Чтение онлайн

Булыганчата прятались за развалинами дворца. Сначала они бросали в свирельцев камнями и песком. Но, увидев их добрые улыбки, дети притихли и дали погладить себя по голове.

— Немедленно перевезти их в Свирелию! — распорядился Минус.

Свирельцы уступили булыганчатам своих осликов и верблюдов, и они, очень довольные, двинулись в Свирелию.

Чик и Виолка верхом на Аргамаке поехали их провожать.

В Свирелии дети сначала пугались деревьев и цветов, которые успел развести кое-где садовник Грушка, — ведь они отроду не видели ничего, кроме камней и песка. Но потом привыкли и стали собирать букеты.

Ласково встретили бедных булыганчат жители Свирелии, а свирельские дети сразу же отдали им свои самые хорошие игрушки.

А какова была встреча булыганчат с бывшими каменными воинами! Дети узнавали своих отцов и вместе с ними плакали и смеялись.

А многие булыганцы уже не хуже свирельцев играли на свирелях и приплясывали от радости.

Между тем в Булыгании произошло ещё одно важное событие.

Когда открылся вход в булыганское подземелье-пещеру, отправиться на разведку вызвались Шишка, Стружка и Мушка.

— Наконец-то и мы займёмся настоящим делом, — строго сказал Шишка.

— Мы пойдём по берегу подземной речки и вдруг опять найдём что-нибудь полезное, — заулыбался всегда всем довольный Стружка.

— До свидания, мы скоро вернёмся, — вежливо закончил маленький чернявый Мушка и вскинул на плечо рюкзак.

Проводив разведчиков, все столпились возле пещеры.

А речка всё текла и текла, раздвигала пески Булыгании и направлялась прямо в сторону Свирелии.

Опять все купались и загорали.

Только Лягушонок, против ожидания, не полез в воду. Он был взволнован, накручивал на палец чуб, чертил схемы и рисовал на карте красные крестики. Он уже воображал, как булыганскую речку соединит каналом со Свирельским морем, как море станет ещё больше, как оживёт булыганская пустыня.

— Помогите! — раздался вдруг чей-то крик.

Три друга-разведчика выносили кого-то из пещеры.

Все бросились на помощь.

— Мы услыхали стоны и наткнулись на человека, — доложил Шишка.

— Его, видно, ушибло камнем, когда всё рушилось, — добавил Стружка.

— Мы надеемся, что он жив, — заключил Мушка и вздохнул.

Пострадавший оказался древним старичком. Он был в выгоревшей панамке, с белой нечёсаной бородой, с туго набитой чем-то походной сумкой на плече. На брюках его и рубашке — множество карманов, в них рассована всякая всячина, и оттого казалось, будто старичок весь в шишках. Незнакомец был без сознания.

Учитель Минус стоял бледный, растерянный, боясь поверить своим глазам, и только неслышно шевелил губами.

— Доктора! — крикнул кто-то.

И прежде чем успел подоспеть Витаминчик, Минус, опомнившись наконец, бросился к старичку со словами:

— Гранат! Дорогой Гранат!

Тот чуть приоткрыл глаза и слабо вздохнул.

— Какое счастье! Он жив! — воскликнул Минус, слушая пульс мудреца.

Но Гранат был так слаб, что не мог выговорить ни слова. Он опять закрыл глаза и потерял сознание.

— Где же Гематоген?! — в волнении спросил Минус.

— Профессор остался в Свирелии, — ответила Ампулка.

— Что-то там делает с Прыгунами, — уточнил Витаминчик.

— Ах, да, — спохватился Минус, — ведь он получил наконец самое важное лекарство из серебряных почек...

Так оно и было.

Как только булыганцы бежали из Свирелии, Гематоген снова закрылся в своей больничной палатке и опять дни и ночи стучал в ступке, размешивал мази и катал пилюли, кипятил какую-то жидкость и по каплям наполнял ею большую бутыль с надписью «Гранатин-фортунатин».

Когда бутыль наполнилась, Гематоген поймал трёх мышей Прыгунов, уложил их на операционный стол и усыпил. Одному Прыгуну он отрезал хвост, другому — ухо, а у третьего из груди вынул маленькое бьющееся сердечко. Потом Гем достал пипеткой из бутыли гранатина-фортунатина и покапал Прыгунам на хвостик — три капли, на ушко — семь, а на сердце — тридцать три капли. После этого Гем пришил каждому Прыгуну хвост, ухо и сердце на прежнее место.

Проснувшись, Прыгуны посидели минутку, удивлённо потирая лапками хвостик, ушко и грудь, и тут нее как ни в чём не бывало запрыгали своей дорогой.

— Отлично! — радовался профессор. — Наконец-то серебряные почки отдали всю свою силу.

Вот почему Гематоген не пустился вместе со всеми в погоню за Булыганом, вот почему теперь, когда жизнь Граната висела на волоске, профессора не оказалось рядом.

Свирельцы осторожно уложили мудреца на носилки и подняли его на санитарную машину. Чтоб не очень трясло, носилки держали на коленях, сменяясь по очереди, — каждому хотелось хоть немного облегчить страдания несчастного Граната.

Фитилёк поставил на машину мощный мотор — новое своё изобретение — и через семь часов мудрец уже лежал на больничной койке, а профессор Гематоген осматривал и простукивал его.

— Ушиб пустяковый, — заявил Гематоген, ощупав громадную шишку на лбу Граната. — Сложность в другом, — бормотал он и начинал ходить по палатке, протирая очки. — У больного слабое сердце, оно вот-вот остановится... Да, это неизбежно! — наконец сказал профессор, отбросив все колебания. — Необходима срочная операция на сердце! Больного на стол!

Но было уже поздно. Мудрец глубоко вздохнул и затих.

Профессор послушал пульс: он не бился. Мудрец не дышал и не подавал никаких признаков жизни.

— На стол больного! — повторил Гем.

— Так ведь пациент мёртв, — робко возразил ассистент Витаминчик.

А сестричка Ампулка громко всхлипнула.

Но они послушно перенесли мудреца на операционный стол.

Посторонних попросили выйти из палатки, и теперь они толпились у входа, изредка приоткрывая край марли и одним глазком подглядывая, как идёт операция.

А Гематоген вынул из груди мудреца сердце, семь раз окунул его в чашу с гранатином-фортунатином, вложил сердце на место и зашил грудь Граната.