Чтение онлайн

Подняв подбородок, я подперла его ладонью, и взглянула на него.

— Это было лучше, чем хорошо.

Его белые зубы сверкнули в темноте, и он перевернулся, чтобы поцеловать меня.

— Мне нужно идти убираться, - сказал он, отталкивая меня. — Пока они не вернулись.

— Хорошо, - ответила я, глядя на него.

Прежде чем уйти из комнаты, он включил маленькую лампу над комодом, и направил на пол, чтобы она не светила слишком ярко.

— Я ведь не смогу держать твою руку в темноте, когда уйду, - сказал он, одарив меня очаровательной, даже сексуальной улыбкой.

Когда он ушел, мой мозг начал думать. Я думала о вечеринке и своем ужасном прозвище. Думала о том, как все дразнили Эрика и называли его гиком.

Я думала о Мэнди и о том, какой ужасной подругой я была.

Я была не в ладах со всеми, даже с собой.

Эрик вернулся в комнату и натянул боксеры. А потом бросил мне одну из своих маек.

Я натянула ее, он прилег рядом и притянул меня к себе.

Думаю, прямо сейчас была в ладах только с Эриком.

Но чем дольше я лежала и думала, тем яснее все становилось. От чего-то придется отказаться.

Я смогу восстановить свой статус. Сегодня был ужасный день, но не было того, что я бы не могла преодолеть.

Хочу ли я это вернуть? Быть на вершине, быть сердцеедкой, действительно ли это стоит того?

Я почувствовала мягкие губы Эрика на своей голове, на проборе, и улыбнулась. Улыбка быстро померкла, когда мною овладела печаль.

Цена этой жизни – популярности – была очень высокой.

Я не могла иметь и то и другое, в этом я была уверена.

Мне придется выбирать.

Популярность или Эрик.

ЭРИК

Клевый – так говорят, завидуя кому-то

Зачеркнуть.

Раньше я никогда не встречал никого подобного Келли.

Перефразирую.

Келли опасна.

Опасна, потому что обладает способностью уйти, прихватив с собой мое сердце.

Обладает способностью причинить мне боль.

Я не был влюблен в Келли. Прямо сейчас я серьезно симпатизировал ей и возжелал ее. Нет, мы не только познакомились. Да, когда-то, целую жизнь назад, мы были лучшими друзьями.

Но как мною было обнаружено, дети, которыми мы, по сути, являлись, не изменились.

Значило ли это, что я знал ее, хотя бы в некотором смысле?

В самом важном смысле?

Было так, как будто мы наладили отношения, но другим способом.

В шалаше я открылся ей. Рассказал вещи, которые не говорил даже Райану. Она сказала, что думала, будто я первый отказался от нашей дружбы. Думаю, в каком-то смысле так и было…

А потом она сделала то же самое, в тот день во время второго завтрака, когда я попытался сесть с ней рядом.

После этого я больше никогда не делал попыток, как и она.

Мы приспособились к сосуществованию в одной и той же школе, но в совершенно разных мирах.

Теперь я даже не мог больше сердиться на нее из-за того, как она себя вела. Сейчас я это понимал. Может быть, я и не был согласен с тем, как она обращалась со своими друзьями и популярностью, но кто я такой, чтобы осуждать? Мы все обращаемся с вещами по-разному.

У меня сложилось четкое впечатление, что она несчастна. На самом деле ей не нравилось быть той, кем она притворялась. Я надеялся, что после нашей совместной ночи и разговора она поняла, что ей не нужно больше строить из себя кого-то.

Я думал, что все теперь может быть по-другому.

После секса она проспала со мной большую часть ночи. В то мгновение, когда мы услышали, как входная дверь открылась и закрылась, Келли поспешила в свою комнату, и через несколько минут я услышал, как она разговаривала со своей мамой в зале о том, что передумала оставаться у Мэнди.

А еще я услышал, как она сказала моей маме, что я давно уже пошел спать, и сейчас, скорее всего, крепко сплю.

После того, как дома всё успокоилось, и стало тихо, я встал и подкрался к двери. Я медленно открыл дверь и выглянул, Келли сделала то же самое.

С хитрой улыбкой она побежала через зал в мою комнату. На ней до сих пор была моя футболка, поверх которой был накинут халат.

Остаток ночи мы обнимались и спали. Келли вернулась в свою комнату только с восходом солнца.

До нее у меня был секс только с двумя девушками. И я мог честно сказать – Келли была самой лучшей.

Я уже снова хотел ее.

Мне нравилось, как ее тело реагировало на мои прикосновения. То, как дрожали ее ноги, когда я был между ними. Звуки, которые она издавала, сводили меня с ума, а удивление в ее глазах, когда я делал то, что по-настоящему нравилось ей, заставляло парить в облаках.

На следующий день я практически не видел Келли, потому что она ушла со своей мамой, а мы пошли в наш дом, посмотреть, как продвигается ремонт.

Казалось, что дела в доме шли неплохо, и мы скоро вернемся домой.

Мама, конечно же, рассердилась на то, что я позвонил отцу, чтобы попросить деньги. Она отругала меня, но не особо сильно. Глубоко внутри я понимал, что благодаря этой финансовой поддержке ей стало легче, а этого было достаточно, чтобы выслушивать ее нотации.

Очевидно, я попросил у отца слишком много, поэтому сказал, чтобы на остальное мама купила себе что-нибудь хорошее. Она этого заслуживала.

Во время ужина мы с Келли улыбались друг другу, я ждал, что и этой ночью она придет в мою комнату.

Но она не пришла.

Дважды я подходил к двери, думая, что сам пойду к ней, но что-то меня удерживало.

Что-то близкое к страху.

Теперь, когда выходные закончились, и у нее было время подумать…сожалела ли она о ночи, которую мы провели вместе?

Она жалела, что переспала со мной? Это вообще ничего не изменило?

На следующее утро в школе я узнал.

Она полностью меня игнорировала.

Это было похоже на удар в пах. При каждой возможности я тайком наблюдал за ней. Большая часть людей обращалась с ней как всегда, как будто она была самой популярной девочкой в школе.