Чтение онлайн

Высыпав несколько наполненных крышечек соли и вылив один колпачок пены в ванную, Розамунда с удовольствием вздохнула терпкий аромат, который тут же поплыл в воздухе. Вода быстро набиралась и от её поверхности, украшенной густой шапкой пены, вверх поднимались клубы пара, наполняя влажным жаром ванную комнату. И хотя на Роуз был тонкий шёлковый халат поверх нижнего белья, она чувствовала, как сама начинает покрываться испариной. Зеркало быстро запотело и Роуз пришлось его протирать, что бы увидеть своё отражение. В ожидании пока ванна достаточно наполниться, девушка решила быстренько смыть косметику с лица. А то раз, забыв об этом, после, она увидела в зеркале – настоящего грустного клоуна с потёкшим гримом, а-ля «Цирк дю Солей» отдыхает. Поэтому теперь выдавив на ватный диск, из тюбика щедрой рукой демакияж, она тщательно вытирала лицо. Справившись с этим, собрала, что бы ни намокли, волосы в высокий хвост и завязала его на макушке. Ванна тем временем уже наполнилась больше чем на половину, что Розамунду вполне устроило. Сложив в четверо, пушистое махровое полотенце, девушка пристроила его на бортик ванны, что бы можно было положить на него голову, лёжа в ванной. Сняв и повесив на крючок халат, быстро сбросив бельё и рукой опробовав температуру воды, что бы случайно не обжечься, если та окажется слишком горячей, девушка ступила ванную, а затем аккуратно опустилась в воду, не сумев сдержать при этом блаженный выдох. В который раз она подумала, что душ никогда не сравнится с полноценным принятием ванны и что это, одно из самых интимных занятий – время, когда человек сбрасывает все свои маски, столь привычные и даже необходимые в другие часы, а защитные барьеры рушатся и он становится самим собой. Уложив голову на предусмотрительно приготовленное полотенце, Роуз прикрыв глаза, позволила воде нежно и заботливо ласкать своё тело, расслабляя каждую косточку и снимая напряжение с мышц. Она буквально чувствовала, как отпускают её сковывающие тиски, и приходит лёгкость. В мягком забытьи дремоты, навеянной горячей водой, Розамунда лениво подумала о том, что ей надо было раньше принять ванну и тогда возможно, она спала бы ночью. Нежный, дурманящий аромат хвои мало-помалу вытеснил мысли из головы, реальность стала уплывать и приснился ей странный, загадочный сон…

Окутанный тьмой лес. Качающиеся под порывами холодного, хлёсткого ветра многовековые сосны натужно скрипели и скрип этот, будоражил душу, напоминая болезненный стон, будто деревьям было больно. А там, в тёмной синеве небес владычицей сияла полная луна. Свет её, был холоден, но так прекрасен. И в это полночный час, в чащобе леса, желание выжить, отвоевать свою свободу, жизнь и землю, собрало людей для древнего обряда. Распростершись на холодной, мёрзлой земле и вскинув руки к небесам, они просили ночное светило, лившее свет с начала времён, даровать им силу, что бы остановить пришедших с северных морей злых демонов, только носивших человеческий облик, которые не зная сострадания и жалости, уничтожали всё на своём пути. И столь искрений была эта мольба, что её услышали. В одно мгновение сгустился лунный свет и коснулся, как ладонью волчиц из стаи, жившей в том лесу. Забрал он сияние их души из тел, оставив бездыханными тела и потянувшись к людям, выбрал двух юных дев, обойдя других сторон. Вкладывала призрачная длань в девичьи тела отнятые души волчиц и спустя мгновение открыли девушки глаза, взглянув на замерших в стороне соплеменников глазами волка, но с ясным разумом человека. Две души смешались в них в одну – часть по-прежнему принадлежала волчице, а вторая осталась человеком. Но жить девушки теперь могли, меняя облик. И возрадовались люди, чувствуя, что эти девушки принесут им победу над врагом и освободят их земли. Так и случилось…Сильные, быстрые, выносливые, с телами способными быстро восстанавливаться от любых ран, они привели в ужас захватчиков, уничтожая их, друг за другом. Пробирались они в логово врага юными красавицами, а затем оборачиваясь грозными хищницами, не давая убийцам и мучителям своих родных и близких пощады. Побросав награбленное, враг сдавшись бежал… И вроде бы настало время радоваться, да вот только избавившись от захватчиков, призадумались люди о том, что же они с девушками сотворили и что за тварями те стали. А следом за этими мыслями пришёл страх, что теперь девицы и на мирных жителей станут нападать, попробовав человеческой крови, и зверь в них, одолеет суть человека. Тогда было принято решение, что таким чудовищам нет места среди людей. Под покровом ночи, одна из волчиц была обезглавлена, а вторая, почуяв неладное, едва-едва успела избежать страшной участи, успев скрыться в лесу от глаз людских…

