Чтение онлайн

– Скоро будет. Хотя это - источник воды не для всех колодцев... около трети городских колодцев должны получать воду из этой горы.

– Этого достаточно.

Группа продвигалась дальше. Протиснувшись сквозь заросли... они вышли на открытую каменистую площадку. Хотя здесь скопился снег, в расщелине был виден ручей. Благодаря тому, что ключевая вода вырывалась обильным потоком, центральная часть источника не замерзла.

Шеффилд вытащила из кармана кольцо. Вард и его спутница узнали этот предмет.

– Это... кольцо Кромвеля, не так ли?
– пробормотала Фуке. Шеффилд помотала головой:

– Оно не является собственностью Кромвеля.

Хоть она и была личным секретарем Императора, но назвала его без почтения, только по имени. Вард и Фуке переглянулись.

– Собственно говоря, как вы собираетесь использовать это кольцо?

Шеффилд улыбнулась. Вард и Фуке пребывали в растерянности, поскольку это было впервые, когда они видели ее улыбку.

– Кольцо Андвари - это предмет, изготовленный конденсированием силы стихии Воды, которая была названа предтечей... по составу оно похоже на духа воды. Или лучше сказать, почти одинаковое.

– Хмм.

– Тело духа воды продается в качестве сырья для секретных лекарств по высокой цене. Сила стихии Воды управляет структурой тела... следовательно, когда готовишь зелье, контролирующее разум и тело, нельзя упустить это вещество.

– Хорошая лекция. Итак, скажите, что собственно вы собираетесь делать?

– Изготавливается конденсированием силы стихии Воды... Иначе говоря, используя только это количество, можно управлять целым городом...

У Шеффилд начал светиться лоб.

Варду уже доводилось видеть это свечение. Когда-то похожее свечение присутствовало на левой руке мальчишки-фамильяра Луизы. Сразу после того... левая рука виконта была отрублена.

У Шеффилд на лбу, в проборе волос, виднелся сияющий символ. Древняя руна.

Вард прищурился.

– Кто вы вообще такая?

Шеффилд больше не отвечала. Похоже, она концентрировала свое сознание. Женщина протянула над источником руку, в которой держала Кольцо. Понемногу артефакт начал светиться... а затем - начал плавиться.

Это выглядело так, словно... он начал плавиться от жара, излучаемого телом Шеффилд.

Кап-кап... падали капли начавшего плавиться Кольца Андвари... и создавали круги в источнике воды, текущей в город Саксен-Гота.

В последний день праздника Сошествия, длившегося почти десять дней, утро выглядело как обычно.

Из-за продолжавшего падать снега город преобразился в серебряный мир.

Один солдат из обходящего улицы патрульного отряда тристейнской армии, состоящего из двух человек, сказал своему напарнику:

– Эй, разве парни вон там - не из полка Роша?

– Действительно. Но что они делают?

Группа солдат численностью около одного взвода, сгрудившись перед гостиницей, что-то украдкой делала.

– Эй!
– окликнул их патрульный. Однако ответа не последовало. Солдаты продолжали безмолвно двигаться.

– Разве то - не мешок с порохом?
– пробормотал один из дозорных нервным голосом. Действительно, это был джутовый мешок, набитый порохом.

Солдаты из полка Роша намеревались занести его в гостиницу.

– Эй-эй! Это - дом, а не склад. Дом, который арендуют офицеры Наваррского полка. Если затащите внутрь такой опасный предмет, на вас наорут.

Подойдя ближе, патрульный похлопал солдата по плечу. И был напуган лицом, которое повернулось к нему. Это была полная бесстрастность, словно из солдата вынули душу. Дозорный, ощутивший что-то плохое в этом лице, взял наизготовку пику, которую нес на плече.

– Эй! Положи мешок! Положи!

В следующий момент другой солдат без труда вытащил заткнутый за пояс пистолет и, нацелив его на дозорного, выстрелил.

Второй патрульный с воплями бросился бежать. Но солдат метнул ему в спину кинжал. Дозорный, вскрикнув, упал.

Продолжая хранить молчание, солдаты затаскивали мешок в гостиницу.

Там они подсоединили фитиль и подожгли его, используя кремень.

Через несколько секунд произошел гигантский взрыв, и гостиница исчезла вместе с солдатами-поджигателями.

* * *

На втором этаже гостиницы, расположенной в лучшем квартале города, в зале, который рассматривали как штаб, высшее руководство объединенной армии совещалось по поводу стратегии предстоящего нападения.

– Завтра - конец перемирия. Подвоз пополнения материальных ресурсов, по всей видимости, полностью завершится к сегодняшней ночи, - доложил начальник штаба Вимпфен, заглядывая в пергаментные документы.
– Уложились в срок. Но я думал, что в течение срока перемирия будет неожиданное нападение альбионцев...

– Не ошибаетесь ли вы в предположениях, что наши противники тоже не смогли свободно этим временем распорядиться? Враг не был подготовлен, и ему необходимо было выиграть время. Поэтому они на ранней стадии приняли такое решение...
– с недовольным лицом высказался маркиз Харденберг. Вимпфен сердито уставился на собеседника, и на его лице отразилось желание высказать несогласие, поэтому де Пуатье встал между ними. Он понимал, что вместе с обязанностями Верховного Главнокомандующего у него есть обязанность смягчать раздоры между подчиненными генералами.

В этот момент... в дверь постучали.

– Кто это? Идет военный совет, - когда Вимпфен так спросил, прозвучал ответ:

– Доставка от Королевской семьи. Прибыла с сегодняшней утренней почтой.

Доставленный предмет оказался великолепным деревянным ящичком, на котором был выгравирован герб Королевской семьи. К ящичку прилагалось письмо. На послании была печать Суперинтенданта финансов. Выражение лица де Пуатье изменилось, когда он увидел все это. Главнокомандующий погрузился в чтение, словно глотая содержимое письма. Окончив читать, де Пуатье пробормотал с сияющим лицом:

– Его Превосходительство Суперинтендант - великий господин!

Де Пуатье бодро откинул крышку ящичка. Вимпфен и Харденберг тоже заглянули внутрь. Увидев предмет, который был извлечен из ящичка, эти двое округлили глаза.

– О-о-о-о-о-о! Маршальский жезл, не так ли?!

Действительно, это был великолепный маршальский жезл из черного дерева, на котором золотом был выгравирован герб Королевской семьи. Впившись глазами в этот предмет, отполированный до такого блеска, что в нем даже отражалось лицо, де Пуатье выразил свою радость: