Серебряная Роза
Шрифт:
А Мара буквально подскакивая на месте, от восторга подбадривала: «Убейте его! Убейте!»
«Прошу тебя, останови их!» -с отчаянием закричала девушка.
«Оскорбление вожака стаи – раз, сокрытие нового оборотня – два, грязнокровка не имеет права учить чистокровного – три, ну и мне он просто осточертел со своей наглостью – это четыре Роуз»,- как ни в чём не бывало, перечислял прегрешения Дерека Принстон. – «Давно пора было ему преподать урок. Впрочем, как и сказал, ты можешь это остановить. Тебе достаточно просто согласится стать моей, и я прекращу бой»
Землю, чёрными кляксами украсила кровь.
«Ты ведь не такой Эрик, ты мой друг! Я умоляю, прекрати!»,- пыталась «достучаться» до него девушка.
«Откуда ты знаешь, какой я? Если даже и на половину не пыталась понять меня?! Ты была так холодна и неприступна, как бы я не пытался тебя завоевать, но может именно поэтому, я не могу выкинуть тебя из головы?! Меня ограничивали рамки закона и твой дружок из Лос-Анджелеса, но раз ты теперь одна из волчиц и больше нет барьеров, я могу себя не сдерживать! Так или иначе, ты Розамунда Сент-Джеймс станешь моей! Я всегда получаю то, что хочу, а с момента нашей первой встречи – это ты! Я пытался быть хорошим, пытался, только прекрасно помню, чем ты мне отплатила за добро! Теперь если не хочешь увидеть, как я искалечу его на твоих глазах, ты дашь своё согласие!», -жёстко закончил он свою тираду.
Она ошиблась насчёт Эрика, это несомненно.
«Хорошо. Я согласна…согласна!Слышишь меня?! Так что отзови их!»,- в конце концов, это всё же её вина, значит именно ей и отвечать.
«Что? Неужели действительно согласна?», -недоверчиво переспросил Принстон.
«Всё правильно. Я стану твоей подругой! А теперь прекрати эту травлю!», -потребовала девушка, холодным как горный ручей голосом. Её гордость не стоила того, что бы Дерек страдал. К тому же она не сомневалась, что рано или поздно, надоест эгоистичному «принцу». Об этом уж Роуз позаботится.
Эрик чуть склонил голову.
«Все назад!», -отдал приказ он, и оборотни мгновенно прекратили драку, и, скуля, отступили, словно их боевой запал, был – да вдруг кончился. Все пятеро были сильно изранены: шкура вспорота и кровь обильно покрыла её, у одного морда превратилась в сплошное месиво, у другого нога была сломана, судя по тому, как он её поджал и старался не наступать на эту конечность. Другие тоже изрядно потрёпаны. Дерек отлично потрудился над ними. Но сам он пострадал куда больше – едва стоял на ногах и тяжело дышал с прерывистым хрипом, вырывавшимся из открытой пасти. Так же весь покрытый кровью и рваными ранами по всему телу, с истерзанным ухом, повисшим лохмотьями, он весь сотрясался от бившей его дрожи – из-за слабости или адреналина всё ещё кипевшего в крови. Однако его дух не был сломлен, не смотря на масштаб увечий. Глаза парня горели обжигающим огнём. Дерек был готов, если надо, продолжить бой, чего бы ему это не стоило. Сердце девушки разрывалось от боли и вины, что из-за неё он пострадал. Ей хотелось, бросившись к нему помочь зализать раны, а потом ухаживать за ним и пытаться вымолить прощение. Она в очередной раз принесла ему неприятности. Он был прав – она ходячая катастрофа.
Розамунда было двинулась вперёд, но ей внезапно преградили дорогу.
«Прочь!»,- прикрикнула она на сородичей, но те и с места не сдвинулись
«Это мой приказ. Хоть ты и моя подруга отныне, но моё слово всё равно – закон. Поэтому оставь пса одного, и не смей подходить к нему!», -властно сказал Эрик.
«Всё нормально, тебе не нужно беспокоиться обо мне. Оставляю тебя на попечение твоей новой семейки», -произнёс Д.Д.с болезненной насмешкой в голосе и, окинув её взглядом, повернулся и похромал прочь. Оборотни расступились, пропуская его, никто не пытался помешать ему, но и помочь тоже. Роуз стиснула зубы.
