Чтение онлайн

Свирельцам всегда приятнее было хвалить друг дружку, а слушать, как Пятью пять нападает на Хвойку, им было очень неприятно.

– Оставь старика в покое, его и так мучает совесть! – стал заступаться за Хвойку плотник Плошка. – Почём мы знали, что случится такое? Небось из чужой страны явился преступник…

– Верно, верно! – поддержали Плошку другие свирельцы. – Такого у нас отродясь не бывало и не повторится больше!

– Нет, повторится! Преступление совершил свирелец, и я скажу, как его звать… – заявил Пятью пять.

Оказывается, Гнилушка уже давно похвастался ему, что у него обязательно будет вешалка из оленьих рогов для его жёлтого картуза, и теперь Пятью пять сразу заподозрил, что это преступление – Гнилушкиных рук дело.

Но свирельцы не дали ему продолжать.

– Откуда ты знаешь?! Ох, что он говорит!.. Не надо, перестань!.. – закричали они и стали затыкать пальцами уши и зажмуривать глаза.

Воинственный Пятью пять не унимался и продолжал что-то кричать, но свирельцы его больше не слушали.

Тут вперёд вышел учитель Минус. Свисток Гарпуна призвал свирельцев к порядку. Все смолкли и стали смотреть учителю в рот.

Минус любил выступать с речами и славился своим ораторским искусством. Иногда речи его бывали кратки, иногда, наоборот, длинноваты, но всегда учитель произносил их с выражением.

– Послушайте, граждане Свирелии! – начал Минус. – Самое прекрасное, что есть у нас в стране, – это лес со всеми его обитателями. А ну-ка, скажите, любите ли вы лес?

– Любим, да слишком рубим, – недовольно отозвался лесничий Чинарий. – А этому Плошке всё мало, ёлки зелёные!

– А что делать? Из леса построил я вам дома – гляньте вокруг. Из деревьев ещё делаются столы и стулья, – раздумчиво сказал Плошка, потирая нос, и вдруг ни с того ни с сего добавил: – А из фруктов – коктейли…

– В лесу столько лечебных трав! – произнёс доктор Гематоген. – Лесной воздух и микстуры из трав – лекарство от всех болезней…

– Лес тем и хорош, что там можно наедаться ягодами, – утихомирившись, заявил Пятью пять, любитель покушать.

– Не было бы в Свирелии леса, не было бы в ней и волков, – рассудительно заметил Осечка. – На кого бы я тогда охотился? Пыфф!

– По утрам в лесу можно слушать прекраснейшие симфонии! Это помогает мне сочинять серьёзные пьесы! – воскликнул маэстро Тромбус, но, вспомнив, что серьёзные пьесы усыпляют свирельцев, вздохнул.

– Натура… Пейзаж… Цвета и тона… Свет и тени… – против обыкновения, высказался художник Карало.

– Сла-а-адко дремлется на лесной опушке, – сказал Хвойка и густо покраснел, а усы его печально поникли.

– Так вот, – продолжал учитель, – лес приносит нам удовольствия, и мы должны следить, чтобы никакой злодей не причинил вреда нашему лесу, нашим зверям и птицам.

Эти предостерегающие слова удивили свирельцев. До происшествия с оленем они даже не подозревали, что в их стране или вообще где-то на свете живут злодеи.

Решено было старое ружьё Хвойки отдать в починку, пополнить запасы соли, а на Волчий хребет и в другие пограничные леса выставить отряды лесных сторожей – чтобы ни один злодей из других стран не пробрался в Свирелию.

Командовать отрядами поручили Хвойке – он решил теперь носить очки, а Фитилёк, который стал-таки изобретателем, хоть и учился ещё только в седьмом классе, пообещал сделать Хвойке слуховой аппарат и звоночек-будильник, чтобы он не засыпал на дежурстве.

Три дня и три ночи со стороны Волчьего хребта и Дальнего леса доносились завывания и выстрелы, три дня и три ночи Осечка без устали охотился на волков, пока не перебил всех до одного.

С ружьями, заряженными сухой первосортной солью, лесники браво вышагивали вдоль границ Свирелии, время от времени проверяя исправность затворов ружей. Затворы действовали отлично.

Над Свирелией вновь установилась мирная тишина, и скоро все забыли о печальном происшествии. И лесные сторожа, за исключением самого Хвойки, разбежались кто куда.

А олень так и остался жить у Граната.

– Теперь ты – мой хозяин, и я хочу получить от тебя имя, – сказал он однажды мудрецу.

– Будь по-твоему, – ответил Гранат. – Давно хотелось мне иметь коня, который был бы мне верным другом… Есть такая порода коней – аргамак. Пусть и тебя так зовут – Аргамак.

…Однажды олень отправился в лес и пропадал там три дня и три ночи. На четвёртый день он вернулся и привёл в Свирелию стадо оленей.

– Эти олени, – сказал он Гранату, – тоже хотят жить здесь и служить людям.

И олени поселились в Свирелии. Они развозили поклажу и катали в тележках нарядных ребятишек. Лишь к зиме они собирались в стадо и уходили в леса. Весной олени возвращались. Вслед за оленихами бежали резвые оленята. Матери смущённо охорашивали их, вылизывали им лобики – каждой хотелось, чтобы её детёныш понравился хозяину.

А сам Аргамак стал верно служить Гранату.

– Теперь я буду ездить в походы верхом! – радуясь, говорил мудрец друзьям.

Как только олень немного окреп, Гранат стал разъезжать на нём по свирельским лесам. Лишь на Волчий хребет, куда, по словам Осечки, было трудно взбираться, мудрец пока не спешил.

– Вот поправишься как следует, тогда и поедем на Волчий хребет, – говорил он оленю, поглаживая его голову.

А Аргамак только жмурился от удовольствия.

Однажды ночью дул ветер, и Граната мучили неспокойные сны. Он ворочался, путаясь в бороде, и подскакивал на кровати.

Снилось ему, что он попал в окружение тайн. Тайны были круглые и треугольные, красные, синие, чёрные, тяжёлые, как камень, и лёгкие, как дым, с лицами безглазыми и зубастыми, хитрыми и весёлыми. Они расплывались, меняя форму и цвет, превращаясь из добрых в злых, хватали Граната за руки и ноги, дёргали за бороду и хором кричали:

«Разгадай нас, разгадай!»

«Разгадаю!» – рассердившись, крикнул Гранат, топнул ногой и… очутился на полу.

Он протёр глаза, потрогал ушибленный бок и пробормотал:

– Приснится же такое…

Сон, однако, показался мудрецу интересным. Он уселся на полу поудобнее, в задумчивости поглядел на потолок и заговорил сам с собой:

– Ведь правда, сколько тайн ждёт разгадки, а люди живут на свете так мало…

Гранат потряс головой, громко хлопнул в ладоши и скомандовал: