Чтение онлайн

— Эй! — Окликнул Кроу, закрывая дверь. — Рехнулся совсем?

Феран, которому было вообще всё равно, замедлился, запнулся, уставился на Кроу сначала так, будто просто отреагировал на звук. Потом моргнул и присмотрелся. Нахмурился.

— Чо те надо, Кураоу? — Выплюнул Феран, пошатнулся и чуть не рухнул.

— Я могу выжечь алкоголь из твоей крови, ты знаешь ведь, — строго заметил Кроу.

— Полгода будет у меня Академию отдирать, — бубнил под нос Ректор. — Стоило пропасть ненадолго и на тебе! Распустились!

Кроу выразительно кашлянул, когда Феран нахмурился и стал высматривать, кто издает странные звуки позади него.

— Так что? Мне выжигать алкоголь? Или сам? — Потребовал Кроу.

Феран надулся, отвернулся, пошатнулся.

— Не хочу быть трезвым, — признался он.

— Это не вариант, — отчитал Кроу. — У тебя ровно пять моих шагов. Раз…

— Сам! — Крутанулся на пятках Феран, потом немножко засветился, словно огонь побежал по его венам, поморщился, будто ему холодно стало, а затем, когда всё потухло, он стал трезвым. Какие интересные свойства у магии огня. Помрачнев, Феран недолго смотрел в сторону, а потом добрался до Кроу взглядом. — Чего тебе?

— Нужна твоя магия, — шагнул ближе Кроу, Феран предусмотрительно отступил и даже не пошатнулся. — Но сначала ты расскажешь, что ты тут как отвергнутая девчонка сопли жуешь.

— Пошел ты! — Феран замахнулся, собираясь ударить Кроу.

Тот поймал его кулак и ни один мускул на его лице не дрогнул.

— Мы можем сделать это по-хорошему, а можем по-моему, — предупредил Кроу. — Сам?

— Да кто ты такой, чтобы я тебе что-то рассказывал? — Огрызнулся Феран, вырвав свой кулак. — Свали отсюда!

Феран пнул валявшийся поблизости стаканчик и тот так подскочил, что я даже испугалась. Потому что он полетел прямо в Кроу. Но это же Кроу, он даже не дрогнул, а черный огонь спалил стакан так быстро, будто бумага сгорела.

— Успокойся, ладно? — Предложил Кроу. — Надо поговорить.

— Думаешь, такой непревзойденный? — Феран не слушал, Феран всё больше злился, расходился. — Ты слабак! Ожидаешь увидеть в каждом лучшее. Что это за главарь банды такой? Я думал, ты управляешь ими с помощью силы, а они просто не хотят, чтобы Дан их подавлял. Избивал. А знаешь, я уйду к нему.

Феран даже дернулся к выходу, но Кроу поймал парня за рукав. Феран, словно доведенный до отчаяния зверь, вывернулся из хватки.

— Что? Решил, что всё знаешь обо мне?! Чего вообще приперся? Никому нет до меня дела!

— Мне есть.

— Да неужели? — Феран издевательски ухмыльнулся. — Потому что тебе что-то нужно от меня, так?

— Отчасти — да. Но, знаешь, как бы ни хотелось тебе двинуть и сбросить с крыши, ты этого не заслуживаешь.

Чего? Нервно глянула на Ректора — он уже уселся поудобнее и наблюдал за разговором, словно за представлением. Ну… ладно.

К моему удивлению слова Кроу задели Ферана. Он запнулся, сглотнул, растерявшись. Когда бросаешься агрессией, ожидаешь той же реакции. Неожиданно, когда прилетает что-то другое.

— Не смей меня жалеть, — рявкнул Феран.

— Ну, так что? Поговорим? — У Кроу не было другого варианта, но он давал Ферану время.

Последний тяжело вздохнул и сел на корточки, повесив голову. Кроу подождал еще пару мгновений, а потом вокруг нас появилось непроходимой стеной черное пламя. Темновато, но это был тот же полог (или почти), которым защищал тогда наш разговор Сэйдж. Феран это тоже понял, щелкнул пальцами, подвесил несколько желтых огоньков в воздухе, чтобы обрисовывать силуэты.

