Чтение онлайн

Я надеюсь получить несколько звуковых фрагментов от мега-фанатов, но заставить этих парней сделать заявление без постоянного использования нецензурных слов оказалось сложнее, чем ожидала.

— Можешь повторить это еще раз, но без ругательств? — спрашиваю человека, сидящего рядом со мной в баре.

Я разговаривала с ним и его приятелем около тридцати минут, и за это время они оба допили пиво. Им, вероятно, под сорок или чуть больше пятидесяти, и я заметила их обоих сразу, как только вошла в бар, потому что они оба одеты в изношенные майки «Тузов» и бейсболки.

— Мне нельзя ругаться матом в этом интервью? — говорит мужчина, смеясь, сигнализируя бармену, что ему нужно повторить. — Каким, блять, хоккейным фанатом я был бы, если бы не ругался матом?

— Я знаю, что это непросто, — говорю ему. — Но наши общедоступные каналы должны оставаться семейными. Это большая часть нашего бренда, и мы действительно стремимся показать людям, что хоккейные матчи не обязательно должны быть такими грубыми или шумными, как они думают. Мы хотим, чтобы люди чувствовали, что могут привести своих детей на игру, понимаете? Твои родители водили тебя на игры «Дeнверских Тузов», когда ты был ребенком?

Мужчина улыбается и хлопает друга по руке.

— Ты слышал это? Она хочет знать, ходили ли мы на игры, когда были детьми.

Другой парень усмехается. Он наклоняется через стойку мимо своего друга и смотрит мне прямо в глаза.

— Дорогуша, в нашей жизни был момент, когда мы с Джимом не пропустили ни одной игры «Дeнверских Тузов».

— Конечно, тогда билеты были намного дешевле, — добавляет Джим. — И мы копили все наши карманные деньги в течение года, чтобы могли купить билет на каждую домашнюю игру, когда придет время.

— Это замечательно! — я ухмыляюсь. — Пожизненные фанаты, которые копили мелочь, чтобы увидеть каждую игру. Это именно та история, которую мы пытаемся рассказать.

— Если тебе нравится эта история, — говорит его друг, — тогда тебе понравится и эта. Однажды в колледже мы с Джимом набрались смелости, чтобы пригласить пару девушек из женского общежития на игру. И я скажу, что эти девушки были далеко не в нашей лиге.

— Даже до сих пор, — добавляет Джим. — Они были далеко не такими красивыми, как ты.

Я улыбаюсь и качаю головой, отмахиваясь от комплимента.

— Я уверена, что это неправда.

— О нет, это так, — вмешивается другой парень. — Они были великолепны, но они меркнут на твоем фоне. В любом случае, мы берем их на эту игру, и мы с Джимом очень нервничаем, возимся с закусками и пытаемся сохранять спокойствие, даже несмотря на то, что в ту ночь «Тузы» довольно сильно проигрывали.

— Самое глупое, — комментирует Джим, — это то, что мы продолжали объяснять этим девушкам правила игры. Мы думали, что они никогда в жизни не видели хоккейного матча.

— Оказывается, они бывали на многих хоккейных матчах. И они были супер-фанатками.

Я отрываю взгляд от телефона, который использую для записи интервью.

— Серьезно?

— Да, — Джим фыркает. — Мы тоже были в замешательстве. Сначала. Но насколько сильно им понравилась игра, мы узнали после второго периода, когда девочки подбежали к стеклу и сняли майки. У них на груди были написаны имена двух игроков, и они стучали по стеклу, прося игроков пригласить их на свидание.

Из меня вырывается смех, и я прикрываю рот рукой.

— Мне очень жаль. Я не хотела смеяться. Уверена, что вам, ребята, было очень грустно.

Джим и его друг переглядываются и пожимают плечами.

— Нет, смейся сколько угодно, — говорит Джим с кривой ухмылкой. — Оглядываясь назад, мы понимаем, что это было очень забавно.

— И мы должны были сразу понять, что они на самом деле не хотели встречаться с нами. Как я уже сказал, они были не из нашей лиги. Когда девушки сказали «да», это действительно должно было стать первым тревожным звонком.

— Ребята, — говорю я, все еще посмеиваясь. — Не будьте так строги к себе. Этим девушкам посчастливилось пойти с вами на свидание!

Джим улыбается, демонстрируя небольшую щель между передними зубами.

— Мы знаем, что ты говоришь это только для того, чтобы мы чувствовали себя лучше, но все равно примем это. Когда красивая девушка делает тебе комплимент, ты не задаешь слишком много вопросов. Ты просто говоришь «спасибо» и предлагаешь купить ей еще выпить.

Говоря это, он смотрит на мой недопитый стакан пива.

— О, это очень мило, но нет, спасибо, — говорю я, отмахиваясь. — Технически, я все еще на работе, поэтому действительно нужно держать себя в тонусе, — проверяю время на своем телефоне. — Уже довольно поздно. Я должна вернуться в офис, чтобы собрать все воедино до конца дня, — я останавливаю запись и киваю им обоим, вставая. — Еще раз спасибо за то, что уделили мне время! Может, еще увидимся на одной из игр.

— Надеюсь на это, — говорит Джим.

— Да, — его друг надевает на меня свою бейсбольную кепку, как джентльмен. — Единственное, что могло бы сделать игру «Дeнверских Тузов» лучше, — это сидеть рядом с такой красивой девушкой, как ты, на трибунах.

С этими словами я оставляю их двоих начинать следующий раунд и направляюсь к двери.

На выходе я замечаю группу женщин примерно моего возраста, сбившихся в кучу в одной из кабин и говорящих о «Тузах». Я останавливаюсь перед выходом, когда слышу, как одна из них упоминает имя Тео, и понимаю, что они ждут в надежде, что кто-нибудь из игроков может появиться. Поскольку сегодня вечером у «Тузов» нет игры, они, вероятно, думают, что есть большая вероятность, что кто-то из них появится здесь, чтобы выпить или отдохнуть поздно вечером.

Эти дамы хоккейные зайки, и то, что они говорят об игроках, определенно не будет семейным, но я не могу не задержаться на некоторое время у двери и не подслушать. Но по мере того, как тянутся секунды, понимаю, насколько очевидно, что я стою и слушаю, поэтому притворяюсь, что получила сообщение, смотрю в свой телефон, когда сажусь в кабинке рядом с ними.

— Быть этого не может, — говорит одна из девушек. — Я читала, что Риз полностью верен своей девушке. Ты никогда не сможешь заставить его отвезти тебя домой.