«Теперь ты – моя!», -ещё раз с ликованием в голосе повторил Эрик, обращая снова всё внимание на себя, и подойдя к ней, потёрся о Роуз, ласкаясь, а волки все как один склонили головы в низком поклоне перед четой лидеров.
Розамунда же не отрываясь, смотрела как, тяжело переставляя лапы, среди деревьев скрылся Дерек, а внутри всё переворачивалось от боли, утраты и тяжелейшего чувства вины. Её не тронуло признание Эрика и подобострастие семейства оборотней, она хотела одного – бежать вслед за Дереком!
«Иди отсюда! Брось всё и беги за ним!» – кричало сердце девушки. Только слово было дано и Роуз, как бы ни тянуло её в след за любимым, ничего не могла поделать и осталась стоять, рядом с её новоиспеченным супругом-альфой, рядом со стаей приветствовавшей её.
Глава 42
Эрик торжествовал.
Что и говорить, он добился того что хотел, упрямая и своенравная Розамунда отныне принадлежала ему и отпускать её он в ближайшем времени был не намерен. К тому же его соперник, которому всегда отдавалась пальма первенства внимания девушки – был унижен и разбит. Слабость Розамунды к изгою, сыграла Принстону даже на руку. Победа пьянила почище отцовского виски, и ему было плевать на то, что согласие стать его подругой, он буквально вырвал силой. Впрочем, Эрик ни на йоту не сожалел о содеянном. В конце концов, как сказал некий философ – в любви как на войне, все средства хороши, тем более было так приятно видеть, как его недруг страдает. Это не забываемое зрелище! И лучше всего было то, что боль которую испытывает сдержанный, непробиваемый, гордый Дрейк, терзала его сердце, больше нежели израненное тело. Наверняка он предпочёл бы и в самом деле быть убитым, чем знать, что она, спасая его, добровольно отдала себя в руки Эрику. Двумя простыми словами «я согласна», Роуз разбила сердце парня.
«Как трогательно» – подумал «принц школы», чувствуя, как губы сами собой начинают расползаться в довольной ухмылке, от одного воспоминания страданий Д.Д., которые он ясно успел прочесть в глазах своего недруга, прежде чем тот успел вернуть свою невозмутимость.
Впрочем, его ребята тоже отлично постарались, такое зрелищное шоу устроили, что, несомненно, заслуживают самой щедрой награды. На самом деле всё действительно, было чистой воды блефом – убить грязнокровку никто не имел права без весомых на то причин, таких как доказанным нарушением одиночкой законов оборотней, а обучение новичка таким не являлось. Только теперь это не имело значение, Розамунда поверила в то, что он собрался прикончить Дрейка и как бы, Принстона не бесила из себя мысль, что она согласилась на царствование только что бы спасти этого никчёмного пса, он был всё же доволен результатом. Никому другому «принц школы» не простил бы подобного пренебрежение им, но видимо он стал одержимым ею мазохистом, потому что просто не мог сердиться на Роуз и готов был потерять собственное уважение, лишь бы завоевать хотя бы толику того, что она испытывала к Дереку.
Как вожак стаи он обязан быть примером остальным и беспристрастным блюстителем того, что бы законы соблюдались и мир царил на его территории. Поэтому он постоянно спускал Д.Д. не уважение к себе – ему было попросту плевать на изгоя. Именно из-за своих обязательств перед стаей, парень даже был готов отпустить девушку. Но это было до того как он узнал, что Роуз одна из оборотней. После же, столь ошеломляюще новости, желание обладать ею троекратно возросло, став просто нестерпимым, так что Эрик был готов использовать любой предлог, что бы добиться своего. Впрочем, переходить границы разумного он всё же не собирался, не только из-за своего статуса альфы, но и дабы Роуз не возненавидела его. Так что Дрейку в любом случае не досталось бы больше, чем тот способен был перенести без последствий. К счастью девушка сдалась раньше и не узнала что, ещё немного понаблюдав за трёпкой своего недруга, Принстон был бы вынужден в любом случае остановить бой, как бы это зрелище не радовало глаз. И он не желал думать о том, что случилось бы, прояви девушка выдержку и дождись этого момента. Но к его радости, она слишком мягкосердечна, чтобы спокойно наблюдать за страданием другого человека. На это парень и рассчитывал, натравив своих волков. А увечья, полученные Дрейком, можно считать моральной компенсацией выплаченной Эрику, за то, что лишил его удовольствия обучать Роуз с нуля, взяв на себя эту приятную обязанность. Но в то же время, как бы трудно не было, Принстон признал тот факт, что тем самым грязнокровка оказал стае и ему лично огромную услугу.
Обращение нового оборотня – это величайшее событие в жизни стаи, которое зорко отслеживается и к чему ответственно готовятся все её члены. Оно проходит под зорким контролем вожака и заранее назначенного «наставника», для каждого малыша появившегося в семье оборотней, начиная от его рождения и до момента, когда он впервые перекидывается. Поэтому весь процесс превращения и становления молодняка проходит гладко, в окружении заботы стаи, готовой в любой момент прийти на помощь. Так было с Эриком, его отцом, дедом, так же как и с каждым оборотнем в Скофхэгэне. Уклад жизни не нарушался ни разу, что позволяло им мирно сосуществовать с обычными людьми и при этом не раскрывать себя. По крайней мере, так было до тех пор, пока в их тихий городок не переехала Розамунда Сент-Джеймс. Казалось бы, на первый взгляд не примечательное событие, но у Эрика просто волосы вставали дыбом, когда он просто представил, что произошло бы, если бы Дрейк каким-то чудом, не оказался рядом с ней в нужном месте и в нужное время. Тем самым, он не позволил девчонке угробить не только себя, но и жизнь всех живущих в этом городе оборотней. Потому как сомнительно, что человечество обрадовалось бы, узнав, что рядом с ними бок обок, живут те, кого они привыкли считать легендой. Страшно предположить, последствие их прозрения. Так что её сущность стала одновременно приятным сюрпризом и катастрофой, едва не обрушившейся на всю стаю. И хуже всего то, что он – глава клана учуял появление новичка лишь, когда Роуз уже вовсю наслаждалась жизнью оборотня. Оправдывало его лишь то, что её зверь, каким-то загадочным и до сего не известным образом, отлично «маскировался», никак не проявляя себя и впадал в спячку после каждого превращения, так, что сородичи не могли его отследить и почуять.
Поэтому Дрейк стал буквально спасителем оборотней Скофхэгэна, позаботившись о Роуз и Эрик, прекрасно понимал это, а честь, обязывала его выплатить долг. Просто парадоксально, что такой откровенный ненавистник оборотней, готовый мучиться и истязать себя каждое полнолуние, только бы сдержать желание обратится, махнёт рукой на свои принципы и станет нянчиться с молодым чистокровкой. Хотя это не совсем верно. Наверняка будь на месте девушки кто-то другой, Дрейк просто «слил» бы информацию о новеньком оборотням и не тратил бы свои силы и время на его воспитание. Но в случае с Роуз, Принстон был готов спорить на свой «Порше», что Дрейк бы и дальше продолжал играть роль её наставника, не смотря на всю ту боль, что испытывал «укушенный» перекидываясь, если бы они не пришли за ней. Видимо желания Роуз (которая, несомненно, и была инициатором их уроков), стали для Д.Д. первостепенны, а значит догадка Эрика о чувствах грязнокровки к девушке, оказалась на сто процентов верной. Как впрочем, и то, что Дрейк наверняка в этой ситуации так же увидел способ «насолить» ему. И ведь не прогадал! Только думая о том, что Розамунда в очередной раз предпочла ему этого пса, в качестве наставника, вполне довольная их занятиями настолько, что даже не попыталась связаться с кем-то из стаи, парень внутренне закипал. Именно поэтому он решил пока повременить с благодарностью. Сейчас ему хотелось насладиться своим триумфом и царствованием со своей подругой, которая несомненна, станет достойной спутницей жизни. Теперь же, благодаря благополучному стечению обстоятельств, девушка будет не досягаема для Дрейка, и его главный соперник может начинать кусать локти на «скамье запасных».