Сердце января
Шрифт:
Всё же они договорились встретиться на лавочке около подъезда Александровой через полчаса.
К счастью, отчим успокоился и ушёл спать вовремя: Саша успела прошмыгнуть на улицу в одной только короткой пижаме. Для пущего драматизма.
Она сразу заметила хмурое лицо Сэма и напряглась, хоть и вида не подала.
— Привет, — сухо бросил парень и сел рядом с ней на мокрую от дождя лавку. Окинул задумчивым взглядом брюнетку, поджал губы и чуть отвернулся, будто ему было неприятно смотреть на неё.
— Привет, — сбивчиво отозвалась девушка.
— Дома всё стихло?
По тону можно было предположить, что Хилину-младшему всё равно на реальный ответ. Но Саша пропустила это мимо ушей.
— Пока что да. Мне страшно, что он снова начнёт.
— И как часто он это делает?
Вопрос поставил Александру в тупик. Она ожидала чего угодно: сочувствия, приглашения переночевать, предложения помочь, хоть бы грамм эмоций. Но лицо Семёна, как и его голос, оставались безучастными.
— Уже лет семь. Может, больше. Правда, только когда пьёт, а так обычно он тихий, — девушка с надеждой глянула на парня и решила брать быка за рога. — Можно мне сегодня остаться у тебя?
— Извини, но нет, — отрезал Сэм. — Меня Соня может неправильно понять. Да и звонки такие поздние — не самая лучшая идея. У тебя вроде парень был, звонила бы ему.
Перед глазами Саши всё поплыло от переполняющей её злости и обиды. Почему Соня? Везде и всегда она! В этот момент хотелось, чтоб блондинка просто перестала существовать.
— Соня с твоим братом уже недели три обжимается в университете! — выпалила и сразу прикусила губу. Второй раз за встречу парень посмотрел на брюнетку. Недоверчиво и даже испуганно. И она подлила масла в огонь. — Да-да, милуются месяц на глазах у всего универа, а ты, как дурак с огромными рогами, даже помочь из-за этой стервы отказываешься. Не думаешь ли ты, что…
— Хватит, — резко оборвал экспрессивный монолог Сэм, встал и отошёл на пару метров. — Это не твои проблемы, кто и с кем милуется. За собой бы лучше следила, — сделал ещё пару шагов в темноту и коротко попрощался.
Ещё десять минут девушка сидела в одиночестве на лавочке, обхватив себя руками и вздрагивая то ли от ночного холода, то ли от злости. Она достала из кармана телефон, набрала знакомый номер и прошептала:
— Мне снова будет нужна твоя помощь. Приезжай за оплатой прямо сейчас.
Вскоре брюнетка нырнула в салон синей иномарки, которая скрылась за углом.
Соня
Я терпеливо дождалась, пока рокер закончит, совершенно спокойно протянула руку и «поиграла» пальцами.
— Что? — уточнил Арс.
— Заплати мне за сегодня, я честно отработала.
Голубые глаза уставились на меня с плохо скрываемым удивлением.
— Так ты со мной ради денег? Вот как… — в голосе даже сквозила печаль, но я уже была абсолютно уверена, что она наигранная. — День ещё в самом разгаре. Я тут начальник, и, кажется, тебя никуда не отпускал.
Второй шанс себя исчерпал. И он своими словами поставил жирную точку.
— Тогда прости, я увольняюсь, — отдёрнула ладонь, как от огня, развернулась и пошла на выход. Как и ожидалось, Хилин поспешил следом, хоть явных попыток остановить меня не предпринимал.
— Ревнуешь?
На улице я притормозила, оценила расстояние до двух остановок, определила ближайшую и сделала шаг, чтоб позорно сбежать и оставить в прошлом музыканта и его дурной характер. Но не смогла. Обернулась.
— Ты опять так ничего и не понял, Хилин.
В его глазах на мгновение отразилось сожаление, а в спину мне донеслось тихое:
— Я всё прекрасно понял.
Тогда мне было плевать на рокера и его глупые игры, на неиссякаемое желание делать больно близким людям. Хотя разве человек, с которым общение прервалось на долгих пять лет, может считаться близким?
И всё же обида из-за глупых поступков и его мании наступить на больную мозоль не давала спокойно дышать. Даже глаза начало щипать, а нос — закладывать.
Я почти бежала к остановке и старалась думать лишь о том, что снова доверилась этому прохиндею и ожидаемо попалась на удочку. Пожалуй, любая фанатка на моём месте была бы рада такой возможности и спускала бы всё на тормозах. Только вот я так не могла.
Ещё со времён школы я любила его и не могла забыть. До того, как он стал знаменит. До того, как сбежал и разбил мне сердце.
К счастью, Арс не шёл по пятам, поэтому внезапно нахлынувших слёз не видел. Уже в автобусе, выровняв дыхание и, казалось бы, отпустив ситуацию, я разревелась. Шмыгала носом, утирала опухшее лицо ладонями, каждые пять минут смотрелась в зеркальце и рыдала ещё сильнее. Во мне будто открылся кран.
Даже после двадцатиминутный поездки на общественном транспорте я вылезла на свежий воздух и продолжала смахивать одинокие слезинки.
Что меня так задело? Тот факт, что Хилин обратил внимание на других девушек? Что хоть и ненадолго оставил меня ради общения с ними? Что все выходные ухаживал, разыграл спектакль перед Варей, своей матерью и моей соседкой, чтоб потом открыто показать своё отношение? Что вел себя, как собственник и ревнивец, хотя не имел на это право? Что по сути опозорил меня перед одногруппниками, ведь никто не поверит, что мы расстались, потому что «я его бросила»?
Впрочем, от него не стоило ожидать иного.
Я уселась на лавочку неподалёку от детской площадки, вытерла тыльной стороной ладони щёки, подула на них и едва не подпрыгнула от неожиданности, когда телефон в рюкзаке протяжно зазвенел. На экране высвечивалось короткое «Стася».
— Куда ты пропала? — обеспокоенно гаркнула в трубку. Сегодня с самого утра периодически я без особой надежды набирала её номер и слушала лишь бесконечные гудки.
— Ой, Сонька, прости-и-и, — провыла подруга жалостливо. — Я в субботу потеряла телефон, только сейчас нашёлся.
Мысленно выдохнула.
— Что в клубе произошло? Арс сказал, что хотел тебя забрать, но ты была с каким-то Олегом и отказалась.
— Не поверишь, но я этого не помню, — призналась Славка. — Я выпила какой-то коктейль, мне Миша его дал. Потом всё поплыло. Последнее, что сохранилось в памяти — мы танцевали с тобой, я после сходила в туалет, вернулась к нашим… и всё. Следующее, что помню — Тимур с каким-то незнакомцем дерётся на улице. Начистил ему рожу, взял меня на руки и отвез домой.