— Ты прав, мне нужна твоя помощь, — заключил Кроу. — Не думай, что я здесь по доброте душевной. Но… знаешь, мне всегда было плевать на других. Так мне казалось, по крайней мере. Я хотел таким быть. Подражать Дану. Мне нравилась его бессердечность, нравилось, как он беспощаден и жесток. Я считал, есть только сила. И это всё, что важно.

— Но потом я задумался: а настолько ли жестоким я был? Всегда? С самого начала? И знаешь, что я выяснил? Нельзя быть бессердечным до конца. Если, конечно, ты не какой-нибудь псих. Как Дан. Хотя у него тоже изначально было кое-что от нормальности. Жаль, что сдохло, но не суть.

— Я верил, что в сострадании — слабость. Но потом вдруг понял: не все могут стать сильнее, если их постоянно уничтожать. Цветы ведь распускаются, не когда их топчут. В этом всё и дело. Кому-то нужна взбучка, кому-то совет. А кому-то помощь.

Феран так и не поднялся, но голова перестала болтаться, он смотрел перед собой. Будто то, что говорил Кроу, его не только цепляло, но и исцеляло.

— Ты пришел ко мне, хотя знал, что первым делом рискуешь всем. Киару я тебе никогда не прощу. Но… без тебя и твоего участия мы бы многое не поняли и до сих пор. Не скажу, что я благодарен, но до сих пор не сбросил тебя с крыши именно по этой причине.

— А теперь… расскажи мне, что стряслось, а я скажу, как тебе помочь.

Феран грустно ухмыльнулся, а у меня мурашки по коже побежали. Даже Ректор поднялся, настолько Феран будто бы… постарел. Что-то тревожило его настолько, будто сжигало изнутри. Но… что?

— Когда я был маленьким, меня все носили на руках, — с видом глубокой задумчивости, заговорил Феран, — никто не смел мне поперек слова вставить. Знаешь, я ведь не только вел себя послушно и прилежно, мог разбить какую-нибудь вазу, а все только восторгались и умилялись этому. Я только сейчас понимаю, что мою дурь нужно было из меня выбить.

— Да я в любой момент, без проблем, — пообещал Кроу.

— Я сильнее всех, кого знаю, сильнее даже тебя, наверное, — заявил Феран, Кроу продолжал его слушать и молчал. Феран сделал паузу, подождал, а потом ухмыльнулся, наконец-то добравшись до Кроу взглядом. — Вот видишь, даже сейчас ты не говоришь мне очевидного.

— Того, что ты слепой дурень? Да без проблем. Открыть тебе глаза пошире?

— Валяй.

— Ты самовлюбленный кретин, каких поискать. Любите меня, любите. Чувство собственной важности настолько раздутое, что тебе трудно с ним передвигаться. Только потому, что тебе достался феникс, мнишь из себя легенду. Уверен, что нет того, что бы тебе не далось. Такого тупицу еще надо откопать.

— Но… — Феран горько ухмылялся, уже не глядя на Кроу, но теперь с удивлением воззрился на парня, — ты не так плох. Каким бы тебя не сделало воспитание, есть то, что нельзя изменить. Иногда ты ничего, даже спасал не только самого себя. Но ведь это потому, что себя спасти ты уже не можешь.

Взгляд Ферана прояснился, он смотрел на Кроу так пристально, будто в данный момент они принялись договариваться мысленно. Мурашки по коже, Ректор снова сел, всё еще озадаченный происходящим.

— Я думал, мне всё по плечу, — хмыкнул Феран слишком легко для того, в чем собирался признаться. — У меня не было ограничений, рационального предостережения. А потому… я полез тягаться с природой. И сначала всё было хорошо. Я даже поглотил силу… Мой феникс поглотил. Но я не думал о последствиях. А они наступили.