Чтение онлайн

Он продолжал повторять одно и то же, упав на пол и обхватив колени руками, как делал в детстве. Арс присел рядом и мягко уточнил:

— Кого ты убил? — после череды бессвязных мыслей в ответ с нажимом повторил строго. — Кого ты убил, Сэм?

— Влада. Брата Сони.

Соня

Арс явился через десять минут: запыхавшийся и испуганный до чёртиков. Я подхватила его под руку и оттащила чуть в сторону, так, чтоб был виден мой подъезд и Варя, что стояла там вместе с матерью Хилина. Они явно собирались меня распять.

— Эту кашу ты заварил, — прорычала бессильно и махнула рукой в сторону неприятных гостей. — Вот чеши и разбирайся с ними сам. Я за тобой экскременты подбирать не буду.

— Ишь ты как заговорила, — фыркнул парень и с довольной физиономией победителя добавил. — Если я расскажу всю правду им, то и в универе все тоже узнают.

Его шантаж, признаться, подействовал. Мне бы не хотелось, чтоб одногруппники судачили о том, что я пыталась их обмануть. Ведь по сути всему виной являлся Хилин! Он втянул меня в авантюру, а теперь и жалко манипулировал.

Конечно, я бы предпочла обставить всё таким образом, что мы расстались — тихо, мирно, без истерик. Просто разные люди. Но дурацкий план Арса явно не предполагал такого исхода событий.

— И что делать? — обессиленно всплеснула руками. В животе предательски урчало, а ноги подкашивались от усталости.

Он задумчиво окинул взглядом меня, после свою маман с Варей и рассудительно предложил:

— На данный момент есть два варианта: либо идти выяснять отношения прямо под окнами твоих соседей, но, боюсь, это затянется, либо ехать ко мне.

Хилин знал ответ, поэтому мотнул головой в сторону дороги, ведущей к его дому. И мы выдвинулись в путь.

Уже в квартире, когда я с довольным видом поглаживала кожаный диван и вспоминала свои страдания после отравления, рядом плюхнулся Арс.

— Он не предназначен для сна, — улыбнулся, словно сытый домашний кот, и сложил руки на груди. — Так, к сведению.

— Я не собираюсь с тобой спать, — отзеркалила его движения и приторно добавила. — Так, к сведению.

— Это мы ещё посмотрим, — прошептал едва слышно, вскочил и отправился хозяйничать на кухне. Парень на скорую руку приготовил яичницу и салат, сделал ароматный кофе и пригласил к столу.

На улице уже стемнело, когда Хилу на телефон начала настойчиво звонить мать. Она набирала его номер раз за разом, не обращая внимания на тот факт, что Арс постоянно сбрасывал трубку. К десяти вечера звонки превратились в громкий дверной стук. Тётя Наташа вместе с Варей топтались в общем коридоре и с недовольным видом пытались вломиться в квартиру.

— И что делать? — я уже устала от шума, хотелось хоть немного отдохнуть. А кожаный диван так и манил к себе в объятия.

Сеня обречённо вздохнул, сбегал в комнату за рубашкой и протянул её мне.

— Переоденься и открой им, я буду притворяться спящим. В случае чего просто говори, что мы очень устали и хотим спать.

— Не буду я этого делать, — возмутилась и легонько ударила парня по протянутой руке, сжимающей рубашку. — Опять собрался свои проблемы на меня повесить? Ну, уж нет.

— Выйду я, и это всё затянется. Мать не станет на тебя наседать, а Варя вообще расстроится и сбежит. Если хочешь пораньше лечь спать, просто сделай так и не бузи. Хорошо?

Он посмотрел мне в глаза: открыто и устало, словно ему и правда хотелось, чтоб сегодняшний день подошёл к концу. Со злостью я вырвала из ладони парня рубаху и отправилась в ванную. Переоделась, оценила длину моей новоиспеченной сорочки и немного взлохматила волосы, чтоб казалось, будто я и правда только выбралась с кровати.

Хилин к тому моменту, как я вылезла в коридор, уже лежал на огромном ложе в одних трусах, не удосужившись прикрыть дверь. Чуть позже я поняла, что сделал он это намеренно.

Стоило раз щёлкнуть дверным замком, как громкий стук прекратился. На пороге стояла злая Наталья Андреевна и ошарашенная Варя.

— Сеня спит, мы очень устали, — пробормотала себе под нос.

Тётя Наташа бесцеремонно отодвинула меня и ступила в квартиру, но тотчас остановилась — она сразу заметила лежавшего в спальне Арса. Женщина перевела на меня холодный взгляд, сжала губы и отступила.

— Мы зайдём утром, — сквозь зубы цедила мать Хилина. Но это информация явно не обрадовала Варю: девушка сникла, даже не попыталась зайти внутрь, окинула меня грустным взглядом и сделала шаг назад. Медленно она попятилась к лифту, упёрлась спиной в перила, развернулась и понеслась вниз по лестнице.

Наталья Андреевна набрала воздух в лёгкие и открыла рот, наверняка желая окликнуть беглянку, но передумала.

— Ты с моим сыном не будешь, — чеканила каждое слово так, чтоб я точно поняла, и чтоб не мог расслышать Арс. — Вы будете вместе только через мой труп. Лучше отступи сама.

Она крутанулась на каблуках так резко, что чуть не раскатилась на кафельной плитке.

— Нет, — прошептала из вредности я и собралась закрыть дверь, однако женщина обернулась и сощурилась угрожающе. По крайней мере, она пыталась этим взглядом донести до меня всю серьёзность ситуации. — Я уже отступала, теперь не буду.

— Тогда пеняй на себя.

Тётя Наташа бросила это через плечо и с гордо поднятой головой ушла к лифту. Железные двери со скрипом открылись. Я махнула рукой на прощание и наконец закрыла дверь на два замка.

В полной тишине выключила свет в прихожей, потом в кухне и пошла на поиски Хила.

Музыкант очень правдоподобно делал вид, что спит.

— Наверное, я пойду, — постаралась вложить максимум уверенности в свои слова, глядя на татуированную спину. Голос дрожал. Я понимала, что вечные запятые в нашей истории не давали мне спокойно жить. А мне хотелось именно этого — личной идиллии.

Хил перевернулся, показывая свой внушительный торс и заставляя смущаться. Я так и не встречалась ни с кем толком, что уж говорить о большем. Правда, показывать свои истинные эмоции было нельзя. Он мог понять не так.

— Я тебя провожу.

Он не стал настаивать на том, чтоб я осталась, не применил свои любимые фокусы вроде жалости или хитрости. Даже не пустил в ход красноречивый "взгляд щенка".

— Но мне бы хотелось, чтоб ты осталась.

В словах не было и капли лжи. Я ощущала это на клеточном уровне. Арс хотел чего-то большего. А я, как всегда, трусила.

— Ты же знаешь, что это…

— Да-да, невозможно, знаю, — согласился, сел и признался тихо. — Просто мне бы хотелось, чтоб это могло быть правдой. Я бы даже пальцем до тебя не дотронулся.