смириться, но оказалось, что нет.

Наверное, я что-нибудь вытворила, не вырвись наконец на балкон, где меня окутал приятный, прохладный воздух. Двери в зал закрылись, приглушая звуки бала. Подошла к самому краю, надеясь успокоиться, но чем усерднее пыталась, тем больше слез наполняло глаза. Впрочем, слабости предавалась недолго. Гнев помог прийти в себя. Этот гад не стоит ни моих слез, ни моих нервов!

Вот только что делать? Как я смогу разорвать помолвку? Кто мне позволит? Пытаться сбежать? Будем честны, одна я вряд ли выживу.

Куда бы я пошла? Да и найдут, спрятаться я не сумею. Но что же тогда делать? То, что я не выйду за этого человека — это совершенно ясно.

— Ты так спешно покинула зал, что я счел своим долгом убедиться, что ты в порядке, — раздался у меня за спиной знакомый голос. Я обернулась.

— Ваше Высочество! Простите, я не слышала, как вы вошли, — и я присела в поклоне, приветствуя старшего наследника.

— Кажется, ты плакала, Тесса, — заметил юноша.

— Обычная женская слабость, Демид, не стоит беспокоиться, — я провела ладонью по щеке, стирая мокрые следы.

— Я все видел, Тесс. Знакомство с женихом не задалось?

— Очевидно, что да, — я тихо вздохнула. Демид подошел ко мне ближе и обнял. Прямо как в день нашего знакомства…

Меня тогда привезли во дворец. Еще ребенок, я была напугана и обижена дерзкими взглядами, которыми все вокруг на меня смотрели. Я осталась одна в целом дворце, зная лишь, что вскоре буду представлена императрице, а платье, которое мне надлежало надеть, испортила одна из претенденток на место фрейлины Ее Величества.

Кажется, я тогда бежала наугад, забредя к библиотеке и спрятавшись в проеме окна. Именно оттуда и услышал Демид мои тихие всхлипы. Он старше меня на два года. Тогда это казалось невероятным преимуществом, тем более Демид довольно высок и мужественен не по годам.

Я не поняла, кто именно передо мной и, всхлипывая и не скупясь на слова, подслушанные у слуг, рассказала обо всех своих бедах. Каково же было мое удивление, когда я осознала, кому изливала душу.

Вот только Демид оказался не избалованным, черствым подростком. Напротив, он меня успокоил, помог привести зареванное лицо в порядок, а потом в обход длинной очереди моих конкуренток представил своей маме.