Чтение онлайн

Питер поднял на нее смеющиеся глаза, и на мгновение между ними установилось полное взаимопонимание. Но в этом взгляде было кое-что еще…

— Разве для того, чтобы делать то, что хочешь, обязательно сходить с ума? — сказал он и продолжил атаку на сорняки.

— Знаешь, ты ведь не обязан мне помогать. — Анхела едва понимала, что говорит, так потряс ее момент связи между ними.

— Но это самое меньшее, что я могу для тебя сделать.

Если мужчина хочет потратить время на прополку сорняков, кто же будет его останавливать? В этом было что-то дружеское. Немного странное… К этому можно было бы даже привыкнуть, если…

Ну да, конечно. Вернись на грешную землю с облаков, женщина! Он помогает потому, что чувствует себя обязанным тебе. Прополка сорняков мало похожа на ухаживание.

— Каковы шансы, что к тебе кто-нибудь еще приедет?

— Зависит от развития ситуации. Может приехать мама. Мне так и не удалось научить ее вначале звонить, а потом уже приезжать.

Питер покачал головой и заметил:

— Думаю, ей может не понравиться то, что ты прячешь детектива в собственной спальне.

— Ты богат? Известен? Хорошо одеваешься? — спросила она Питера, отодвигая свою кучу сорняков, чтобы он мог начать следующий участок. — Если нет, то ты не подойдешь, кем бы ты ни был.

Питер подцепил тяпкой чертополох и так сильно потянул, что во все стороны полетели комья земли.

— В общем-то, ее мнение меня не очень волнует. — Он кинул на нее внимательный взгляд, и снова по ее спине пробежала дрожь понимания.

Раньше Анхела только смеялась, когда слышала о «глазах, встречающихся друг с другом». Ей представлялись летающие по комнате и сталкивающиеся друг с другом глазные яблоки. Но теперь она понимала. Во взгляде Питера было что-то, что проникало до самой ее сути.

— Э-э-э, правда?

У него такие длинные и густые ресницы, бросающие тень на щеки. И такие густые волосы, к которым хочется прикоснуться. Так хочется прикоснуться… К нему…

— Да, — прошептал он.

Такие манящие губы. Поцелуй меня! Ну поцелуй же!

Их плечи соприкоснулись. Анхела почувствовала запах горячей кожи мужчины, и по ее телу пробежала дрожь предвкушения. Их взгляды соединились.

И она не выдержала.

Анхела преодолела сантиметры, отделяющие ее от Питера, и легко прикоснулась губами к его губам.

— Анхела, — едва слышно выдохнул он, поднял руку и очень мягко отстранил ее. — Я не могу.

Девушка покраснела от унижения и отвернулась, желая скрыть это.

— Ты женат, да?

— Нет, — засмеялся он в ответ. — Совсем нет.

— Тогда что? Тебе не нравятся безработные женщины с лишним весом?

Он заглянул девушке в глаза, все еще держа ее за плечо.

— С лишним весом? Тогда под это определение попадает и Венера Милосская, и любая другая богиня…

Анхела вырвалась, схватила тяпку и принялась яростно выкапывать крупные корни растения.

— Не смейся надо мной.

— Я не смеюсь. Для меня это вопрос этики. — В его голосе была легкая хрипотца, словно ему было нелегко находить верные слова. — Я не могу допустить, чтобы ты оказалась втянутой в расследование.

Девушка кинула через плечо недоуменный взгляд на Питера и почти против своей воли посмотрела на его губы.

— Я уже оказалась втянутой. Я помогаю тебе. Я предоставила тебе свою спальню. И… кажется, ты ничего не боялся, когда целовал меня прошлой ночью.

Он сглотнул.

— Я уже извинился за это и пообещал, что этого не случится снова. Я сдержу свое слово.

— Я не понимаю, как слежка за чьим-то неверным мужем может сказаться на мне?

— Женой, не мужем. Я не могу рассказать тебе подробности. Однако не в моих правилах использовать посторонних во время расследования.

Лучше бы я не задавала этот вопрос, подумала Анхела. Скверно было почувствовать себя лишь одной из череды безликих женщин, которые бросались Питеру на шею и отказывались уходить, когда он об этом просил.

— Если ты занимаешься слежкой в моей спальне, значит, я уже в этом замешана.

— Да, но это не личные отношения.

Конечно. Подобным образом вел себя и Мигель. Анхела была нужна ему как знающий работник. Она была нужна ему в качестве сопровождения на светских раутах. Но все менялось, когда дело заходило о личных отношениях.

Похоже, ей было предопределено встречать мужчин, которые не хотели иметь с ней личных отношений, желая при этом находиться рядом.

Ну и ладно! — подумала Анхела. Все-таки есть один человек, который желает иметь с ней личные отношения. Норманн… Может быть, стоит изменить свое мнение на его счет?

— Ты совершенно прав, — сказала она, поднимаясь с колен. — Пожалуй, мне пора. Нужно сделать один телефонный звонок. Ничего особенного, просто я и моя подруга Стефани собираемся в клуб в пятницу вечером. Думаю, Норманн тоже захочет пойти.

За несколько последних дней Питер совсем измучился. Его ум вел бесконечную войну с желаниями тела, чего не случалось уже долгие годы, и все из-за влечения к черноволосой Анхеле.

Однако если с телесным влечением еще можно было справиться, что прикажете делать с тем, что Питеру стала нравиться сама девушка, ее упрямый и независимый характер, который преодолевал ограничения «правильного» воспитания девочки из богатой семьи? Питеру нравилась ее преданность целям. И еще ему очень нравилось смотреть на нее.

Детектива ужасала одна мысль о том, что Анхела может быть сообщницей Норманна Синклера. Но, если она встречается с этим парнем, подобное предположение вполне может быть правдой, подумал он.

Разумную и практичную часть Питера это даже радовало. Ведь в этом случае Анхела могла проговориться о чем-то важном в его присутствии, что стало бы большой помощью в расследовании.

Но та его часть, которая лелеяла воспоминания о поцелуе, ненавидела саму мысль об этом. Питер страдал оттого, что знал девушку недостаточно хорошо, чтобы судить о ее характере. Раздражался, что тело помимо его воли тянулось к Анхеле всякий раз, когда она входила в комнату. И, наконец, больше всего Питера выбивал из колеи тот факт, что разум не мог позволить ему сделать то, что он хотел больше всего на свете: схватить девушку в охапку и целовать до потери сознания.