Чтение онлайн

— Да? Я же сказал, урод! Урод и есть! Пусть выходит.

Вскоре перед бойцами спецназа стоял осыпанный пухом словно снегом однорукий бандит.

Сержант спросил:

— Ты кто, болезный?

Душман ответил:

— Амин!

— И че дальше? Амин — умин! По должности в этом шалмане кто?

— Командир!

— Вот это другой базар! Ашир, свяжи его как-нибудь, с собой возьмем!

Боец двинулся к главарю аядского отряда и одному из ближайших помощников Амирхана. В это время в комнату вошел Шарадзе:

— Ну, чего, чуваки? Вижу, и вы тут духов сделали?

— Куда б они делись, вояки? А ты, Гоги, чего объявился?

— Командир послал! Узнать, как тут и что!

— Нормально все! А в подвале?

— Тоже порядок. Освободили и полковника, и летеху, кстати, того самого пидора, что у госпиталя Калинина захомутал и на «губу» определил, и прапора, и бабу. А сестричка-то, пацаны, по-моему, к нашему старлею неровно дышит. Видать, это к ней он нырял тогда! Так и кружит вокруг него!

Хлюстин поинтересовался:

— А чего кружит-то?

— Да подранило нашего старлея! Осколком в бочину! Но не тяжело!

— С этого, Гоги, и надо было начинать, а то нормалек все! Иди вниз, доложи, что взяли какого-то Амина, сами переходим на первый этаж.

В это время тишину вновь разорвали хлесткие выстрелы.

Сержант воскликнул:

— Что за черт! Кажись, пулемет бьет! Уж не с минарета ли ребята огонь открыли? А ну, посмотрим!

Командир отделения бросился в проем одной из комнат, окнами выходящей на площадь. И увидел, что действительно стрелял пулемет с вершины минарета. А по площади, прижимаясь к глиняным заборам и отстреливаясь, к дому, занятому первым отделением, пробивалась солидная группа душманов. Пулеметчик работал эффективно, но некоторые духи перемахнули за дувал, укрылись от огня с минарета за забором, открыв ответный огонь и наверняка продолжая движение к захваченному дому. Но самое главное, что увидел сержант, — и вдоль противоположной стороны к мечети пробираются человек десять бандитов. И эта группа не была видна пулеметчику, так как находилась в «мертвой» для ручного пулемета «РПК» зоне. Духи, достигнув минарета, могут подняться наверх и уничтожить отвлеченный боем пулеметный расчет. Такого развития событий допустить нельзя.

Хлюстин обернулся к подчиненным:

— Гоги, пулей к старлею, объясни обстановку. Пусть с заложниками остается в подвале, без него справимся.

— Ага! Так он тебя и послушает!

— Не перебивай! Как решит, так решит. Твое дело предупредить, что к дому приближаются боевики. Вали! Да, однорукого с собой прихвати!

Шарадзе, толкая перед собой главаря аядской банды, двинулся вниз. Сержант перевел взгляд на Балаева:

— Ашир, давай на улицу к нашим. Пусть все, включая Поручикова, занимают позиции на первом этаже дома. Оборона по круговой.

Исчез и Балаев.

С командиром отделения остался Колоев.

Хлюстин вновь взглянул в сторону мечети. Боевики в «мертвой» зоне находились в каких-то десяти-пятнадцати метрах от минарета.

— Черт! Где же Крюк с Водяным? Какого хрена они делают? Или не видят движений в кишлаке? Но… надо минарет предупредить, а то снимут ребят духи.

Сзади прозвучал голос Калинина:

— Не снимут!

Сержант с Колоевым обернулись.

Перебинтованный и слегка побледневший, в проеме стоял командир взвода. Он подошел к окну. Поднял бинокль на минарет, хотя до него было не более сотни метров. Затем поднял правую руку вверх, спросив у Хлюстина:

— Сколько духов ты насчитал в «мертвой» зоне?

— Точно не скажу, где-то с десяток.

