Чтение онлайн

Парень остановился, но не заглушил мотор, давая Розамунде время выбраться из машины, что та и поспешила сделать, решив не испытывать терпение парня. Ведь она его и без того задержала, а у него наверняка своих дел хватает. Но спешка всегда наказуема. Вот и сейчас кара не заставила себя ждать и Роуз к своему стыду умудрилась запутаться в ремнях, чувствуя себя глупой мухой в паутине, неспособной самостоятельно выбраться. Как бы девушка ни дёргала ремешки и не давила на кнопку-фиксатор, они отказывались выпускать её из своих «объятий». Сколько бы она ещё так провозилась – неизвестно, но Дрейку видимо надоела эта бесплодная возня, которая задерживала его, так как внезапно на пальцы Розамунды, с силой давящие на кнопку, фиксирующую ремни, легла горячая ладонь парня, заставив её вздрогнуть. В следующую секунду она залилась краской смущения, чувствуя, как сердце ускорило свой темп, дыхание прервалось и с лёгкой хрипотцой стало вырываться из груди, а кровь меж тем быстрее понеслась по венам, отзываясь на его прикосновение. Это было удивительно и жутко, так как такая реакция у неё была лишь от близости Адама, и никакой другой парень ранее не вызывал у неё ничего подобного. Это наводило на тревожные размышления. Она поспешила отдёрнуть руку и подняла на него глаза, но парень был по-прежнему невозмутим и даже не глядел в её сторону. Надо сказать, ему хватило и пару мгновений, чтобы освободить Роуз. Дрейк слегка потянул зловредные путы, нажал кнопку, и она оказалась свободна. Девушка тут же распахнула дверь и буквально вывалилась из машины, не забыв, однако, прихватить свою сумку. Повернувшись к парню, Розамунда слегка замялась, не зная, как поблагодарить его, будто от чувства неловкости, которое она только что пережила, все её мозги превратились в кашицу.

– Эээ… спасибо, Дерек, что подвёз, – выдавила она, наконец, натянув на лицо подобие улыбки, мысленно надеясь, что не выглядит при этом чересчур глупо.

Дрейк, оторвавшись от созерцания рулевого колеса, повернулся и окинул неторопливым взглядом переминавшуюся с ноги на ногу у машины Роуз, вновь ввергая её душу в чувственный водоворот. Кивнув, он вновь отвернулся и продолжил рассматривать руль. Девушке же это позволило обрести душевное равновесие, из которого он её выбил своими глазами. Переведя дыхание, она сглотнула образовавшийся в горле ломок, понимая, что самое время удалиться, пока положение не стало ещё хуже. Но прежде чем захлопнуть дверь, Роуз, гордо вскинув подбородок, и чеканя каждое слово, произнесла:

– Кстати, если до тебя не дошло, повторяю ещё раз, меня зовут Розамунда Сент-Джеймс и никак иначе! Это к твоему сведенью, Д.Д., если ты решишь ко мне обратиться.

Не сказав более ни слова, она захлопнула дверь и, развернувшись на пятках, быстро направилась к калитке. Поэтому и не могла заметить, как губы парня в ответ на столь грозный выпад искривились в лёгкой улыбке.

– Розамунда Сент-Джеймс… хм… Роуз, – медленно произнёс Дерек, словно пробуя имя девушки на вкус. – Что ж, стоит запомнить.

Розамунда с облегчением закрыла за собой дверь, испытывая невероятную гордость и тайное злорадство по поводу своей смекалки и ловкости, позволившим ей проскочить в дом, прежде чем её засёк зловредный Френч. Мысленно девушка жалела о том, что пёс имеет привычку при каждом удобном случае выказывать свою доброжелательность к ней, ведь это значительно портит жизнь, которая и без того в последнее время чрезвычайно усложнилась. Конечно, если бы он не был столь огромных размеров, к примеру, как терьер, то, возможно, они даже стали бы добрыми друзьями. Однако это не так, и Роуз уже смирилась с тем, что пока она гостит у тёти с дядей, будет вынуждена всячески избегать встреч с лохматым монстром, иначе вся её одежда вскоре окажется в мусоре.

Видимо услышав звук захлопнувшейся двери, из кухни появилась тетя, облачённая в миленький розовый фартук, с ухваткой в одной руке и деревянной ложечкой в другой. Судя по всему, до появления Роуз тётушка была поглощена кулинарным процессом. Увидев на пороге девушку, она немного удивилась.