Роуз словно бы парила. Сон и явь смешались для неё, утратив границы. За видением похожим больше на страшную сказку, пришло другое… Розамунда, как когда-то на уроке снова увидела людей…нет, оборотней! Их было так много! Сотни, тысячи людей! Разных национальностей и возрастов. Здесь были мужчины, женщины и дети. А незримые нити оплетали каждого, соединяя их между собой на подобии паутины, в центре которой, Розамунда чётко разглядела, смуглую брюнетку, с глазами цвета бирюзы, в одежде из грубо выделанных шкур. Ту самую, которая едва избежала смерти от рук собственных односельчан! Она сидела на вырубленном прямо в камне троне и у ног её, сидел огромный волк. Образ Прародительницы был тусклым, словно Роуз смотрела через пыльное стекло. Но на какое-то мгновение их взгляды встретились, и время будто замерло. В груди у Роуз разлилось тепло, от возникшего вдруг ощущения сильной связи между ней и темноволосой красавицей из далёкого прошлого… Розамунда воспринимала гостью в своём видении, словно перед ней была давно потерянная старшая сестра: радостно, а ещё с глубоким почтением и уважением. Это было не объяснимо, невероятно, но девушка чувствовала именно так. Только напряжённый и окрашенный печалью взгляд черноволосой красавицы, обеспокоил её. Девушка заметила, что губы Прародительницы, шевельнулись, будто она пыталась ей что-то сказать и действительно, спустя мгновения, словно шёпот ветра, играющий в листве, раздался тихий голос: «Если ты хочешь найти его… тебе стоит только захотеть…ведь вы связаны с ним…вы все связаны дети мои…Но торопись…» – а затем ещё миг девушки смотрели друг на друга и видение исчезло. Следом пришло другое: Розамунда увидела ветхий, вросший в землю, с почти обвалившейся крышей сарай. Сердце забилось быстрее – она узнала эту старую рухлядь. Когда-то там хранили сено для лосей и оленей, но потом забросили и тот медленно превращался в труху. Но сарай всё равно был на территории стаи. Неужели Дерек там? Тогда почему Эрик не почувствовал присутствия Д.Д? К тому же его тоже проверяли…но, может быть ни так тщательно как должны были? Впрочем, сейчас для Розамунды всё это было не важно. Она знала, наконец, знала, где был Дрейк, и только это имело для неё значение! И Роуз ни на миг не усомнилась, в данной ей подсказке.

Спустя мгновение, девушка уже выскакивала из ванны, едва не поскользнувшись на скользком кафеле. Вода к её удивлению оказалась ледяная, а она даже не почувствовала, как та остыла. Значит, ни один час длилось забытьё, а ведь ей показалось, что всего пара минут прошло. Кое-как промокнув себя полотенцем, в следующую секунду, распахнув дверь, Розамунда вбегала в комнату. Схватив первые попавшееся в шкафу джинсы и джемпер, с дико колотящимся сердцем, дрожащими от нетерпения руками, девушка поспешно натягивала одежду на всё ещё влажное тело.

«Милый мой! Хороший мой! Ты только дождись меня» – молила мысленно Дерека Роуз. – «Я уже иду!»

Она ни на миг не задумалась о том, а надо ли Д.Д. это? Будет ли он счастлив, такой компании в ночь полнолуния?

Единственно, в чём девушка была уверена, это в том, что она должна быть рядом с ним, во что бы то ни стало, а там, пусть хоть мир вверх ногами перевернётся.

Сунув ноги в кроссовки, Розамунда выбежала из комнаты.

Дерек почувствовал, как что-то прохладное практически невесомо касается его лица. Заставив себя разлепить ресницы и поднять отяжелевшие веки, парень спустя какое-то время потребовавшиеся ему, чтобы помутневшее зрение, вновь вернуло свою чёткость, смог разглядеть в потолке небольшую дыру, через которую ему на лицо сыпался снег. Сдвинуться в сторону сил не было. Впрочем, прикосновение прохладных снежинок, были даже приятны, облегчая, пусть лишь на секунду ту боль, что казалось, пропитала его всего. А тело ослабело так, что, скорее всего, любое действие, сложнее моргания, вполне могло отправить его в глубокий обморок. Но, раз уж он пришёл в себя и может пусть ещё и не совсем ясно, но способен мыслить – значит, та дрянь, которой его обкалывали, каждый раз едва ему удавалось вернуться к сознанию, пробиться сквозь марево бреда и агонии, наконец, выветрилась из организма. Только надолго ли? Вполне возможно, что сейчас снова появится один из его тюремщиков со шприцом, чтобы очередной инъекцией превратить его в пускающего слюни, бредящего и орущего от боли идиота. Хотя орать он наверняка уже не сможет – если связки ещё не сорваны, то он сильно удивится. Но было бы неплохо, если бы перед этим ублюдки додумались его хотя бы напоить. Рот Дерека превратился в пересохший колодец, язык опух и прилип к нёбу. Можно было бы конечно попробовать разлепить пересохшие и потрескавшиеся губы, что бы поймать несколько снежинок, но их ему явно для утоления жажды не достаточно и сомнительно, что его разбитое тело, способно на такой подвиг. Поэтому парню оставалось только с жадностью наблюдать за падающим снегом. Мысленно парень вернулся в тот день, когда начался этот ад.

