Чтение онлайн

его почти тощей, временами измученной, но закаленной тяжелой

физической и немыслимой душевной работой, оболочкой. Это

было глубокое, тонкое в восприятии мира, мощное и одновре-

менно беззащитное существо. А что касается его отношений —

никто никогда не видел его в паре. Это правда. Но я знала, как

и те, кто особенно внимательно приглядывались к его жизни, вол-

новались и переживали за него, что была женщина, имя которой

трудно было произнести правильно. Что это было? Платониче-

ский роман наподобие отношений Бернарда Шоу и Стеллы Пат-

рик Кемпбел или реальные связи. Создавалось впечатление, что

она то появлялась, то исчезала. Ее присутствие или отсутствие

мог заметить только самый чуткий и любящий взгляд. Помню, как

однажды осенью выражение его глаз изменилось. Серия концер-

тов Моцарта завершилась, и по фотографиям было видно, что он

счастлив. Потом была пауза приблизительно в месяц. Он репети-

ровал программу старинной музыки. Кто-то улучил момент и сде-

лал снимки. Я смотрела на них и сердце у меня обрывалось. Что-то

не так. Что-то случилось. Я поражалась, как люди близоруки, читая восторженные комментарии его поклонников к этим фото-

графиям. «Да как вы не видите! — хотелось закричать мне. — Ему

очень плохо». Он был ранен, подорван, покинут. Я долго видела

боль в его глазах.

На удивление приветливо отреагировала на мою идею Энн. Она

еще до моего знакомства с Джимом работала с ним в театре как

звукооператор.

— Тим Тарлтон? Очень хорошо! Ты ведь давно его любишь.

388

ЧАСТЬ III. ГЛАВА IV

— Я… я понимаю его.

— Я об этом и говорю.

В отличие от Линды со стороны Энн не было ни удивления, ни

настороженности.

— По-моему, он согласится.

— Почему ты так уверена?

— Да потому, что ты с ним одного поля ягода.

Это был сюрприз. Один из самых приятных для меня.

— Знаешь, — продолжила Энн, — говорят, если люди похожи

даже физически, у них много общего и в характерах. А если так, то музыку вам должен написать человек, похожий на вас. Вы

с Джимом похожи. Но с Тимом у тебя сходства больше.

— Хочешь сказать, что мы одной породы?

— Да, одной породы. Я же говорю, внешняя схожесть тянет за

собой и внутреннюю. Даже у таких сложных натур, как вы. В вас, конечно, можно заблудиться, как в пещерах, но там красиво.

Правда, ты стала приветливее в последнее время, но это заслуга

Джима. Тиму, видимо, так не повезло, — Энн улыбнулась. — Да-

вайте, попробуем, а вдруг получится. Для «Перспективы» нужна

особая музыка…

«Я хочу, чтобы ему повезло», — подумала я.

389

СЕРЕБРЯНЫЙ МЕРИДИАН

Глава V

— И все-таки я знаю…

— Что ты знаешь?

— Как любят женщины*.

Мужской голос произнес в этой короткой записи всего одну фразу, когда на экране слева появились и растаяли слова героини «Двена-

дцатой ночи». Далее вступали первые аккорды — аллегретто Седь-

мой симфонии Бетховена. Под мерный, терпеливый, нарастающий

мотив в течение четырех минут то слева, то справа возникало в про-

филь и оборачивалось на зрителя лицо Виолы. Появляясь в левой

части экрана, на зрителей смотрела женщина в мужском костюме, похожем на тот, что можно увидеть на графтонском портрете Шек-

спира, с белым воротником и в черном бархатном колете. В следую-

щем фрагменте — справа, из мягких приглушенных тонов фона

проявлялось мужское лицо, почти зеркально схожее с первым.

Когда этот трейлер предстоящего спектакля опубликовали не

только на сайте театра «Серебряный меридиан», но и на общедо-

ступном видеоресурсе, в одном из комментариев зритель восклик-

нул «За филигранную работу — все премии мира гримеру».

Он и она поочередно говорили:

«УДИВИТЕЛЬНО

Дед, который не знал о твоем появлении на свет. И другой твой дед, знавший о тебе только то, что ты появилась на свет.

Отец, который, кажется, ровно вдвое моложе тебя самой. Отец — ребе-

нок. Ты поняла это впервые в детстве. Ты это чувствуешь до сих пор.

НЕПОСТИЖИМО

Друг, который никогда не станет больше, чем друг. Он всегда будет тебе

дороже тебя самой. Он лучше тебя. Поэтому для тебя он больше, чем друг,

* Шекспир У. Двенадцатая ночь, или Что угодно (пер. М. Лозинского).

390

ЧАСТЬ III. ГЛАВА V

но не знает об этом. Друг, который умеет слышать. Друг, глаза которого

обладают странным свойством, — среди всех людей они видят лишь од-

ного человека — его жену.

НЕОБЪЯСНИМО

Брат, которого ты знаешь как себя. Понимаешь его с полуслова. Слы-

шишь его без слов. Он так похож на тебя, что в детстве вас едва могли

различить. Вас «вылепили из одного куска глины» и, кажется, дали вам

одно сердце на двоих. Он родился с тобой в один час. В этот час, родив-

шись мужчиной, он получил право быть одаренным. Быть непоседливым.

Бесстрашным. Быть собой.

НЕВЫРАЗИМО

Сын, который тянется к тебе в надежде, что ты защитишь его. Он

ждет, чтобы ты улыбнулась. Он появился на свет, потому что ты по-