– Рози, детка, это ты?! А я думала, что это Джон. Тебя Бобби привёз? А то у нас тут поломка случилась. Сколько лет говорила этому упрямцу, чтобы отогнал свой драндулет на свалку или сдал на металлолом! Так нет же… у него это память о шальной молодости, видишь ли, – гневалась тётушка на мужа, потрясая в воздухе ухваткой. – Думал, что проездит на этой колымаге ещё лет 20, а тут такая незадача! Он уже должен был тебя встретить, да только его чудо-автомобиль отказался заводиться! Хорошо, что к нам заехал помощник Джона в адвокатской конторе, Бобби Вильямс, и согласился забрать тебя из школы. Вы с ним встретились? Всё в порядке?

Рози с трудом прятала улыбку, слушая, как добродушная Лидия гневается на мужа. Лицо женщины от сего процесса покраснело, а глаза буквально метали молнии, но общее впечатление портили кружевной передник и перепачканный мукой лоб.

– Всё в порядке! Дядя ни в чём не виноват, ведь всякое могло случиться! – поспешила успокоить разбушевавшуюся родственницу Розамунда. – Правда, с Бобби мы, к сожалению, разминулись, но я отыскала того, кто меня смог подбросить до дома.

– Правда? Тогда просто здорово, что ты в первый свой день в школе отыскала себе друзей! А то, что ты приглянешься многим молодым людям, я и не сомневалась! – искренне порадовалась тётя, позабыв о гневе. – Но надо позвонить Бобби и сказать, что ты уже дома, а то он будет тревожиться, когда не обнаружит тебя! А ты милая, не стой на пороге, а мой руки и проходи на кухню. У меня уже всё давно готово, ты голодная, наверное.

Улыбнувшись племяннице, Лидия направилась в гостиную, а девушка, получив прямые указания, поспешила их выполнять. Тётя оказалась права, и Розамунда была невероятно голодной, так, что, казалось, может с лёгкостью быка целиком съесть. Особенно если учесть, что к своему ленчу она так практически и не притронулась, а последующая длительная мозговая деятельность, которая требовалась на занятиях, утомила и истощила весь запас сил, что был у неё. К тому же из кухни доносились просто божественные ароматы, заставляющие рот наполняться слюной, а желудок возмущенно урчать в требовании обильного «жертвоприношения».

Когда Рози появилась на кухне, тётя уже была там и вовсю хозяйничала у плиты, при этом тихо мурлыкая какую-то незатейливую мелодию, не забывая помешивать нечто ароматное в небольшой кастрюльке, стоящей на огне. Судя по виду, она была невероятно довольна процессом, а такое не о всяком скажешь, кто погружён в домашние хлопоты. Девушка улыбнулась, глядя на свою хозяйственную родственницу, и, не ожидая приглашения, уселась за стол, уже накрытый всевозможными угощениями. Наполняя тарелку, Розамунда между тем думала о том, насколько не похожи друг на друга мама и Лидия, слово небо и земля, хотя доводились друг другу родными сестрами. Правда, тётя была старшей в семье, и их разница с Амандой Сент-Джеймс составляла пять лет, однако это не играло важной роли в различии. Перед мысленным взором девушки предстал отчётливый образ её родительницы: высокой, невероятно эффектной золотоволосой блондинки с красивыми классическими чертами лица, мягкой тёплой улыбкой и глубокими серыми глазами, полными света, отражающими суть этой великолепной женщины, её острый и пытливый ум. Именно она наградила Роуз таким чудесным цветом глаз. В свои сорок два года Аманда выглядела невероятно моложаво и привлекала внимание мужчин. К тому же её мать была эталоном элегантности и женственности, а её гардероб был тщательно продуман, вплоть до аксессуаров и аромата духов. Даже находясь в научной экспедиции в непроходимых джунглях и глухих дебрях, где им доводилось бывать, ночуя в палатке или под открытым небом, она умудрялась выглядеть невероятно аккуратно и свежо, без единой складочки и пятнышка на одежде. Рози подозревала, что это врождённое качество, и надеялась, что ей хотя бы отчасти оно достанется. Ко всему прочему, Аманда Сент-Джеймс была хорошо образованной и умной женщиной, великолепным специалистом, уважаемым коллегами учёным-геологом. Большую часть своей жизни она посвятила карьере, что наложило свой отпечаток на характер матери Роуз, сделав её упрямой, невероятно целеустремлённой, порой категоричной и нетерпимой. Однако это не помешало в дальнейшем, когда она встретила Джейсона Сент-Джеймса и вышла за него замуж, стать ему хорошей женой, а Розамунде матерью. Правда, порой девушке казалось, что недостаточно интересна для своей матери, и той с ней попросту скучно, хотя не сомневалась в том, что она любима ею всем сердцем. Поэтому ей с самого детства хотелось стать кем-то, кем бы мама могла гордиться. Однако единственным пробелом в образовании Аманды и прорехой в её совершенстве стало абсолютное неумение готовить. Рози, как ни старалась, не могла вспомнить мать у плиты, подобно тёте Лидии. Даже кофе варить Аманда не осмеливалась, боясь ненароком сжечь кофеварку, поэтому перепоручала это либо отцу, либо Камиле – их домработнице мексиканке, приходившей несколько раз в неделю, чтобы позаботиться об их семействе. Но Рози не ставила это матери в вину, ведь у каждого должны быть хотя бы небольшие, но недостатки.

Тётя же была совершенно другим человеком. Она рано вышла замуж за дядю Джеймса, тогда ещё начинающего молодого адвоката, и, покинув отчий дом, без каких- либо колебаний отправилась вслед за ним в Скофхэгэн, решив посвятить себя мужу, с надеждой на светлое будущее в новом месте, на создание большой и дружной семьи. По приезде же, Лидия взвалила на свои хрупкие плечи весь основной груз забот, позволив Джеймсу начать свой бизнес и становление в роли адвоката. Что, надо сказать, ей удалось, хоть и с затратой огромного запаса терпения, однако тётя – очень сильный духом человек, поэтому какой бы трудновыполнимой ни казалась цель в начале, Лидия её добилась. Но в тоже время тётушка оставалась простой, открытой, полной жизнелюбия и оптимизма женщиной, одарявшая окружающих душевной теплотой и светом. К тому же в руках её всегда всё ладилось и спорилось, и девушке всегда нравилось наблюдать за ловкой работой тёти и ощущать себя столь уютно рядом с ней. В отличие от матери Розамунды, которой досталась красота, утончённость черт покойной бабки, Лидия унаследовала свои светло-зелёные глаза, в уголках которых всегда появлялись задорные лучи-морщинки, когда она смеялась, а также тёмные локоны и миловидные черты лица от своего отца. Хотя со временем её фигура утратила былую гибкость и стройность, это отнюдь не сказалось на её расторопности и отнюдь не мешало Лидии поспевать везде и всюду, как и переделать массу работ по дому, да ещё позаботиться о всех и каждом. Такой оптимизм и жизнестойкость не могли не вызывать восхищения. К тому же Розамунда знала, что её дорогая тётя не смотря ни на что весьма счастливая женщина, довольная тем, что у неё есть, и тем, что живёт в этом маленьком тихом городке, где можно именно жить, а не выживать, а это всё вкупе даёт хороший стимул к долголетию. Единственное, чего всё же судьба лишила тётю, так это радости материнства: им с мужем так и не удалось завести детей и осуществить мечту Лидии о полном доме детишек. Однако и здесь женщина нашла выход из положения, смирилась с таким недостатком своей жизни и с радостью помогала растить отпрысков своих многочисленных кузенов и кузин, которые были в восторге от перспективы отправить своих чад в гости к чете Мэйсон. А тётя дарила детишкам всю свою любовь и нежность. Принимала она участие и в воспитании Розамунды, своей родной племянницы, единственной дочери сестры. Это и многое другое говорило о том, что Лидия человек с золотым сердцем и доброй душой, которого все любят и ценят, не говоря о том, что она великолепный кулинар. Что для голодной девушки было сейчас весьма кстати, поэтому, откинув условности этикета, Роуз с волчьим аппетитом накинулась на обильное угощение. Тётя же тихонько посмеивалась, глядя на неё. Видеть энтузиазм племянницы, с которым она уплетала приготовленное ею, было для женщины наилучшей похвалой, а девушке было только в удовольтствие порадовать любимую родственницу.

Когда с едой было покончено, и Розамунда, чувствуя блаженство от сытости, которое тёплой волной растекалось по телу, с довольным видом откинулась на спинку стула, лениво баюкая в ладонях чашку с горячим чаем, тётя позволила себе приступить к интересовавшим её вопросам.

– Как твой первый день в новой школе, дорогая? Со многими ребятами перезнакомилась?

– Всё прошло весьма… сносно, я, честно признаться, ожидала худшего, – ответила Роуз задумчиво, воспроизведя в памяти события дня. – С одной девочкой мы весьма неплохо поладили, и она обещала мне показать школу.

– Я очень рада за тебя, милая! – с улыбкой сказала тётя. – Честно говоря, я переживала о том, как хорошо ты адаптируешься в новом окружении, боялась, что тебе не понравится! Ведь тогда твоё пребывание здесь будет не таким приятным, как мне хотелось бы!

– Что ты, тётя, всё действительно хорошо! Конечно, могло быть ещё лучше, но если бы всё прошло чересчур гладко, то это было бы не интересно. Естественно, не все приняли меня с распростёртыми объятьями, но это вполне нормальное явление, учитывая, что я новенькая. Но со временем, я уверена, всё наладится! Однако я в любом случае буду рада, что приехала сюда и повидала тебя и дядю.