Фактически всё началось, конечно, в ночь полнолуния с череды событий – когда напали на Саманту, его подставили, а затем швырнули в тюрьму за решётку из серебра. После их разговора с Принстоном, когда тот ушёл, так как на дне ямы делать было особо нечего, разве что пересчитывать на стенах кладку из камней или попробовать заснуть. Тут организм принял решения за него, всё ещё не до конца окрепший, после одной из самых тяжелых ночей полнолуния – Дерек задремал. Проснулся он резко, как от толчка. Он даже не понял, что его разбудило. Впрочем, в неведенье он пребывал не долго. Сначала парень услышал приглушённые голоса и лязг замка, который пытались сбить. В конце концов, тот подался, с глухим стуком упав на землю, а дверь с грохотом распахнулась. Когда рядом с его ямой раздался топот, парень, поднявшись на ноги, уже был готов защищаться. Всё в нём буквально вопило об опасности. Запах нежданных гостей, который он учуял, был ему не знаком. Не оборотни, а обычные люди, буквально пропахшие фастфудом из дешёвых закусочных, едким одеколоном, которым те видимо пытались перебить вонь немытых тел и давно нестиранной одежды, а так же среди всего этого многообразия «ароматов», можно было учуять запах пороха и смазки для оружия. Вид двух шкафообразных типов, подошедших вплотную к яме и зверское выражение на заросших щетиной лицах, ясно говорил, что эти двое здесь не для светской беседы с ним.

– Эй парень, – окликнул Дерека один из них, с жутким шрамом на пол лица. – Ты что ли Дрейк?

– Стив, да кто ещё это может быть? – тут же одёрнул его второй здоровяк, недовольно зыркнув на товарища – видимо в их команде он был за старшего.- Нам же ясно сказали: брать того, кто будет в яме. Так что давай, подстрели его и валим, пока никто не явился, – пробасил он.

После его слов, парень заметил в лапищи «шрамолицого» Стива, винтовку.

Дело начало принимать весьма плачевный оборот для него, можно сказать летальный… Если там серебряные пули – ему конец.

Дерек лихорадочно искал выход из своего явно поганого положения. Но в яме просто негде было укрыться, а из неё, пока решётка на месте, – не выбраться. Он перед ними как на ладони. А этих «горилл» видимо предупредили, потому, как поднять решётку они не спешили. Неужели Принстон всё же решил не мараться и таким образом избавится и от недруга, и от проблем с ним связанных?! А ведь на какую-то секунду Дерек поверил, что Эрик ему действительно поверил. Теперь придётся платить за доверие…Интересно, как этот сукин сын объяснит потом его смерть стае? Скажет, повесился на шнурке? Впрочем, этот найдет, как выкрутится. И шериф у его отца в кармане, так что официально будет написано в рапорте, после недолгих поисков, что он пропал без вести и дело отправится в архив.

– Может, договоримся? – попытался он.

– Это вряд ли. Извини приятель, за тебя полторы куска каждому из нас отвалят, – усмехнулся главный.

«А Принстон не мелочился…» – скрипя зубами, подумал Дерек.

– Если я дам по две тысячи каждому, а вы за это, открываете решётку и вытаскиваете меня? – предложил парень.

– Не, не пойдёт, парень, – покачал головой Стив. – Нам ещё своя шкура дорога. Не знаю, как тебе угораздило перейти этой семейке дорогу, но нам с братом ещё жить хочется и денег заработать заодно.

– Всё, кончай трепаться, – сказал второй. – За дело!

Когда Стив прицелился в него из винтовки, Дерек вначале подумал не о матери, которая, бывало, и не помнила о своём сыне. Он не сомневался, что Тони позаботится о ней, когда узнает о его «исчезновении». Первой его мыслью было, что Розамунда будет считать его преступником и никогда не простит за это, а он уже не сможет обелить своё имя в глазах той, кого любит.

Только его ждал сюрприз. Приятный по началу…

Когда он уже мысленно по прощался с матерью, Тони и Роуз, грохнул выстрел…но он не отбыл на тот свет, нет. Лишь почувствовал укол чем-то острым, в грудь. Опустив глаза, Дерек с удивлением увидел дротик, воткнувшийся ему между грудными мышцами, похожий на тот, которым стреляли, что бы усыпить животное.