Чтение онлайн

— Разве он уезжает? — удивилась Агнес.

— Дождется, когда у нас появится лэрд, — и в дорогу.

— А скоро это случится? — Элизабет старалась скрыть волнение. Ее терзала мысль, что Макфейн уедет не один, а заберет с собой Гэвина.

Ариэлла пожала плечами:

— Не знаю. Думаю, скоро. Что-то давно Элпина не посещали видения. Чем скорее меч обретет хозяина, тем лучше для всех нас.

— Почему бы тебе не вручить меч Макфейну? — вмешалась в разговор Кэтрин. — Вы с отцом всегда твердили, что будущий хозяин меча — Черный Волк.

— Это было до того, как я его увидела. Кэтрин неодобрительно покосилась на сестру:

— Тебе не нравится его хромота?

— Отчасти. Но есть и другие причины.

— Какие?

— Ты еще слишком мала, чтобы понять их, Кэтрин, — оборвала девочку Ариэлла.

— Ты уверена, что он не годится нам в лэрды? — спросила несносная Агнес.

— Да!

— А жаль! — вздохнула Элизабет. Ариэлла удивленно покосилась на нее:

— Мне казалось, он тебе не нравится.

— Я побаиваюсь его, — призналась Элизабет. — Зато клану Макфейн все больше по душе, несмотря на его дурной нрав и немощь. Он оказался умелым наставником, а его советам по части укрепления замка цены нет. На прошлой неделе он уладил спор. Все остались довольны тем, как это у него вышло.

— Какой спор? — заинтересовалась Ариэлла.

— Собака Ивена забралась в огород Томаса и затоптала овощи. Томас, явившись к Ивену, потребовал возместить ущерб и убить собаку. Тот отказался: не его, мол, вина, что Томас зарывает у себя в огороде старые кости и объедки, которые собака начала откапывать. Дело чуть не дошло до драки, но потом спорщики одумались и решили попросить Макфейна рассудить их. Тот выслушал обоих и сказал Ивену, что за собаку отвечает он, поэтому ему придется расплатиться за ущерб, причиненный собакой, а впоследствии держать ее на привязи. Наказывать же собаку не за что, ибо природа устроила так, что собаки всегда где-то роются, особенно там, где зарыты кости.

— Почему мне об этом не сообщили? — Ариэллу очень уязвило, что соплеменники обратились за советом к Макфейну, а не к ней.

— Не знаю, — развела руками Элизабет. — Поскольку Макфейн решил спор к общему удовольствию, тебя не стали тревожить.

— Меня бы это не потревожило, — возразила Ариэлла. — Мой отец решал споры, возникающие в клане, а теперь обязанность делать это лежит на мне, а не на Макфейне.

— Если ты недовольна, скажи ему об этом сама, — предложила Агнес.

— И скажу! — Ариэлла воткнула нож в лосося. — Вот подвернется случай — и я все ему выскажу.

На самом деле она не хотела торопиться. С тех пор как Макфейн разоблачил ее, они не перебросились и словечком. Сначала Ариэлла объясняла это чрезмерной занятостью, из-за которой их пути не пересекались, потом начала примечать, что Макфейн избегает ее. Видимо, узнав, что она женщина, он решил не иметь с ней дела. Это оскорбляло Ариэллу. Почему его открытие изменило их прежние отношения?

Она сердито бросила выпотрошенную рыбину в ведерко, не заметив, что расплескавшаяся вода забрызгала подруг.

Потом Ариэлла вспомнила, как вел себя Макфейн, застав ее в комнате у камина и приняв за призрак. Тогда его синие глаза пылали страстью, он прижимал ее к своему могучему телу, не скрывая охватившего его желания, целовал в губы… Девушка отчетливо помнила прикосновение его шершавой щеки, сладость его рта, пахнущего вином… А каким огромным, сильным и бесстрашным показался он ей! Тот Макфейн был способен защитить ее от любой опасности. Ариэлла отвечала на его поцелуи, обнимала за шею, прижималась к нему всем телом, горя желанием слиться с ним. Еще немного — и она уступила бы ему…

Девушка взяла дрожащей рукой нож и вонзила его в рыбье брюхо. А что, если она сама избегает Макфейна, а не он ее?

— Кидайте камни! — приказал Малькольм, видя, как первая волна атакующих начинает взбираться по штурмовым лестницам. — Быстрее!

Со стены полетели вниз мешки с землей. За ними последовали деревянные миски, старые башмаки.

— Кипящее масло! — крикнул Малькольм. — Живее!

Огромные котлы, заранее установленные над воротами, накренились.

— Вот черт! — выругался Гордон, попав под струю. — Вода-то холодная!

— Стреляйте из луков! — скомандовал Малькольм. — Отбросить неприятеля от стен!

Женщины, расставленные на гребне стены и в бойницах башен, немедленно выпустили в воздух стрелы.

— В меня попали! — завопил Брайс, хватаясь за грудь. Сделав несколько неуверенных шажков, он повалился наземь.

— Убитые! — обратился Малькольм к тем, кто изображал неприятеля. — Возвращайтесь на исходные позиции и атакуйте снова. Остальным лезть на стену! Лучницы продолжают стрелять!

— Я почти залез! — воскликнул с ликованием Дункан, продолжая карабкаться.

— Рамси, Грэм! Не стойте как истуканы! — гаркнул Малькольм. — Опрокидывайте лестницу!

Дункан вытаращил глаза, увидев, как Рамси и Грэм оттаскивают лестницу, на которой он повис.

— Продолжайте швырять камни! — кричал Малькольм. — Не подпускайте противника к стене!

Из-за возведенного на гребне стены частокола в нападающих полетели миски и чаши.

— Сейчас начнут таранить ворота! — предупредил обороняющихся Гэвин. Он заметил нескольких человек с коротким бревном, которые подбирались снаружи к крепостным воротам. — Лейте на них масло!

С настила над воротами хлынул водопад, однако люди с бревном успели отступить и остались сухими.

— Дождитесь, когда они соберутся таранить! — подсказал Малькольм. — Следите за ними. Не забывайте про тыл! Рано или поздно они смекнут, что задняя стена ниже передней.

Дюжина Маккендриков переместились в тыл, чтобы наблюдать за действиями противника, совершающего обходной маневр. Малькольм сложил руки на груди, ожидая, когда они догадаются, что слишком оголили центральный фланг.

За истекшие две недели Маккендрикам удалось преодолеть страх перед новыми боевыми мечами, поэтому Малькольм решил провести настоящие боевые учения. Клан разделился на два отряда — нападающих и защитников. На первом этапе учений обороняющиеся должны были не позволить нападающим завладеть крепостью. Хотя вместо камней использовалась посуда, вместо кипящего масла — холодная вода, а вместо боевых стрел — стрелы без наконечников, Малькольм счел работу Маккендриков вполне удовлетворительной. Оставалось уповать, что они не ударят в грязь лицом и при столкновении с настоящим противником.