Чтение онлайн

– Это - истинный мотив?

Луизино лицо внезапно искривилось. Продемонстрировав неподдельную девичью сущность, Луиза надулась.

– О-он скверный, такой бесчувственный. Не обращает на меня внимания. С другими девицами...

– Что он с ними делал? Если бы ты видела что-нибудь своими глазами, был бы другой разговор, однако та служанка всего лишь сказала: "Пуговку мне расстегнул", разве не так? Поэтому, подозревая его в непостоянстве, ты раздула свой эгоизм.

– Уу...

– Да, поэтому ты всем показывала, как флиртуешь с красавчиком? Ну, даже если так, не переусердствовала ли ты? Не все так плохо, если ты только делала это демонстративно, но ты сказала жестокие слова. "Раз уж садишься верхом сзади кого-то, лучше, если это будет привлекательный мальчик" или что-то подобное.

Луиза потупилась.

– То есть, как посмотришь в благоприятном свете, тот ромалийский священник привлекательнее. Лица не служат для сравнения. Если говорить о летающих созданиях - сравни муху с фениксом. Если говорить о земных созданиях - сравни медведку со львом. Если говорить о водных созданиях - сравни дафнию с лебедем.

– ...А это - не преувеличение?

– Нуу, во всяком случае, лица не в счет. Ведь разве партнер не остался с тобой, подавив свое желание отправиться на восток? Разве не признался тебе в любви? Несмотря на это, когда ты ответила: "Это - проявление преданности", кажется, он был достоин сожаления. Не говоря уже о другом парне, когда ты вела себя так, как будто выбрала того бесподобного красавчика, похоже, партнер был совсем жалок. Хотя он специально собрался с духом, чтобы признаться тебе в любви...

Луиза слушала эти слова в течение целых пяти минут, что заставило ее лицо стать пунцовым. Затем она убедилась, что в комнате действительно нет посторонних ушей: подошла к окну и посмотрела наружу, проверила за занавесками, открыла гардероб, заглянула под стол, - и только после этого повернулась к легендарному мечу.

– Эй, это - правда? Никому другому не говорил? Но как?

– Партнер там был искренен. Верить или нет - твой выбор.

Покрасневшая Луиза замолчала.

– Действительно, из-за того, что у тебя настолько плохое настроение, ты говоришь партнеру грубости, так что он понес кару.

Девочка угрюмо надула щеки.

– Я-я уже это поняла. Я прощаю его! Надеюсь, этого достаточно!

– В таком случае извинись перед ним и скажи несколько добрых слов.

– Я? С какой стати?! От него получить извинения...

– Если бы все как обычно, то извиняться стоило бы обоим, однако на этот раз ты первой уступишь. Поскольку до такой степени низко с ним поступала.

Хотя Луиза на короткое время издавала стоны: "У-уууу", "А-уууу", "И-ииии", которые, похоже, были достойны сожаления...

– Да поняла я! Если попрошу прощения, полагаю, все будет в порядке! Попрошу прощения!
– крикнула она, находясь в состоянии: "А есть ли у меня намерение извиняться?"

Однако Дерфлингер пробормотал слова, похожие на угрозу:

– Однако на самом деле именно в этот раз партнер всерьез рассердился, поэтому... похоже, он действительно разочаровался в тебе. Кажется, он не простит в ответ на одни лишь слова.

На лице у Луизы отразилась тревога.

– Беспокойство?

– Н-не будь глупым! Все будет в порядке! Всякий такое простит, ничего не требуя!

– Ну-ну.

Дерфлингер замолчал. Поскольку он продолжал держать рот на замке, Луиза начала нервничать.

Вскоре девочка лишилась самообладания. Она схватила полено, лежавшее сбоку от камина, и начала со скрипом сдирать с него кору.

– Удручающее времяпрепровождение.

– Заткнись! Ладно, что мне лучше сказать?! Не важничай, а объясни!

– Люблю.

– А-а-а?

– Я тоже люблю Сайто!

– Не могу так легко сказать подобное!

– Ты его ненавидишь?

– Э-это не так, но...
– заколебалась Луиза.

– Значит, ты его любишь, не так ли?

– Не так! Во всяком случае, я это и не могу сказать, и не хочу говорить, и нет причин говорить, и не хочу говорить, и я не влюблена! Ты! Дурак! Меч со свалки!

– Ха-а, ты была такой, чтобы он снова внезапно тебя повалил, так?

– Превосходно!

– Правда?

– Отлично! Это - не шутка! Действительно, что за мысль - повалить хозяйку! В другое бы время...

– Быть заваленной парнем - неприятно?

– Не обязательно неприятно! Придурок!

– А-а, быть поваленным партнером по любви, а затем крепко прижатым к груди - и настроение улучшится, мне кажется.

С пунцовыми щеками Луиза потупилась и слабым голосом спросила:

– ...это, не мог бы выражаться как-нибудь иначе?

– Ты хочешь, чтобы тебя завалили.

– Н-не хочу! Хватит шутить! Я всего лишь обеспокоена, что он подавлен. Что за Гандальв с плохим настроением, он ни на что не годен, не правда ли?

– Слушай, даже если ты так говоришь...

– Как бы то ни было, я - третья дочь Ла Вальер. Я не могу сказать тому глупому фамильяру, что люблю его. Что не говори, не люблю. Правда. Он меня любит, ну и хорошо. Я это принимаю. Уважаю насколько возможно, и это хорошо. Поэтому достаточно, не так ли?! Понял?!

– Да понял... вот же, надоедливая упрямая девчонка...

– Как бы то ни было, поскольку мне нужно с помощью других слов улучшить настроение этого мальчишки, объясни-ка мне быстрее.

– Обнимитесь.

Луиза медленно встала и начала четко произносить заклинание.

– Не расплавляй меня. Не разрушай меня.

– Не шути тут мне, а быстро отвечай. Что бы мне ему лучше сказать?

Дерфлингер завибрировал.

– Будь рядом с ним, - пробормотал он.

– Что это?

– Я очень усердно размышлял. По-своему. В стиле меча. В стиле легендарного меча.

– Раз ты - легендарный, скажи что-нибудь более разумное.

– Нет подходящих слов. Чтобы деликатно выразить отношение, и при этом любым путем быть понятым, гордость не поколебать.

Луиза, хмыкнув, погрузилась в размышления, а потом кивнула.

– ...То, что ты сказал, похоже, резонно. Хоть ты и меч, но на удивление осведомлен в секретах человеческих существ.

– Как ты думаешь, сколько лет я живу? Поскольку это увлекательно, я с ними сотрудничаю. Когда в этом нет необходимости, я притворяюсь, что ничего не знаю. Поскольку это раздражающе. Итак, далее - ситуация с тем, что следует говорить...

Луиза, в течение какого-то времени консультируясь с Дерфлингером... определила стратегию.