Взводный трижды разжал кулак, показывая в окно пять растопыренных пальцев. Затем большим пальцем указал вниз и сделал несколько круговых движений. Закончил манипуляцию резким взмахом. Что означало для пулеметного расчета, второй номер которого, выполняя приказ, постоянно следил за этим домом, что к минарету подходят пятнадцать духов. И что вскоре они начнут подъем для уничтожения расчета. Взмах руки служил приказом ликвидировать эту группу, что в условиях винтовой лестницы минарета сделать несложно. Убедившись, что расчет сообщение принял, Калинин повернулся к Хлюстину.

— Ну что, Хлюст? Как дела?

Сержант немного растерянно пожал плечами, он никак не ожидал этого спокойного вопроса.

— Да вроде нормально все!

— Интересуешься, где Крюк с Водяным?

— Хотелось бы знать!

— Они рядом! Помоги достать сигнальный патрон.

Сержант вытащил из накладного кармана разорванной куртки, как раз над раной, продолговатый цилиндр. Калинин освободил кольцо на коротком шнуре. Выставил патрон в окно, дернул за шнур. В небо ушла белая ракета. Что означало приказ всему взводу двигаться к главному объекту — дому, подвергнутому штурму, уничтожая по пути всех вооруженных людей.

Выбросив патрон, Калинин посмотрел на Хлюстина:

— Сейчас все будут здесь. Давай вниз, организуй оборону дома, что в общем-то ты уже сделал. Ко мне Поручикова с радиостанцией. Колоев тоже останется здесь. Вперед, сержант!

— Есть, товарищ старший лейтенант! Одно замечание.

— Да?

— Вид у вас не очень! Может, вам лучше прилечь, сами справимся!

— Выполняй приказ, сержант!

— Понял!

Хлюстин побежал вниз.

Вскоре на этаже появился связист Поручиков.

Командир спросил его:

— Как сам, Женя?

— А что мне будет? Хотя пострелять пришлось. Одного духа лично завалил.

Александр похлопал подчиненного по плечу:

— Тебе это зачтется, Поручик!

Движение рукой вызвало боль. Действие обезболивающей блокады начало ослабевать.

Это заметил связист.

— Вам, товарищ старший лейтенант, лучше в подвал спуститься и прилечь.

— Ну, ты еще поучи, что мне делать, а что нет! Настраивай станцию!

— Так она все время в рабочем состоянии находилась.

— Молодец! И духов валишь, и свои прямые обязанности не забываешь! Придется тебя к ордену представить!

— Так вроде за Ахмада и Гудилова уже представили.

— Еще к одному! Или ты против?

— Кто ж от награды откажется? Я согласный!

— Ладно, устраивайся в углу! Скоро связь нам очень понадобится.

Старший лейтенант вновь навел бинокль на минарет. Сейчас, когда основное дело было сделано, заложники, а главное, его Соня находились в безопасности, офицер чувствовал себя спокойно и уверенно. На ранение он не обращал внимания, продолжая руководить акцией.

Пулеметный расчет, благополучно поднявшийся на минарет, устроился на самой его вершине и имел прекрасный обзор южной части кишлака Аяд. Он мог контролировать и всю территорию, но для этого солдатам пришлось бы постоянно менять позиции. А главной их задачей было прикрытие штурмовых отделений сверху, когда те действовали на главном объекте. Они слышали выстрелы из дома, но людей в секторе своей ответственности не наблюдали. После неожиданного появления вертолета и высадки советского десанта редкие прохожие спрятались за воротами своих домов. Площадь и проходящая через нее главная улица селения была пуста. Но пулеметчик ефрейтор Андрей Патросов, или, как его чаще называли сослуживцы, Портос, внимательно отслеживал обстановку, прощупывая через прицел каждый метр территории, прилегающей к минарету с юга. Его второй номер, рядовой Иван Шевчук, или Шава, исполняя приказ командира взвода, через бинокль наблюдал за двухэтажным зданием, где Калинин начал проводить акцию освобождения заложников.