Чтение онлайн

– Все же это, должно быть, рискованно?

– Пить сухой мартини?

– Ха-ха… Нет, вкладывать свои деньги в новые компании. На моих глазах многие предприятия сошли на нет, как бы хороша ни была их бизнес-идея или продукция. Предпринимательство таит в себе множество опасностей, плюс рынок очень капризен.

– Да уж, ты в этом разбираешься не хуже меня… Но должен тебе сказать – меня очень впечатлило то, что ты проделала с «Ревендж». Классический пример того, как за небольшой промежуток времени можно довести компанию до миллиардного уровня. Достойно всяческого восхищения.

– Спасибо.

– Возвращаясь к твоему вопросу: ты права, это бизнес высокого риска, но я люблю его от начала до конца. Если не рисковать, то и жить не стоит.

– Согласна.

Фэй задумчиво провела пальцем по краю бокала. Бар вокруг них стал заполняться посетителями, гул голосов становился все громче. Бармен Брассе вопросительно кивнул в сторону их почти опустевших бокалов. Фэй взглянула на Давида, но тот покачал головой.

– Я бы с удовольствием остался и пропустил бы с тобой еще по бокалу. Или по два. Или по три. Но как раз сегодня у меня деловой ужин, который надо как-то вынести. И – да, в «Театральном погребке»…

Фэй ответила на его улыбку, с удивлением отметив, что испытывает разочарование. В его обществе она чувствовала себя комфортно.

Давид помахал Брассе:

– Напиток дамы запишите мне на счет. – Взяв в руки куртку, обернулся к Фэй. – Не спорь. Лучше угости меня в ответ при удобном случае.

– С удовольствием, – ответила Фэй. Она говорила от чистого сердца.

Когда он пошел через помещение к выходу, она проводила его долгим взглядом.

Сидя на террасе своего номера, Фэй допила остатки смузи и вытерла рот салфеткой. Потом потянулась к телефону. Следовало вернуться к компьютеру и проверить, сколько сообщений пришло за ночь на электронную почту, но в животе ощущался непроходящий спазм – тоска по Жюльенне. Поэтому она набрала номер и с нетерпением ждала, слушая сигналы.

Трубку сняла Ингрид. Немного поговорив с ней, Фэй попросила дать трубку Жюльенне. В груди потеплело, когда она услышала совсем рядом голосок дочери, которая с восторгом рассказывала, что научилась нырять до самого дна.

А затем последовал неизбежный вопрос:

– Мама, ты сегодня вернешься домой?

– Нет, – ответила Фэй и почувствовала, что голос не слушается ее. – Мне придется остаться чуть дольше. Но очень скоро я вернусь к вам. Я люблю тебя, очень скучаю и посылаю тебе массу поцелуйчиков.

Положив трубку, она вытерла непрошеные слезы. Живот снова свело спазмом, тоска засела внутри, как острый шип, однако Фэй убеждала себя, что дочери хорошо в Рави вместе с бабушкой. Теперь надо отогнать от себя мысли о Жюльенне и снова приспособиться к миру, где все думают, что дочери нет в живых…

Вернувшись в номер, она подошла к шкафу, на дверце которого висел синий брючный костюм.

Светило солнце; подступала жара, хотя на часах еще не было двенадцати. Пролистав газеты, Фэй отметила, что метеорологи предсказывают необычно жаркое лето.

В понедельник она наконец-то получит ключи от квартиры.

– Могло быть и хуже, – пробормотала Фэй и улыбнулась, вспомнив предыдущий вечер с Давидом Шиллером.

Его шарм застал ее врасплох. Слова о том, что без риска и жить не стоит, заставили ее о многом задуматься. Как она в своей работе с «Ревендж» могла не моргнув глазом пойти на большой риск, в то время как в личной жизни окружала себя такой высокой стеной, что ее не преодолеть без лестницы… Давно уже не случалось, чтобы мужчина сказал нечто такое, что заставило бы ее задуматься о себе. Но с этим Давидом Шиллером многое было по-другому.

Включив компьютер, Фэй стала готовиться к встрече с Иреной Арнель в таверне «Брилло» на площади Стюреплан. Эту встречу она сознательно отложила, воспринимая беседы с другими инвесторами как своего рода разминку. Ирена была ее первым и самым крупным инвестором. Живая легенда шведского финансового мира. К тому же со временем они подружились.

Ирена стала одним из немногих людей, к которым Фэй обращалась за советом, однако в последний год она не часто выходила на контакт. Фэй уже и не знала, что происходит в ее жизни.

Она «погуглила» имя Ирены. Некоторые статьи, вышедшие в последний год, она прочла, но кое-что упустила. Год стал для Ирены удачным. Два новых важных поста в правлениях крупных компаний, нашумевшая продажа одной из компаний, успеху которой она способствовала, и новая должность в качестве генерального директора в одной из самых уважаемых финансовых компаний Европы. В жизнь Ирены вошел также новый мужчина – наследник итальянской автомобильной компании… Да, будет о чем поговорить за обедом.

Синий брючный костюм от «Проэнза Скулер» сидел на Фэй безупречно. Поддавшись сиюминутному порыву, она купила его когда-то в магазине Натали Шуттерман, отдав за него целое состояние, но сегодня ей важно было чувствовать себя потрясающей. Разгладив ладонью несколько чуть заметных морщинок на ткани, Фэй подумала, что готова начать день.

Выйдя в холл, она надела темные очки. Краем глаза заметила, как какая-то женщина поднялась с диванчика и направилась к ней.

– У вас есть минутка?

Фэй наморщила лоб – женщина показалась ей смутно знакомой. Решив, что это журналистка, она подумала, что пора снова привыкать к постоянному вниманию, и ответила как можно любезнее.

– Сейчас не самый лучший момент.

Бросив взгляд через плечо, женщина достала из кармана джинсов полицейское удостоверение. Ивонна Ингварссон. Теперь Фэй вспомнила: это та женщина-полицейский, которая вела следствие об убийстве Жюльенны. На мгновение прикрыв глаза, она мысленно вошла в роль скорбящей матери. Прошептала:

– Вы нашли ее? Вы нашли мою Жюльенну?

Ивонна Ингварссон покачала головой.

– Мы можем сесть и поговорить в уединенном месте?

Взяв Фэй под локоть, она повела ее через вращающиеся двери, вниз по лестнице, на набережную перед отелем. Там они сели на скамейку.

– Мы пока не обнаружили те… вашу дочь, – проговорила женщина-следователь, провожая глазами паром, идущий на Юргорден.

Фэй заставила себя держаться спокойно, предоставив Ивонне Ингварссон сделать первый шаг. Тревожно, что та решила с ней связаться, но пока ничего катастрофического не произошло.

– Вы по-прежнему утверждаете, что находились в Вестеросе в ту ночь, когда ваш бывший муж убил вашу дочь?

Фэй поежилась, мысленно радуясь, что на ней солнечные очки.

– Да, разумеется, – тихо ответила она.

– На углу Карлавеген и Стюрегатан есть банкомат, – спокойно проговорила Ивонна Ингварссон, по-прежнему не отрывая глаз от воды.

Фэй собралась с мыслями. Если у них против нее что-то есть, они не сидели бы здесь и не беседовали так спокойно на солнышке.

– И что?